Раздраженно качая головой, Джойра распахнула инкрустированные двери платяного шкафа и стала копаться в одежде. Достав строгий белый плащ, украшенный золотой застежкой, Джойра накинула его на себя, затем выбрала пояс золотистого цвета и завязала вокруг талии.
– Что ты собираешься делать? – удивленно спросил Карн.
– Я иду защищаться.
– Но ведь Тефери ничего не сказал! – воскликнул серебряный человек.
– Тефери? – сердито сказала Джойра. – Он просто выжидает, боится прогадать. Он продаст меня, как только обведет вокруг пальца мастера Малзру. – Она вновь покачала головой. – Я хочу опередить его. Я хочу признаться сама в том, что сделала По крайней мере, честность будет на моей стороне. – Тяжело вздохнув, она склонилась над кроватью и заботливо поправила покрывало, которого Карн раньше не видел. – Пойдем.
Уже у двери Карн обернулся и снова взглянул на кровать. Там он увидел вьющиеся золотистые волосы Керрика.
* * *
Мастер Малзра в исступлении шагал взад-вперед по комнате, синие одежды развевались позади него. Его лицо, всегда светившееся каким-то внутренним светом, стало белым как полотно, а глаза метали красные лучи адского огня. В тусклом свете он казался огромным, будто закованным в мощную броню, позаимствованную у чудовищ из Зала Созданных Механических Существ.
Перед ним за столом черного дерева сидел четырнадцатилетний Тефери, похожий на взъерошенного воробья.
– Кто ты? Что ты? Шпион? Ты слишком юн, чтобы быть фирексийским доносчиком. Ты не пахнешь машинным маслом. Но ты умен, честолюбив и неисправим. Как раз таких-то и выбирают фирексийцы! Что ты делал за стенами академии? С кем ты встречался? С фирексийскими посланниками?
Тефери сидел, опустив глаза.
– Я даже не знаю, о чем вы говорите. Фирекс? Или верекс? Может, о вереске?
– Нечего со мной шутить! – взревел Малзра, стукнув кулаком по столу.
Тефери почувствовал в себе стремительно нарастающую силу и поднял глаза, чтобы встретить пылающий взгляд мастера.
«Ха, да это же увеличенные во много раз глаза насекомого!» Тефери набрал в грудь воздуха и прокричал в ответ:
– Вы безумны, мастер! Все это знают. Безусловно, вы – гений. Ни один из нас не прибыл бы сюда учиться, если бы нам это было неизвестно. Вы знаете об изобретении и магии больше, чем человек может узнать за тысячу лет, но вы безумны. Все эти Едоки Огня и Фанатики, Демоны и Собаколицые Люди, Захватчики, Заговорщики и полчища Шпионов! Единственный захватчик, который когда-либо прибывал на этот остров, – рыба, и довольно глупая. Ее приносит приливом, ее ловят чайки, которые потеряли чувство направления и летят никуда из ниоткуда. Ни у кого нет большого желания попасть сюда, мастер Малзра, но я думаю, что приблизительно двести учеников и сорок ученых хотят выходить отсюда, хотя бы иногда. Вот то, что я делал за этими стенами, верите вы этому или нет.
Во внезапной, ошеломляющей тишине раздался стук. Маг Баррин появился из тени и подошел к двери. Тефери и Малзра напряженно смотрели друг другу в глаза. Между ними возникло странное понимание. Несмотря на большую разницу в возрасте, эти двое осознали, что очень похожи: талантливые изобретатели и неуправляемые эгоисты, одержимые, безответственные и испорченные настолько же, насколько и одаренные. В них обоих была бесспорная искра величия среди благословенных или проклятых.
Напряжение во взгляде Малзры возросло. Тефери чувствовал его присутствие в своем сознании. Словно змея, Малзра скользил сквозь его мысли. Мастер просматривал и поглощал его воспоминания. Сначала Урза увидел в душе мальчика мышиный страх, затем возникли ощущения ревности, робости и неуверенности. Сознание мастера скользило по обрывкам воспоминаний о лесе и Мерцающей Луне. Правда была где-то рядом. У нее был кислый запах, в котором ощущалась сила. Малзра рванулся вперед. Еще немного и он узнает. Узнает.
Взгляд Тефери тоже стал напряженным. Кот пришел внутрь его и теперь бродил там среди праведных мыслей негодования и гордости. Внезапно он прыгнул на змею уверенности Малзры. Когти и жало, крики и шипение, мех и чешуя. Они боролись в мозгу молодого человека. Сражение было свирепым, хотя о нем можно было догадаться только по их глазам.
Баррин негромко покашлял:
– Пришли Джойра и Карн.
– В другое время, – прорычал Малзра.
– Она говорит, что хочет в чем-то признаться, – сказал Баррин, провожая девушку и серебряного человека в маленький кабинет.
Малзра прервал состязание взглядов. Его глаза сверкнули, когда он взглянул на женщину Гиту, одетую в официальную одежду академии. Джойра носила это платье с тех пор, как получила статус старшего ученика.
– Признаться в чем?
– Я во всем виновата, – медленно проговорила Джойра. – Это из-за меня Тефери оказался за стенами школы вчера вечером.
Молодой человек на мгновение вытаращил на нее глаза, а затем вскочил с места:
– Она подтолкнула меня к этому. – Все в комнате недоуменно посмотрели на него. – Я всегда старался произвести на нее впечатление, но она думает, что я слишком молод для нее. В конце концов, она сказала, что не будет со мной разговаривать, пока я не совершу какой-нибудь смелый поступок и не подрасту.
– Это не так, – возмутилась Джойра.
– Неужели ты думал, что прокрасться за стены академии – взрослый поступок? – поинтересовался Малзра.
– Я думал, что если мне удастся проникнуть в лес ночью, то я, возможно, сумею поймать ночную гагару. Они прекрасно поют при Мерцающей Луне. Я создал тех механических птиц, чтобы произвести на нее впечатление, но ей неинтересно мое волшебство. Мне хотелось доказать, что я могу что-то изобрести, что я творец, но она только сказала: «Они просто подделка, такая же, как и ты». Так что я подумал: а не поймать ли мне настоящую птицу, редкую певчую ночную птицу, и сделать это без помощи магии?
– Поймать гагару? – удивленно переспросил Баррин.
– У меня была маленькая цепочка с металлическим ошейником. Я собирался замотать ее вокруг ноги птицы и накинуть на нее капюшон, но все мое снаряжение выпало из кармана, когда охрана схватила меня.
– Ночную гагару? – спросил Баррин недоверчиво и обернулся к мастеру. – Я ему не верю. Малзра, я думаю, что в этом случае мы можем преступить мораторий на вторжение в разум. Я могу наложить на него заклинание правды.
– Нет. – Что-то изменилось в глазах Малзры. В них мелькнул жесткий расчет. – Нет, этот проступок не настолько серьезное преступление, чтобы мы принимали такие решительные меры. – Он поймал виноватый взгляд Тефери. – Выискивать гагару всю ночь… Должен сказать, что подобный трюк все равно вряд ли впечатлил бы Джойру. Этот поступок не был ни храбрым, ни взрослым. Простое безрассудство и глупость.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
