Читаем без скачивания Риск - Дик Фрэнсис

Свет все еще горел, но черный квадрат окна посерел. Прошла целая ночь. Светало.

Я запихнул кое-какие вещи в один из чемоданов и покинул коттедж десять минут спустя.

На американском автоматическом замке явных следов взлома не было, и я предположил, что они открыли его с помощью пластиковой кредитной карточки, как однажды сделал я сам, забыв ключи дома. Моя машина стояла в полном порядке там, где я ее запарковал, и даже недопитый бокал виски остался нетронутым на столе в гостиной. Чувствуя себя совершенно разбитым, я принял душ, побрился, позавтракал в «Чокерс-отеле» и отправился в полицию.

— Опять пришли? — спросили в полиции. Полицейский инспектор выслушал мою историю, записал и задал ряд вопросов. — Вы знаете этих людей?

— Нет.

— Остались какие-нибудь следы насильственного вторжения?

— Нет.

— Что-нибудь украдено?

— Нет.

— Ничего не можем поделать, сэр.

— Послушайте, — сказал я, — эти люди хотят похитить меня. Один раз им это удалось, и они снова пытаются сделать то же самое. Неужели вы совсем не в состоянии помочь?

Полицейский отнесся ко мне довольно сочувственно, но ответ был отрицательный. У них не хватает ни людей, ни денег, чтобы установить круглосуточную охрану кого бы то ни было на неопределенный срок без особо веских оснований.

— Разве угроза похищения недостаточно веское основание?

— Нет. Если вы серьезно верите, что такая угроза существует, вы можете сами нанять телохранителя.

— Огромное спасибо, — сказал я. — Но если кто-нибудь сообщит вам, что я снова исчез, имейте в виду: я вряд ли уехал по собственному желанию.

Возможно, вы окажете мне любезность и начнете поиски.

— Если это случится, обязательно, сэр.

Я пришел в контору, сел за свой стол и уставился на трясущиеся руки.

У меня почти не осталось сил, ни физических, ни душевных.

Явился Питер с телеграммой в руках и с обычным выражением легкой растерянности и непонимания на лице. Он принес плохие новости.

«Машина сломана возвращаюсь среду извинения Тревор».

— Вы прочли это? — спросил я Питера.

— Да.

— Пожалуй, вам лучше сходить за расписанием мистера Кинга на будущую неделю и его книгой предварительной записи клиентов.

Питер пошел выполнять поручение, а я сидел и тупо смотрел на телеграмму. Тревор послал ее из какого-то городка во Франции, о котором я никогда раньше не слышал, и не указал обратного адреса. Но где бы он ни находился, он не умрет от беспокойства. Он твердо уверен, что может безболезненно продлить отпуск на несколько дней, так как я легко справлюсь со всеми проблемами.

Питер вернулся с расписанием. Я сплел пальцы, чтобы унять дрожь. Интересно, что люди обычно принимают в качестве транквилизаторов?

— Принесите мне чашку кофе, — попросил я Питера. Он вскинул брови.

— Знаю, сейчас только четверть десятого, — добавил я, — но принесите мне чашку кофе… пожалуйста.

Когда он принес кофе, я отправил его за Дебби, собираясь распределить между ними груз самых неотложных дел. Ни тот, ни другая не обладали выдающимися способностями, но оба были упорными, добросовестными работягами бесценные качества для помощников бухгалтеров. Во многих фирмах помощники отличались блестящим умом и энергично учились, чтобы самим стать бухгалтерами. Тревор по неведомой причине всегда предпочитал иметь дело с ребятами без честолюбивых устремлений. Питеру исполнилось двадцать два, Дебби двадцать четыре. По-моему, Питер был скрытым гомосексуалистом, который не вполне осознал это. За Дебби, полногрудой и чопорной девицей с волосами мышиного цвета, ухаживал парень, служивший в магазинчике скобяных товаров.

Питер время от времени отпускал шуточки насчет болтов и гаек, которые шокировали Дебби. Они сидели напротив моего стола с блокнотами наготове, оба смотрели на меня с опасением.

— Вы выглядите совершенно больным, — сказала Дебби. — Даже хуже, чем вчера. Лицо какое-то землистое. — В ее голосе сквозило скорее злорадное удовольствие, чем тревога.

— Да, ладно, не обращайте внимания, — сказал я. — Я только что просмотрел расписание мистера Кинга, там есть отчеты, которые не могут ждать его возвращения. Двумя он, по-видимому, занимался перед отъездом, но ни один не был полностью закончен. Аудиторские акты для поверенных, мистера Креста и мистера Гранта. Боюсь, они уже просрочены. Не могли бы вы принести сюда все документы по этим двум делам, Дебби? Позже, я имею в виду. Не сию секунду. Далее, две повестки явиться на заседание налоговой комиссии в следующий вторник. Я направлю прошение об отсрочке для этих клиентов, но вам лучше принести мне все учетные книги, Дебби, и я возьмусь за них и начну работать.

— Это по конюшням в Эксвуде, да? И по конному заводу в Миллрейсе?

— Нет, конный завод оставьте, он может подождать еще неделю. Мистер Кинг сам им займется. Бумаги по Эксвудским конюшням, да, и отчетность тех торговцев зерном из фирмы Коли Янга.

— Книги Коли Янга еще не доставили, — сообщил Питер.

— Ну, вместо того чтобы возмущаться, лучше бы сделали то, о чем я говорил две недели назад, и напомнили им прислать документы. — Я уловил скрипучие нотки в своем голосе и приложил все силы, чтобы избавиться от них.

— Ладно, — медленно продолжил я, — вы попросили их прислать отчетность?

— Да, просил. — Питер мрачнел на глазах. — Но документы не пришли.

— Будьте любезны, позвоните им снова. А что с Эксвудскими конюшнями?

— Вы сами проверяли их книги, если помните.

— Неужели? — Я напряг память, словно пытаясь вспомнить о событиях своей прошлой жизни. Две повестки с требованием явиться в налоговую комиссию не представляли собой ничего серьезного. Мы редко туда ходили на самом деле. Повестки оформлялись, когда налоговая комиссия считала, что ряд бухгалтерских отчетов давно просрочен: своего рода активизирующее средство. В итоге Тревор или я просили предоставить отсрочку, готовили отчеты и отправляли их до истечения вновь назначенного срока. Конец пьесы. Две повестки, о которых шла речь, пришли после отъезда Тревора в отпуск, поэтому он не мог заняться ими самостоятельно.

— Вы сказали, что не хватает кассовой книги по учету мелких расходов, — напомнил Питер.

— Правда? Вы просили прислать ее?

— Да, просил, но ее не прислали.

Я вздохнул.

— Позвоните им еще раз.

Очень многие клиенты вообще не понимали, к чему спешить, когда речь заходила о приведении в порядок их отчетности. Они имели привычку неделями игнорировать наши запросы о предоставлении дополнительной информации или документов.

— Передайте обоим, что им действительно придется посетить налоговую инспекцию, если они срочно не пришлют нужные книги.

— Но ведь на самом деле они не пойдут туда, да? — уточнил Питер.

Парнишка не может похвастаться сообразительностью, подумал я.

— Тем не менее я получу судебные постановления, — терпеливо сказал я. — Но Тревору понадобятся эти ведомости сразу, как только он вернется.

— Мистер Уэллс трижды звонил вчера днем, — сообщила Дебби.

— Какой мистер Уэллс? О, да, мистер Уэллс.

— Он говорит, что один из кредиторов рвется изо всех сил довести его до банкротства. Мистер Уэллс хочет знать, что вы намерены с этим делать.

Я начисто забыл подробности злоключений мистера Уэллса.

— Где его бухгалтерские книги? — спросил я.

— В одном из тех ящиков, — махнула рукой Дебби. Три ряда картонных коробок, стоявших одна на другой, тянулись вдоль стены под окном. На каждой коробке большими черными буквами было написано имя клиента, и в каждой лежали кассовые книги, расписки, гроссбухи, приходные ордера, отчетности по редким статьям расходов, инвентарные описи и обычный комплект документов, необходимых для установления размера налогов. И каждая из коробок означала работу, которую мне еще предстоит сделать.

В среднем у меня уходило два рабочих дня на то, чтобы сделать годовой отчет для каждого клиента. Некоторые ревизии требовали больше времени. У меня было приблизительно двести клиентов. Неподъемное бремя.

Тревор монополизировал фирмы покрупнее и обычно тратил около недели на каждую. Он имел семерых клиентов. Неудивительно, что повестки из инспекции свалились на нас словно снег на голову.

Большую часть текущей работы выполняли Питер и Дебби. Найм еще одного помощника оказал бы нам с Тревором весьма умеренную помощь. Если бы мы пригласили третьего равноправного партнера, это, конечно, облегчило бы нагрузку, но тогда пришлось бы делить прибыль фирмы на три части, а не на две, что, в свою очередь, привело бы к заметному сокращению доходов. Тревор решительно выступал против. Слияние с лондонской фирмой означало, что Тревор перестанет быть боссом, а я не смогу участвовать в скачках… в общем, явственный тупик.