— Что я могу поделать с этим? Мужчины жуткие собственники! — обиженно парировал Тео.
Рейна рассмеялась, услышав его полный страдания голос.
— Если ты хочешь быть похожим на Эдвину и порхать от одного мужчины к другому — не стоит заводить постоянного друга.
— О! Как ты могла сравнить меня с этой грязной блудницей, успевшей переспать уже со всеми мужчинами замка! — негодующе воскликнул Тео. — Она слишком глупа, чтобы удержаться в постели с мужчиной больше одной ночи!
— Зато настолько умна, чтобы избежать побоев со стороны кого-либо из особо ревнивых ее поклонников! — напомнила Рейна юноше. — Мне бы не хотелось собирать тебя по кусочкам, после того как однажды они все объединятся и зададут тебе хорошую трепку! Если ты не можешь быть верным одному, Тео, то ищи себе друга помладше или развивай мускулатуру!
— Но я хочу чувствовать себя беззащитным, как вы, женщины! Неужели ты бы хотела быть сильнее?..
— Мы говорим не обо мне! — резко возразила Рейна, поднявшись. — Понятия не имею, что телку мне возиться с тобой, стараясь вбить в твою пустую голову хоть немного разума, ведь что бы я ни говорила, ты все равно поступишь по-своему.
Тео поспешил помочь Рейне выбраться из огромного чана, прихватив с собой полотенце. Ему очень не хотелось рассказывать ей о том, что он привел в бешенство этого великана. Однако Тео не мог допустить, чтобы она встретила Ранульфа, ни о чем не подозревая. Но разговор возобновила сама Рейна:
— Надеюсь, что по крайней мере ты хоть выяснил, с какой целью он прибыл в Клайдон?
Тео обернул полотенце вокруг ее мокрых волос и не спеша сказал:
— У меня не было и возможности задать ему хоть один вопрос, ибо он просто горел желанием узнать как можно больше о Клайдоне и о тебе, не переставая ни на мгновение спрашивать меня обо всем этом.
— О? — заинтересованно произнесла Рейна. Улыбнувшись своим мыслям, Тео сказал:
— Он, полагаю, был ужасно раздражен тем, что никак не мог определить твой возраст. — Тео предпочел не вдаваться в детали их разговора с рыцарем. — Он спрашивал, сколько тебе лет, когда должна состояться свадьба и о том, кто твой избранник.
— Ну и что же ты рассказал ему?
— Ничего такого, что могло бы удовлетворить его любопытство. Так что позже он сам обратится к тебе со всеми этими вопросами, если, конечно, будет в состоянии спокойно побеседовать…
Рейна замерла и с надеждой в голосе спросила:
— Тео, ты ведь не обидел его?!
— Конечно, нет! Но… он… возможно, мог… подумать иначе… — запинаясь, пробормотал Тео.
— Скажи мне, что случилось?
Вспыхнув, Тео отвел глаза в сторону и сбивчиво начал:
— Он настолько отвлекся, что я… когда я… ну ладно, я не успел так быстро отреагировать, как ты и предупреждала меня. Он едва не разорвал меня на кусочки. Знаешь, я не стал дожидаться, чтобы он исправил свою оплошность…
— О, Тео! — тяжело вздохнула Рейна. — Неужели ты не мог понять, что он совсем не испытывает к тебе каких-либо нежных чувств, прежде чем зашел так далеко, что даже оскорбил его?
— Я же сказал, что он отвлекся! — защищался Тео. — Это было не так уж просто…
— Ты должен был сразу же спросить у него! Господи Боже мой! О чем я только думала, когда разрешала тебе приблизиться к нему?! Этого мне еще не хватало!
Рейна распахнула сундук, где была сложена ее одежда, и схватила первый попавшийся костюм.
— Ну? Что ты стоишь как столб?! Пошевеливайся! Мне придется поторопиться, чтобы снова не заставить его ждать. Послушай, а ты хоть отправил к нему Эдвину, чтобы она помогла закончить с купанием?
Помогая Рейне надевать льняную рубашку, Тео произнес:
— Она уже была занята с одним из его воинов.
— Ну и кого же ты послал? — с дрожью в голосе спросила Рейна.
— Анабель.
— Тео! Что ты говоришь? Эту толстуху Анабель! О, как ты мог!
— А что я такого сделал? — спросил Тео со всей невинностью, на которую был только способен, завязывая ленточки на ее сорочке. — Она как раз оказалась под рукой.
Рейна взглянула на него, испытывая непреодолимое желание заткнуть уши.
— Если он и не был оскорблен прежде, то наверняка взбешен сейчас. Клянусь Святым распятием, Тео! Если из-за твоих идиотских проделок у меня возникнут с ним недоразумения, я собственноручно воткну в тебя копье и подвешу к стене!
Однако такая перспектива вовсе не устраивала Тео.
— Ему нужно было многое обдумать, так что было бы лучше, если бы ему вообще никто не мешал. Уверяю тебя, Анабель он даже не заметит!
— Для тебя будет лучше, если ты окажешься прав. О Господи, Тео! Торопись! Тебе ведь еще нужно высушить мои волосы. Быстрее! Я должна первой спуститься в зал, чтобы предупредить его появление, — скороговоркой проговорила Рейна.
Глава 8
Приняв ванну и немного отдохнув, Ранульф отправился в Главный зал, однако едва он вышел из своей комнаты, как натолкнулся на Уолтера, сидевшего в ожидании друга на нижней ступеньке лестницы.
— А я уже подумал, что ты заблудился. Спускаясь в зал, я был уверен, что приду последним после тех незабываемых минут, что я провел с очаровательной блондинкой, которую прислали прислуживать мне при купании…
Вряд ли Уолтер мог задеть друга сильнее. Напрасно Ранульф намеренно задержался в своей комнате, чтобы хоть немного остыть после пережитого: сначала ему подсунули извращенца, а потом эту толстую, просто необъятную деваху, которую бы даже он не смог обнять, появись у него такое желание, чего, к счастью, не произошло.
— Ну и как она? — коротко спросил Ранульф.
— Стоит ли спрашивать, дружище! Прежде чем продолжить разговор, Ранульф что-то невнятно пробурчал.
— А что, леди уже спустилась вниз?
— Да, и довольно давно, — ответил Уолтер, обратив на друга полный любопытства взгляд. — Ас тобой-то что произошло?
— Ничего такого, что не могло бы оказаться делом ее рук! — прогремел Ранульф и стремительно прошел в арку, ведущую в Главный зал.
Задыхаясь от ярости, он почти вбежал в зал и направился к большому камину, возле которого стояли Серл и Эрик, окруженные щебечущей толпой юных дам. Даже мысль о предстоящем общении с таким количеством женщин, которое обещало быть чрезвычайно интересным, не успокоила гнев Ранульфа. Однако, миновав большой обеденный стол, уже накрытый для трапезы, Ранульф почувствовал, что буря, бушевавшая в нем, немного улеглась, ибо он вдруг осознал, что застигнут врасплох, поскольку понятия не имел, кто из этих женщин и есть хозяйка Клайдона — Рейна де Шампенье.
Подойдя ближе, Ранульф разглядел восемь юных леди. Одну из них, леди Элен, до смерти перепуганную им всего несколько часов назад, он сразу же узнал. Еще трое были совсем девочками, которым едва исполнилось по двенадцать-тринадцать лет. Однако которая из четырех более взрослых женщин, старшей среди них не было и тридцати, подумал Ранульф, и была госпожой Клайдона, оставалось для него неразрешимо трудной загадкой.
