Читаем без скачивания Русь окаянная - Сергей Норка

— На такси. Но не волнуйся, я заплачу сам, поскольку виноват, что опоздал на автобус. Дивизионная касса не пострадает.

— А почему ты опоздал? Что задержало тебя? — продолжал допрос Данун.

— Завоз был в книжную лавку, — честно признался я. — Очень интересную книгу обнаружил. Настолько зачитался, что позабыл обо всем на свете.

— Аллах спас своего сына. Знаешь ли, что я сейчас писал?

— Понятия не имею, — ответил я, хотя мне все уже было ясно. Я родился вновь, дабы моя новая жизнь в этом мире послужила всемогущему Балансу.

— Автобус с нашими офицерами столкнулся с грузовиком. Все погибли. Я сейчас писал приказ о проведении нашего собственного расследования параллельно с военной полицией и распоряжение о похоронах группы офицеров, в числе которых фигурируешь и ты.

Я задумался. Громадный блок информации выполз из недр психики и сконцентрировался в сознании. Железа, как кинопроектор, начала прокручивать события минувших пяти лет, которые я провел в Междуречье. Бесстрастное лицо Учителя возникло перед глазами. «Ты жрец Хора, Великого и Всемогущего! Любовь, ненависть, слава, деньги, власть чужды тебе. Люди, животные, растения равны перед тобой как материальные элементы Баланса. В мире не существует добра и зла, как не существует двух начал, но есть силы, направленные на поддержание Баланса или на его сбой. Эти силы входят в соприкосновение и разрушают друг друга, а на их обломках возникает новая сила, представляющая нечто среднее, необходимое Балансу. Твоя миссия поддерживать, а если нужно, и создавать силу, противостоящую той, что нарушает Баланс. Ты жрец Хора, Великого и Всемогущего, живешь во имя единственной великой цели».

Вот и пришел конец моей жизни в Месопотамии. Мой путь лежал в Шомкару, географическую и энергетическую точку Глобального сбоя Баланса. В Шомкару, чей народ находился в состоянии психического транса, наведенного темными энергиями, сгенерированными им самим под воздействием группы рахжей, стремящихся к своей цели, но не представлявших, какой страшный механизм они создали и запустили в действие.

— … Поэтому, поскольку ты не умер, можно поговорить о продлении контракта. Эй! Ты меня слушаешь? — слова Дануна вывели меня из задумчивости.

— Да, да. Конечно. Только, видишь ли, я собираюсь вернуться в Россию.

Часть II. Партия

Глава 1. Александр Петрович и Андрей Иванович

Историческая вина Ельцина заключается в том, что он создал режим благоприятствования нечистоплотности. В России разбогатели, грубо говоря, не лучшие, а худшие. Произошла селекция наоборот: был создан племзавод, где собраны самые вонючие быки.

В двухместном купе спального вагона поезда Санкт-Петербург — Москва сидели и разговаривали два человека интеллигентной наружности. Беседа, затянувшаяся за полночь, протекала в спокойном, дружелюбном тоне, как и положено беседе двух умных, уверенных в себе людей.

Тот, что постарше (на вид ему было лет пятьдесят), помешивая ложечкой сахар в стакане с чаем, смотрел на собеседника с нескрываемым любопытством.

— Все это очень интересно. Признаться, я никогда не сталкивался с подобными интерпретациями социальных процессов, но… Вы знаете, что я пытаюсь понять в ходе всего разговора? Я пытаюсь вычислить, кто вы по профессии и какое у вас образование. С одной стороны, вы типичный гуманитарий, скорее всего, историк. Хотя не исключаю, что вы философ или социолог. С другой стороны, знания в области физики, которыми вы постоянно оперируете, показывают, что вы давно оставили позади уровень средней школы. А ваши ссылки на биологические законы, которыми вы обосновываете социальные процессы, заставляют меня серьезно задумываться над вопросом: «А кто же мы такие?» Разумные существа или животные, повинующиеся природным инстинктам, облеченным в форму сознания.

Его собеседник рассмеялся. На вид ему было лет сорок. В отличие от своего флегматичного собеседника, он отчаянно жестикулировал. Его мимика свидетельствовала об эмоциональности характера, но внимательный взгляд холодных глаз выдавал с головой натуру, несоответствующую манерам.

— Вы знаете, Александр Петрович, ваши слова напомнили мне одно высказывание Рассела: «Люди считаются разумными существами. Всю жизнь я ищу доказательства этому». Но я не собираюсь ничего скрывать, поскольку уже много лет главным моим принципом в общении с людьми является открытость. Я ужасно не люблю, когда кому-то во мне что-то неясно. Это создает массу неудобств. Что касается образования, то оно у меня военное, другими словами, никакое.

— Ну, голубчик, — улыбнулся в свою очередь тот, кого назвали Александром Петровичем, — вы меня обижаете. Я ведь тоже бывший офицер.

— Офицер не может быть бывшим. Он либо есть, либо его никогда не было, — также улыбаясь, сказал его собеседник.

— Интересная мысль, Андрей Иванович. Я ее обязательно запомню. Но скажите, а чем вы занимаетесь? Где работаете?

— В настоящее время нигде. Всего месяц назад вернулся из-за границы и пока еще не устроился.

— А чем занимались?

— Был заместителем директора одной консалтинговой фирмы.

— Долго там проработали?

— Достаточно. Семь лет.

— Солидный срок. То есть вы уехали в 91-м?

— Совершенно верно. И за эти годы ни разу не был дома. Даже отпуск проводил за рубежом.

— Интересно, интересно. И чем намерены заняться?

— Пока не знаю. Присматриваюсь. Уезжал ведь из одной страны, а приехал совсем в другую. Другая политика. Другая экономика. А главное, совсем другая психология населения.

— Понимаю, понимаю, — задумчиво сказал Александр Петрович. — Знаете что, дружище, вот вам моя визитка. — Он вынул из нагрудного кармана перо и написал на карточке номер домашнего телефона. — Я бы с удовольствием продолжил наше случайное знакомство. Думаю, что смогу в будущем оказаться вам полезным. А сейчас давайте спать. Не хочу, чтобы завтра вы были не в форме.

Андрей Иванович весело рассмеялся и ничего не ответил.

На следующее утро случайные попутчики распрощались на перроне Ленинградского вокзала. Андрей Иванович пошел к метро, а Александр Петрович вышел на площадь, где его ожидала серая «Волга», за рулем которой сидел одетый в дорогой костюм молодой человек лет двадцати пяти.

— Привет, — бросил Александр Петрович, усаживаясь на заднем сиденье. — Что новенького?

— Все в порядке, шеф, — очень лапидарно ответил молодой человек и включил зажигание.

Это означало, что все поручения, отданные депутатом Государственной думы Александром Петровичем Бирюковым перед отъездом в Питер, выполнены. Машина выехала на Садовое кольцо и пристроилась к колонне автотранспорта в правом ряду.

Бирюков расслабился, как он всегда делал перед важным разговором. Его не покидали впечатления, которые он получил, общаясь несколько часов со случайным попутчиком по купе. И дело было не только в том, что его собеседник высказывал оригинальное видение социальных процессов, имевших место в стране. Мало ли на свете ненормальных, объясняющих насморк президента той или иной страны волновыми процессами в околоземном космическом пространстве? Дело было в том, что Александр Петрович страдал бессонницей и уже несколько лет фактически не спал по ночам, а лишь погружался в какое-то непонятное дремотное состояние, время от времени выныривая из него и бодрствуя по полчаса, но затем опять погружался в дремоту. Лекарства, в огромных количествах прописываемые ему невропатологами, оказывали на него такое же лечебное воздействие, как вода из крана. Ежедневные прогулки перед сном и прочие мероприятия, рекомендуемые врачами, также не помогали. И хотя все это не особенно влияло на физическое состояние, каждую ночь Александр Петрович воспринимал как суровое наказание Божие.

Но минувшей ночью в поезде произошло нечто неожиданное. Как только Бирюков лег и сомкнул веки, он словно провалился в темную яму. Сон был настолько крепким, что он проснулся только в семь утра, когда проводница принялась немилосердно колотить в дверь и кричать, что до Москвы осталось десять минут пути. Андрей Иванович, уже умывшийся и гладко выбритый, сидел на своей полке и смотрел в окно.

Когда «Волга» остановилась, Александр Петрович вынул записную книжку и железнодорожный билет, на котором был записан номер домашнего телефона его попутчика, переписал его, а сам билет отдал водителю.

— Выясни, кто проживает по адресу, где установлен этот телефон и собери всю возможную информацию. Дело срочное, — сам не зная почему, добавил он.

— Несколько дней понадобится. Какие источники можно задействовать? — спросил молодой человек.

— Все, — кратко бросил Бирюков.