Читаем без скачивания Магистр - Николай Степанов

Ох, опять эти доклады! Однако последний аргумент оказался самым весомым, и я, вытянувшись в струнку, четким, почти командирским голосом сообщил:

— Капитан Воронцов в сопровождении князя Багета прибыл в ставку главного командования для получения инструкций по дальнейшему прохождению службы. Происшествий на дороге…

— Отставить! Во разговорился! То не растормошишь, то не остановишь. Я ж тебе внятным языком говорю — там водка греется, а ты мне про происшествия. На то и застолье, чтобы байки травить. А доклад должен быть кратким, как глоток.

— Виноват, исправлюсь!

— Так я и поверила! Гриф, караул пусть отдыхает, а сам давай за стол. Будем план военной операции разрабатывать.

Первым пунктом плана оказалось поголовное уничтожение разнообразных блюд и напитков, плотно дислоцированных на столе. Особо в проводимой операции отличился мой новый боевой соратник. Видимо, сказывалось многовековое отсутствие в его рационе нормальной человеческой пищи.

— Кузьмич, ты на него глянь, мужик-то нашей закалки. Нынешние так есть и пить не могут. Ты откудова будешь, родимый?

Князь засмущался с непривычки, отложив в сторону недоеденную баранью ногу, затем глянул в мою сторону:

— Спросите лучше у магистра, он про меня знает больше, чем я сам.

Пришлось начинать с древних оборотней и их подражателей, а заканчивать путевой картиной и мужиком, приклеившимся к ноге.

— Магический жезл, — мечтательно произнес Кузьмич, когда я упомянул о перстне. — Дай хоть посмотреть, забыл уже, как он выглядит. Я свой пожертвовал, еще когда «мерцающего» из Долины гнали.

Князь встал из-за стола и подошел к домочадцу Гарпины, не без гордости показывая украшение на руке. Тут же возникли обсуждения замысловатых линий жезла, в которых оба мага знали толк.

— Нет, мужики — что дети малые. Им бы всю жизнь в игрушки играть. Я эти жезлы отродясь не признавала. Сила, она во где должна быть, — указала ведунья на свой лоб. — И не нужно ее во всякие побрякушки запихивать. Да, впрочем, ну их. Пусть погутарят пока, а мы с тобой пойдем на воздух, мне кое-чего выведать надобно.

Мы направились на край острова, захватив по пути знакомую удочку.

— Представляешь, какая досада — за три месяца не удосужилась у Эла вторую попросить. Так что, когда вытащишь его величество обратно, пусть первым делом удочку наколдует. У нас с Кузьмичом все конфликты на этой почве. Пользуется, понимаешь, душегуб, тем, что я по утрам поспать люблю. Чуть заря, так он — за удилище и на другую сторону озера. Несолидно в мои годы за мужиком по всему берегу бегать, а как быть? Охота пуще неволи.

— Да давно бы сами сделали.

— Гору свернуть или чего другое поломать — это я запросто, а создать простейшую безделушку — увы! Кузьмич тоже пытался, но у него леска толще удилища получилась. Не, тут мастер нужен.

— А как же тогда колечки, которые языкам обучают? — показал я свою руку с памятным даром собеседницы.

— Да ну тебя! Сравнил мачту с оглоблей. Колечки не мой рецепт, да и делаю я их не без посторонней помощи, — отмахнулась она.

Я так и не понял, что в данном примере является мачтой, а что оглоблей, но уточнять не стал. Тем временем старушка скатала мякиш хлеба и, подцепив его на крючок, забросила в воду.

— С этим черным туманом рыба совсем клевать перестала. Беду чует. — Гарпина призадумалась. — Значит, говоришь, Орф узнал, с кем идти. Осталось выяснить, как туда добраться.

— Он велел взять с собой двух шерстяных парней, у каждого из которых не хватает чего-нибудь на голове. Я кроме Грифа и Дербса больше никого не знаю. У вас другие кандидатуры есть?

— Да что у меня тут — модельное агентство одноухих, однорогих, одноглазых? Кроме них, знамо дело, больше и нет никого. За берта я спокойна, толковый малый. А насчет Дербса, то легче взять ишака с собой и отрезать ему ухо. Право слово, с ним проблем будет меньше, чем с моим бывшим женихом.

— Извините за нескромность. А вы от кого про модельные агентства слышали? — Меня сразила наповал эрудированность старушки.

— Чего про них слыхивать? Я, милок, за свои годы чем токмо не занималась. И сама была моделью, а однажды даже салон красоты содержала. Эх, молодость! — Старушка поправила седые волосы и вернулась к прерванной теме. — Ну так что, искать ишака будем?

— Нет, членовредительством заниматься не надо. Скажите лучше, как они с Грифом сейчас ладят? — Меня этот вопрос волновал больше, ведь не на прогулку собрались, и морально-психологический климат в команде должен быть нормальным.

— Как кошка с собакой. Так что скучать тебе не доведется, это факт.

Ведунья положила удилище в воду и, согнув руки в локтях, протянула их мне ладонями вверх.

— Давай свои лапы, ворожить стану. Ворожба будет сложная, все из-за этой тьмы треклятой. Твоя задача — запомнить всяко мое слово в том порядке, в каком я изрекать буду.

По рукам пробежала волна тепла, словно под тяжестью, закрылись веки. Звуки, подобные завыванию вьюги, наполнили пространство вокруг нас, и чистый звонкий голос начал выводить слова:

— Осколочный мир, треугольник, лапоть, змея, кольцо, треугольник, воин, осколок, бабник, осколок, единорог, осколок, подорожник, три осколка…

На этом сеанс ведовства закончился. Глаза открылись сами собой, и уже привычный скрипучий голос приказал:

— Выкладывай, чего слышал.

Я не без труда повторил всю цепочку слов, опасаясь что-либо перепутать, но, кажется, все-таки запомнил верно, потому что Гарпина кивала в такт каждому произносимому слову и одновременно выводила на земле прутиком какие-то знаки. В результате у наших ног появилась схема с изображением шестиконечной звезды, образованной двумя пересекающимися треугольниками, по краям которых располагались различные предметы. Комментарий последовал тут же.

— Осколочный мир, стало быть, Тангор. В углах первого треугольника лапоть, змея и кольцо… лапоть — удобная домашняя обувь — это, точно, Кузьмич. Змея?.. гм… Кем, говоришь, был Багет в Сонном царстве? Ну а кольцо — это его любимая игрушка. Второй треугольник — тут и гадать нечего. Ты — воин, Дербс — бабник (раз к бабке сватался), а единорог — это Гриф после столкновения с камнем. Если мир назван осколочным, значит, осколок — часть Тангора. Подорожник означает заклинание и траву, его усиливающую. Кузьмич в этом разбирается больше. Вот только где нам взять части мира зеленых воинов — ума не приложу.

— Мне как-то Сонька говорила, что амулеты сэров содержат кровь обитателей Тангора.

— Как же я запамятовала! Они-то нам и сгодятся.

Старушка повернулась к дому и крикнула что есть силы:

— Гриф, поди сюда!

Берт явился незамедлительно, хотя пошатывало его здорово.

— Слушай, милок, я помню, после драки у Кривого замка твои парни долго побрякушки на шее таскали, круглые такие. Ты мне штучек шесть организуй к завтрашнему утру. Очень надо.

— Сегодня принесу. Их есть у нас, — смачно икнув в сторону, кивнул головой Гриф, от чего чуть не потерял равновесие.

— Свободен, — махнула на него рукой ведунья. — Совсем пить не умеет. Хорошо еще, что трезвеет быстро. Полчаса поспит — и как новенький.

— Воин-то я воин, да только вот меча со мной нет, — озвучил я собственные сомнения.

— Вот чудак-человек, ты же хозяин! Возьми да и позови. Такое оружие на хозяйский зов должно откликаться.

— И как же его позвать?

— А вот тут, сердешный, я тебе не подмога. Я в руках, окромя стакана и метлы, отродясь ничего не держала. Эту-то звать проще простого. — И бабка, свистнув так, что по озеру пошла волна, крикнула: — А ну, залетная, двигай сюды, а то все бодылки повыдергиваю!

Метла тут же оказалась рядом. Да, у старушки все строго: к каждому есть свой подход и действенные меры наказания.

— Может, слетаем к пропасти Дарго? — робко предложил я, хотя от одного воспоминания о предыдущем полете меня до сих пор бросало в дрожь.

Старушка лишь покачала головой и сказала, как бы извиняясь:

— Черный туман.

— Тогда буду пробовать, может, получится, — обреченно вздохнул я, не особо надеясь на успех.

— Ну, ты тут зови свой меч, а я пойду распоряжусь, чтобы Дербса позвали, и траву надо найти.

Легко сказать «зови». Чего я только не испробовал: свистел, приказывал, уговаривал, пытался собственным воображением представить меч в руке, рисовал его на земле и даже приглашал с обращением на «вы». Результат по-прежнему был нулевой, если не считать свободных от караула бертов, сбежавшихся поглазеть на необычное шоу одного актера. Пока они молча взирали на столь необычное представление, я терпел их присутствие, но когда раздались аплодисменты — взбесился:

— А ну брысь! Поубиваю всех!

Рогатые испарились, и тут же в голове раздался металлический голос: «Со свиданьицем». Я так и застыл с мечом в руке, уставившись на него, как на привидение. Ну правильно, зачем еще воину оружие? Только для убийства. Не знаю, сколько бы длилась немая сцена, если бы не громкие голоса из избушки.