там дальше, по учебному плану? Магиматика?
– Согласна, – кивнула, решительно протянув руку. – Только, чур, без всякого такого!
Все что угодно – лучше магиматики. Даже в библиотеке отрабатывать. К тому же, со Змеем мне общаться декан не запрещал. А если бы и запрещал – я бы не послушала. Прав у него таких нету, запрещать.
Змей криво усмехнулся.
Руки у него сегодня еще холодней, чем вчера оказались, словно он их в лед засунул. А у Горынычей с давлением проблемы бывают? А то такая температура для конечностей ненормальна. Это я, как недоучившийся врач, могу сказать.
Мы вразвалочку прошли по опустевшим коридорам, взяли куртки, вышли на улицу. Сегодня, как и вчера, небо хмурилось, обещая дождь. Надеюсь, не ливанет – простывать мне как-то неохота.
– И зачем вы меня позвали… – я задумалась, как к нему обращаться.
Профессор Змей? Но он не преподаватель. Драко Змей? А вдруг это какой-то интимный титул? Змей Горыныч?
– Можно просто по имени, и на «ты», – растянул губы в улыбке дракон. – У нас с тобой нет учительско-студенческих отношений.
– Хорошо, – кивнула, принимая такой вариант. – Так зачем ты меня позвал?
– А что, нельзя мне просто захотеть прогуляться в компании симпатичной девушки?
– Нельзя, – нахмурилась и, вспомнив про Алекса, добавила. – У меня, между прочим, парень есть.
– Эльфячий принц? – прищурился Змей. – Да уж, слыхал. Не боишься? Он ведь темный…
– Я не расистка, – сказала, как отрезала.
Достали уже, если честно, темный, да темный. Темнота, она не по рождению, а по поступкам определяется. А Алексовы поступки мне только пользу приносят.
– Ну и правильно, – довольно кивнул Змей. – Меня ведь тоже некоторые плохим считают. Хотя, я разве плохой?
– Я думала, за злодея у вас Змый, а ты средний. Слушай, а кто вообще вам эти имена придумал?
Змей, Змий и Змый – ну обхохочешься же.
Нормальные родители так детей не назовут.
– Ох, Маша-Маша, – покачал головой дракон, кажется, обидевшись. – А знаешь, как полностью Алекса зовут?
– Алексбондюэль? – я покраснела.
Действительно, полное имя своего же собственного парня в моей голове не умещалось.
– Почти угадала, – расхохотался Змей. – У высших сказочников имена такие, чтоб не повторялись. И чем сложнее имя, тем ранг почетней. Это русалкам и лешим можно Васьками, да Федьками зваться, потому что их пруд-пруди. А у по-настоящему сильного создания имя должно быть уникальное.
– А вы, выходит, не высшие? – удивилась изрядно.
Горыныч, он же вроде, сильный…
– А мы, Маша, вне правил, у нас имен много, – пожал плечами мой спутник, и тут же перевел тему. – Рассказать тебе про прежнюю ЯГО?
– Конечно, – мгновенно согласилась, позабыв про чужие имена. – Баба Яга, верно?
У кого ни спрашивала про это – все либо плечами жали, либо к Змию посылали. А у Змия ничего и не выпытаешь толком.
– Это она потом бабой стала, как и Ягой. А сначала была одной из Древних, той, кто всем остальным двери открыла. Мир, откуда они пришли, окутывал Хаос, призванный в попытках получить высшие силы. Медленно, шаг за шагом, он поглощал измерение, не оставляя после себя ничего. Те, кто его призвал, погибли первыми, и из их храма Хаос стал расползаться по измерению. Древние сумели заполучить частичку его мощи, и воспользовались этой частичкой, чтобы навсегда запереть его там, а самим найти новое место для жизни. Как видишь, у них вполне получилось.
– Звучит жутковато. А что на счет ЯГО? – спросила, не выдержав паузы.
Так мне и учебник раскрывать не придется – Змей все сам расскажет.
– Когда Древние пришли сюда, их стали почитать за богов. Гея, Мокошь, Жямина, Притхиви… чуть позже – Гера, Юнона, Лада… всех имен бывшей ЯГО не перечесть. Наделенная силой стража, она могла открыть дверь в любой мир, но не делала этого, опасаясь спровоцировать Хаос, а лишь поддерживала баланс, сохраняя покой.
– И как же она постарела, когда у нее была такая сила?
– Заполучив мощь от Хаоса, она приняла и частичку его самого, но могла держать ее под контролем до определенного времени. Хаос, даже самый маленький, это пустота. Вот и она пустой была, как все Древние. Знаешь, они ведь не могут завести детей просто так, как люди. Им приходится платить за это, но цена ее устроила. Потому что для женщины, хоть и трижды богини, способность воспроизводить себе подобных – не прихоть, а необходимость. Сойдясь с одним смертным, она родила ребенка, расплатившись за это частицей своей силы. И с каждым новым поколением ее дар уходил в ее же род, а она старела, пусть медленно, но все же…
– Что было потом? – спросила грустно.
Да уж, страшный выбор. Я, конечно, прямо сейчас детей не планировала, но и совсем без них тоже не собиралась.
– Потом она стала известной тебе Бабой Ягой, стражем между явью и навью. Но прежней магии в ней уже не было, и двери в другие миры оказались для нее недоступными. А пару сотен лет назад она пропала, и никто ее больше не видел, – развел руками Змей. – Теперь вся сила стража, прежде питавшая ее род, в тебе. Ты ведь сирота, верно?
– В моем личном деле прочитал? – глянула хмуро, с подозрением.
– Тут и личного дела не надо, Маш, – не смутился Змей. – Для людей неполный дар стража – это проклятие. За возможность дать новую жизнь приходится платить своей смертью. В том случае, конечно, если ожидается девочка. Эта магия только женщинам дается.
– И что же, мне теперь тоже?
Безрадостная перспектива – оставить своего ребенка сиротой. Я-то знаю, я через это прошла. А мама, она нужна каждому.
– Ты отдельный случай, так что не стоит расстраиваться раньше времени. Ты ведь полноценная ЯГО, так что, наверно, вообще детей завести не сможешь. По крайней мере, со сказочником, – «утешил» Змей.
– Знаешь, мне от этого не легче! – фыркнула я, впрочем, весьма уныло.
Вот и зачем он мне это рассказал?
–Ты же сама узнать захотела, – развел руками Змей. – Впрочем, у меня есть кое-какие мысли на этот счет.
– И какие же?
– Я думаю, все дело в частице Хаоса. Если бы ты смогла открыть дверь в тот, мертвый, мир… ведь Хаос дал эту силу. Возможно, он сможет дать и большее.
– Я пока только в комнату дверь открывать умею, – проговорила злобно.
Не то, чтобы мне вот прямо сейчас захотелось попасть к Хаосу, весьма страшному, кстати… нет, я бы на такое не решилась. А если бы решилась, то сначала все бы обдумала, обсудила и спланировала. Да только смысл, если я силы в себе ни капли
