представился мужик. — Капитан гвардии его величества. За тобой Егерь Дубов, старший лейтенант. Ты идешь с нами.
— Нет! — ответила одна из близняшек. — Сегодня вечером состоится суд хаян, после можете забирать.
— Девочка, закрой свою пасть! Тебе слово не давали, — плюнул на стол Броздов. — Вы забыли, кто ваш хозяин?
Одна пара близняшек исчезла и появилась рядом с капитаном, уперев ему в спину и шею клинки.
— Дяденька, мы старше твоих предков. У нас договор с императором, что он не вмешивается во внутренние дела общества, — улыбнулась блондинка.
— А этот молодой человек вмешан в них, и, пока не закончится суд, он под нашей охраной, — произнесла вторая.
Броздов щелкнул пальцем, и яркий свет объял его тело. Клинки растворились, а девушек вытолкнуло через стену, которую они проломили своими телами. И потом в них ударил луч, медленно растворяющий тела. Удивительно, они не произнесли ни единого звука.
Тут вскочила моя спутница.
— Я Славецкая Екатерина Анатольевна. Вы нарушаете закон империи и правила вампов! — повысила она голос.
Второй, который стоял за моей спиной, дернулся, и я не успел. Аристократка получила мощный удар в живот, разорвавший ее одежду. Катюша согнулась пополам и выплюнула кровь.
Оказался рядом с ним и ударил световым лучом. Гаденыш выставил земляную защиту, которую я не смог пробить. Другой ударил мне в голову своей магией. Почувствовал, как кровь потекла по лицу.
Получай, урод! Улыбнулся. Пока старший лейтенант защитил себя магией земли, я ему туда несколько сотен разрывных подвинул. Как же он кричал, отчаянно пытаясь защититься от моей магии.
На этом начался мой полет. В спину ударили. Ребра, как и позвоночник, хрустнули. Если бы не железа, то остался бы инвалидом. Влетел в стену и проломил ее.
Тяжело сдерживаться, но это последняя часть в моем плане. Урод дернулся на Славецкую, этого я не предвидел. Больные ублюдки!
Поднялся. Капитан сейчас сражался с другими близняшками — брюнетками, и они ему не уступали в силе. Неожиданные атаки, вот только тень против света… Направился к Кате.
Девушка лежала, согнувшись и без сознания. Тварь, который ее ударил, валялся рядом. Хорошо его мои пули порвали — пол-лица до кости отсутствовала, часть органов выпала из пуза, и он хрипел.
Броздов пытался помочь своему коллеге, но девушки занимали все его время. Я наклонился к Дубову.
— За это тебя казнят! — хлюпал старший лейтенант. — Твой род, всех! Баб твоих в публичные дома для бедняков отправят.
— Знаешь, какой ты по счету? — улыбнулся я. — Уже устал слышать одни и те же угрозы, придумайте что-то новое. Скучно.
Упер свою руку ему в грудь. Железа послала сигнал, и на моих пальцах выросли когти. Разрывая плоть, медленно, чтобы Дубов ощутил всю прелесть, впихивал ему ладонь в грудь. Схватился за сердце и одним движением вырвал его.
— Нет! — заорал капитан.
Положил орган рядом с Катей, дал ей восстановление магии и лечилку. Девушка очнулась и уставилась на меня. Подмигнул ей.
— Хватит! — крикнул я. — Я пойду с вами.
Битву девушки почти проиграли, Броздов не стал их убивать. Я оглянулся на всех присутствующих и развел руки.
— Животные, жалкие, трусливые твари! Вам не позволяют соблюдать свои правила и законы, — улыбнулся. — Нападают, пытаются убить, чтобы показать место. Дабы сохранить жизнь вам, я сдаюсь. Каждый из вас мне должен: Краснов, Носов и суд.
Под скрежет зубов я направился к капитану. Хотел принц войну? Ты ее, гаденыш, получишь!
— Это тебе за Дубова, — ударил мне в живот светом капитан. Кровища потекла моментально, хорошо, что успел защитить железу.
На меня накинули аж три веревки. Как мило! Блокирующую магию монстров и рабский ошейник. Тогда я ощутил всю боль в теле.
— Катюша, — выдавил из себя. — Передай, что они мне должны еще больше. Козлы старые…
Второй удар в голову, и я отключился.
Глава 7
Екатерина Славецкая в кабинете отца
— Я убью их! — произнес сухо Анатолий Викторович.
— Успокойся… — перебил только что пришедший Трутень. — Давай четко и по делу. Что случилось? Где Солнцев?
— По делу? — разозлился Славецкий. — Хорошо… Гвардейцы приперлись в Новгород, украли у Бориса его человека, а перед этим их похитили вампы. Он бросил вызов Носову, обвинив в нарушении главного закона общества — права собственности. И сделал это потому, что безопасность в его гостинице была нарушена.
— Дурак! — крутанул в зубах трубку Весемир Константинович.
— Еще бы, объявили хаян на сегодняшний вечер, — добавил Славецкий.
— Боря… Что же ты задумал?
— А я тебе скажу, — встал Анатолий Викторович. — После решения о суде на него напали гвардейцы, ранили мою дочь, перед этим она представилась. Напали на стражей, и все это на глазах свидетелей.
Трутень выпустил дым и задумался. Трубка гуляла во рту — обычное дело, когда генерал-майор отключался от мира и сосредотачивался на фактах. В какой-то момент на его лице появилась улыбка.
— Вот же хитрый сопляк! — хмыкнул Трутень. — Ох и красиво он все разыграл!
— Ты хочешь сказать, что Борис использовал мою дочь и позволил ей пострадать? — глаза Славецкого начали краснеть.
— Дурак ты… — надавил магией Весемир на своего друга, чтобы он успокоился. — Ты запросил аудиенцию с императором?
— Да! И очень хочу услышать, что мне там ответят.
— Отлично! Это просто замечательно! — выпустил дым Трутень.
— Прошу прощения, — вмешалась Екатерина. — Отец, тебе не нужно мстить тому, кто на меня напал. Для начала я сама могу за себя постоять. Не стала отвечать, чтобы у нас не было проблем, но Борис мало того, что изувечил старшего лейтенанта, так еще и вырвал его сердце.
— Это тоже используем, — довольно кивнул Весемир.
Девушка достала из кольца сверток, в котором находился орган, и положила на стол. Славецкий выдохнул. За его ребенка отомстили и сделали это в духе сообщества. Только откуда Солнцев знал, что делать?
— Еще он просил сказать, цитирую: «Передай, что они мне должны еще больше».
— Что это значит? — посмотрел на Трутня Анатолий Викторович.
— Шанс, — подмигнул генерал-майор. — Жирный такой. Оскорбление рода Славецких гвардейцами его величества, помимо того, что они напали на стражей вампов, прервали внутренние дела, тем самым нарушив соглашение
