Читаем без скачивания Поднять перископ! Часть 3 - Сергей Лысак

Но все же… Сасебо не выходит из головы… База японского флота… Если проникнуть туда и отправить на дно два — три броненосных крейсера, то самые упертые фанатики в Японии поймут, что это начало конца. Но это надо очень хорошо обдумать…

Последние лучи солнца озарили сопки, и вскоре ночная тьма накрыла бухту. "Косатка" выиграла еще один бой. Пока она получила передышку. Но скоро стальная хищница снова вспенит море своим острым форштевнем. И снова на мостиках вражеских боевых кораблей и транспортов все будут со страхом всматриваться в бинокли. Не появится ли перископ над водой. Не появится ли вслед за ним белый пенистый след, стремительно несущийся к борту. Не вскипит ли море белой пеной, и не вынырнет ли на поверхность морской демон, уже собравший обильную жатву человеческих жизней. Демон, возникший неизвестно откуда. Который нанесет разящий удар и снова исчезнет в морских глубинах.

Ночь прошла спокойно. Очевидно, японцы еще не оправились от такого сокрушительного провала, и запасного варианта у них не было. На утро Михаил снова был на лодке, занимаясь текущими делами, но вскоре его нашел Черемисов.

— Михаил Рудольфович, дальше тянуть нельзя. Необходимо встретиться с репортерами газет, они уже всем надоели. Да и командующий разрешил это мероприятие. Не нужно давать повода, что мы упорно пытаемся что-то скрыть.

— Ох, Алексей Петрович!!! А без этого никак нельзя? Пусть бы вместо меня кто-то другой выступил на потеху публике. Им то какая разница, кто им байки рассказывать будет? Вон, хотя бы мой второй вахтенный офицер, прапорщик Померанцев. Ему все равно сейчас особо делать нечего. А язык у него хорошо подвешен, все заслушаются. А в помощь ему нашего боцмана, кондуктора Евсеева. Он так загнуть может, что вся публика долго в себя будет приходить.

— Михаил Рудольфович, я же говорю серьезно. Требуют именно Вас, командира знаменитой "Косатки". Сегодня назначена встреча в Морском Собрании, будут репортеры газет. Вы настоящий герой и нехорошо прятаться ото всех. Правда, зал там небольшой и не сможет вместить всех желающих. Но на улице публики соберется изрядно, все хотят увидеть человека, которого многие сравнивают с капитаном Немо. У меня, кстати, есть информация, что многие местные барышни хотели бы с Вами познакомиться. Вы — очень перспективный жених в их глазах.

— Увы, разочарую их всех, Алексей Петрович. В данный момент подобное в мои планы никак не входит. А нельзя ли сократить численность этой публики? Чтобы там был десяток репортеров, и больше никого?

— Увы, Михаил Рудольфович, никак невозможно! А чего Вы опасаетесь? Что какая-то красавица сразит Ваше сердце?

— Нет. Того, что какой-нибудь террорист может попытаться устроить на меня покушение, не считаясь со стоящими рядом людьми. Сейчас японцы пойдут на все после того, как их ночная атака пловцов потерпела неудачу.

— Ну-у-у, Михаил Рудольфович, что Вам везде японские лазутчики мерещатся?! Там никого из азиатов не будет. А уж японца от европейца охрана как-нибудь отличит.

— А это не обязательно будет японец, или китаец. У нас тоже хватает своих, внутренних врагов империи. И японская разведка приложит все силы и средства, чтобы задействовать их в своих интересах. Поздравительная телеграмма, отправленная японскому императору по поводу уничтожения "Варяга", Вам ничего не говорит?

— Хм-м… У Вас есть конкретные подозрения?

— Подозрений нет. Но есть элементарная логика. На выходе из Морского собрания я буду прекрасной мишенью, а рядом — толпа народа. Я бы не упустил такую возможность.

— Ох, Михаил Рудольфович… Как Вы все любите усложнять… Но Вы правы. Ладно, примем меры…

Небольшой зал Морского Собрания был полон. Михаил окинул взглядом присутствующих. В основном, репортеры газет и несколько офицеров. И морских и армейских. По совету Михаила, приехали на встречу значительно раньше. Если японцы задумали покушение, то вряд ли они будут дежурить загодя у входа. Можно привлечь внимание. Ведь неизвестно, когда приедет господин Корф. Другое дело, подстеречь его на выходе, после окончания встречи. Время начала мероприятия известно, и у выхода обязательно соберется толпа из тех, кто захочет взглянуть на "русского капитана Немо". Вот здесь и можно попытаться провести его ликвидацию. Михаил усмехнулся. Как это напоминало ему Шанхай… А также Гонконг, Сайгон, Сингапур и много что еще. Все порты, в которых проворачивал свои темные дела знаменитый Бок Гуй, оживший кошмар английской и французской полиции… Штабс-ротмистр Черемисов был поблизости и Михаил видел, что он постарался максимально обезопасить это мероприятие. Но ведь после этого надо будет выйти из Собрания на улицу и пройти через толпу. А исчезать через черный ход — не поймут. Ох, как не хотелось Михаилу устраивать это действо. Хотя Черемисов и заверил, что проблем не будет. Вся публика находится под надзором охраны, и постороннего человека заметят сразу. Но нехорошее предчувствие не отпускало…

Сначала вопросы были общего характера. Многих интересовало, как господин Корф вообще додумался до идеи постройки субмарины, как все считали, немногим уступающей знаменитому "Наутилусу". Михаил тут же воспользовался ситуацией и постарался увести разговор в этом направлении. Говорить конкретные вещи о проектировании и постройке "Косатки", а также подробности боевого применения лодки, ему не очень хотелось. Поэтому ударился в лирику, рассказывая какое неизгладимое впечатление на него произвел величайший писатель — фантаст современности, месье Жюль Верн. И он загорелся идеей построить подводный корабль, хотя бы отдаленно похожий на "Наутилус". Но слишком долго разливаться соловьем ему не дали, перед ним были закаленные и прожженные охотники за сенсациями. Которые согласны лезть за сенсационными новостями хоть к черту на рога, но только бы добыть их первыми, и первыми передать в редакцию. Поэтому, разговор быстро вошел в другое русло. Особенно старались английские репортеры.

— Господин Корф, а как получилось, что два английских крейсера, которые шли вместе с вами вдоль берегов Норвегии, вас потеряли?

— Господа, по моему, этот вопрос надо адресовать не мне, а командам двух английских крейсеров. Почему они нас потеряли.

По залу прошел смех. Но репортеры не сдавались.

— А как вам удалось пройти от самого Балтийского моря через Атлантику, Индийский океан и часть Тихого никем не замеченными? И как у вас хватило топлива для такого длительного плавания?

— Господа, честно говоря, и сам не знаю. Мы шли, ни от кого не прячась. Просто, по дороге никого не встретили. Ведь океан огромен. А по части топлива — дизельная силовая установка очень экономична. Это не паровая машина, требующая огромное количество угля. Вот нам и хватило топлива на переход.

— Но почему "Косатка" вышла из Петербурга под коммерческим флагом? И под ним же начала боевые действия? Господин Корф, ведь такое поведение не соответствует статусу коммерческого судна!

— По поводу выхода из Петербурга под коммерческим флагом — без комментариев. А что Вы подразумеваете под несоответствием статусу коммерческого судна?

— Коммерческие суда не могут вести боевые действия. Это прерогатива военных флотов. И действия "Косатки" можно считать пиратскими, поскольку она является частным коммерческим судном!

— Это кто же вам такое сказал? Во-первых, "Косатка" является подводным крейсером Российского Императорского Флота, а не частным коммерческим судном. Вас кто-то ввел в заблуждение. А во-вторых, даже если бы это было так, Вы отказываете коммерческому судну в праве на самооборону? Если на меня нападает враг, который напал на мою страну, по-вашему, я не имею права защищаться? Только потому, что над моим судном поднят коммерческий флаг? Иными словами, если после начала военных действий, Вы, штатское лицо, повстречаете солдата противника, и он нападет на Вас, то Вы не окажете сопротивления, даже если у Вас будет револьвер? Я Вас правильно понял? Так это просто трусость.

Зал содрогнулся от хохота. Но смутить этих акул пера было не так то просто. Вопросы сыпались один за другим. Коснулись вопроса уничтожения трех японских броненосцев возле островка Роунд. Всех интересовало, как же "Косатке" удалось такое? Тут Михаил постарался воздержаться от конкретики, сведя разговор на уровень морских баек, сам не ожидая такого успеха. Получилось очень захватывающе для широкой публики, но для профессионала информации было ноль. То же самое коснулось и всех остальных случаев торпедных атак. Особенно наседали на него по поводу уничтожения "гарибальдийцев". На что Михаил ответил, что атаковал ночью и флагов не видел. И поскольку два крупных боевых корабля находились в японских водах и направлялись в Токийский залив, то он принял их за вражеские. Если бы встреча произошла днем, и он увидел британские флаги, то конечно бы не стал стрелять. И он искренне огорчен этой трагической случайностью, которые, как ни стараются их избежать, но все же иногда имеют место на войне.