затем они поднимались все выше и выше. Настолько, что из-под сплошного покрывала леса кое-где выпирали скалы.
Прибыли на опушку у подножия какого-то холмика. Приказали разведке построиться – сам комбриг хочет проверить готовность. Разведчики бодро экипировались и изобразили шеренгу, как известно в боевых условиях строевые команды не подаются. Настроение было приподнятым. Хотя военная тайна соблюдалась неукоснительно и слово «Бамут» никто не произносил, о направлении движения мог не догадываться только лысый ежик.
Комбриг – высокий, плотного сложения полковник, прошел вдоль строя. Критически осмотрел амуницию и экипировку, пытаясь подольше задерживаться взглядом на спокойных, уверенных и решительных лицах ребят.
– Ну что, готовы к сложному заданию?
– Готовы! – раздался радостный голос Лешки Швеца, – Давненько шашкой не махали – застоялись уже.
– Откуда ты такой казак выискался?
– Так мы еще с Дона!
– Ладно вам – помашете еще.
Комбриг двигался вдоль строя и остановился около Связи, удивленно оглядывая того с головы до ног. Удивляться было чему.
За спиной у него висела большая металлическая, плоская коробка, именуемая носимой радиостанцией Р-153. Так же он, как и каждый разведчик, имел при себе дополнительный боекомплект к автомату, сухпай на трое суток, теплые вещи. Но еще должен был нести с собой несколько запасных батарей к рации, запасную антенну и гарнитуру. Часть этого добра он, с помощью Николаева растолкал по вещмешкам других солдат, но и его собственный получился довольно весомый и очень объемный. Поскольку сзади была рация, а поверх нее вещмешок никак не пристроишь, то, не мудрствуя лукаво, он пристроил его спереди. Теперь, положив на вещмешок автомат и, по-школьному сложив на нем руки, Связь с невинным видом смотрел в глаза оторопевшего полковника.
– Кто такой?
– Сержант Селиверстов, радиотелеграфист.
– Как же ты, сынок, залегать будешь в случае обстрела?
– А очень просто, тащ полковник. У всех один путь – на брюхо падать, а у меня целых два – на правый бок или на левый.
Комбриг недоверчиво хмыкнул, рассматривая бравого связиста.
– Ротный! Это нормальный солдат? Выдержит?
Капитан Санников отделился на шаг от строя и ответил:
– Это один из лучших. Должен выдержать, товарищ полковник!
– Ну что, орлы вы мои, казаки право – и – левобокие! – с командирской, хозяйской ноткой, но все же как-то по-отцовски ласковой прогудел полковник. Потом перешел на более привычную для него интонацию командира мотострелковой бригады, отдающего своим подчиненным боевой приказ.
– Выдержать все должны! Все вы здесь лучшие! Задача не простая, но выполнить ее нужно. И без потерь. Это приказ!
Выдвигаться будем отсюда. Впереди пойдете вы – разведка. За вами второй батальон. Идти нужно лесом и по сопкам, поэтому техника там не пройдет. Она пойдет позже, после разминирования основной дороги, под охраной третьего батальона. Ваша задача двигаться максимально скрытно, вытащить за собой пехоту, чтобы она, по мере продвижения, оставляла за собой опорные точки. Справа и слева соседи пытались пробиться – не получилось. Поэтому будьте внимательны. У нас должно получиться. И помните правило: нельзя лезть туда, куда можно послать вместо себя пулю или гранату.
Все. Офицеры карты получили. Задачи поставлены. Вопросы есть? Нет. Тогда с богом. Через двадцать минут выступаем.
Круто развернувшись, уверенно зашагал к штабной машине.
Майский лес был великолепен. Молодая зелень дружно пробивалась к свету. Солнце тепло и ласково грело и обнимало все вокруг. Мелкие и крупные птицы переливисто щебетали и цокали в ярко-зеленой листве, которая буйно, по-хозяйски, укрыла все вокруг. Денис Николаев, в который раз думал о том, какая великолепная природа здесь, какие чудесные пейзажи открываются взору. Когда смотришь на все это вызывающее великолепие взглядом простого человека. Когда не надо высматривать по сторонам притаившейся угрозы, не надо чутко контролировать шумы и шорохи вокруг, не надо внимательно следить за тем, куда наступаешь, чтобы, не дай бог, не нарваться на мину или растяжку.
Но сейчас для него и всех остальных это был не радостный молодой дивный лес, а просто «зеленка», напичканная самыми разнообразными смертоносными сюрпризами.
Двигались уже который час. Пока было все относительно спокойно, только далеко справа все стучал и стучал короткими очередями пулемет. Да мелькнули слева, на высоком склоне, какие-то тела. Далеко, не разглядели. Гнаться за ними было бы глупо, да и задача стояла другая. Следом, цепочкой, тянется пехота.
Время от времени от колонны пехоты отделяются по нескольку бойцов, они остаются и обустраивают опорные пункты. Выпадают короткие привалы, тогда разведчики падают на траву, вытягивают гудящие ноги и разминают немеющие от тяжелой ноши плечи. Ротный коротко сверяется с картой, Связь передает в эфир координаты местонахождения, и, не успев докурить по сигарете – в путь. С разведкой идет старый знакомый – сапер Тимофей с напарником.
Внезапно, после очередной остановки, размеренный, сосредоточенный походный ритм нарушает пронзительный нарастающий свист, катящийся откуда-то сбоку, из-за вершин деревьев. Все замерли, напряженно вслушиваясь в знакомый до боли звук приближающейся мины.
Звук в течение пары секунд приблизился и над головами превратился в дикий, сотрясающий воздух, пронзительный гул. Последняя надежда, что будет перелет, разорвалась, вместе с расколовшимся, в адском грохоте, небом. Землю, в которую вжались, ища спасения от грохочущей смерти, бойцы, осыпало градом осколков. Следом сыпанули сбитые с деревьев ветки и ярко-бирюзовые, еще клейкие, листочки. В небе слышны звуки еще и еще одной мины. Снова и снова огромный и беспощадный великан с оглушительным треском разрывал над головами полотнище неба, сотканное из тысяч прочных голубых нитей. Это мины рвались в кронах деревьев.
Команда ротного прозвучала в кратком перерыве между взрывами.
– Встать! Бегом! Вперед! Уходим из зоны!
Бойцы бежали смявшимся строем, оглядывались на все появляющийся новый и новый свист, казалось пытаются увидеть приближающуюся мину. Когда свист превращался в неотвратимый гул – падали, ища укрытия в крохотных ложбинках и меж трухлявыми стволами деревьев. Адский грохот снова осыпал их ветками, комьями грязи и палой листвой.
Обстрел прекратился так же внезапно, как и начался.
– Всем командирам взводов и отделений! Определиться и доложить потери! – Байкал стоял в полный рост спокойный и уверенный, небрежным жестом смахивая с себя прошлогоднюю листву. – Связь, ко мне!
Благодаря тому, что лес в этом месте был густой и высокий, все мины разорвались вверху и ветви прикрыли солдат от основной массы осколков. Ни 200-х, ни 300-х не было, только множество мелких царапин и ушибов.
– Связь, выходи на частоту «Грома», что они, мать их, по своим лупят!
Николаев подошел к ротному.
– Тащ ктан! А может это чичики?
– Связь! Какие чичики! – ротный кипятился. – Из крупного калибра стреляли. Откуда у них? Да и координаты наши знать надо. А где ты здесь видишь хоть приблизительно, хоть в принципе, место для их артнаводчика?
Солдат понял, что капитан прав и решил не соваться туда, где обученные и опытные офицеры разбирались лучше него.
– Связь, ну что там?
– Запросил, сейчас выясняют у старшего.
– Бог войны хренов… «Выясняют у старшего» … Давай на нашу частоту и докладывай начальнику разведки.
– Доложил, запрашивают наши координаты.
Ротный достал и развернул карту.
– Передавай. Квадрат «Енот», два, по улитке семь. Продолжаем движение. Всем! Прежний порядок построения – вперед!
Но не успели пройти и сотни метров, как снова услышали зловещий свист приближающихся мин. Снова попадали, укрываясь за спичкообразными деревцами и кочкоподобными холмиками. Вскакивали, бежали, пытаясь обмануть смертельную опасность. На этот раз к чудовищной какофонии прибавился крик и вопли Тимофея. Он падал и вскакивал как все, но при этом орал отборным матом.
Обнаружилась набольшая чашеобразная лощина. Разведчики скатились туда. Шанс минимальный, но все-таки есть. Достать их там можно было только прямым попаданием.
– Командир! – Кобра, озираясь по сторонам, обратился к ротному, – Нельзя так. Одной миной всех накроет.
– Рассредоточиться по склонам! Наверх никому не высовываться! Связь! Давай качай связь. Где эта гребаная артиллерия? Передавай, чтоб прекратили огонь по нашему квадрату.
Селиверстов стоял в центре ложбины в полный рост, держал в вытянутой вверх руке антенну, которая обычно для удобства
