Читаем без скачивания Терминатор 2. Инфильтратор - Стивен Стирлинг

«При необходимости, возможно, придется нанести визит этим светилам пауки и внушить, что они некогда действительно знали меня».

Пора устроить перерыв, а затем можно продолжать.

Войдя в спальню, Серена обнаружила, что ее пленница пришла в сознание. Почувствовав присутствие агрессора, женщина тихонько заскулила. Серена подошла к кровати.

— Тихо, — сказала она, при помощи имплантированной в гортань электроники имитируя голос убитого ею Гонсалеса.

— Ммм-мрмм-м-рмммрм!

Взяв с туалетного столика расческу, I-950 приставила ее к горлу пленницы и слегка нажала.

— Жить хочешь? — рыкнула она.

Женщина оцепенела.

— Запомни: мне плевать, если ты здесь завоняешь. Главное, чтобы не шумела. Нет, в туалет тебе нельзя. Будешь вести себя тихо?

Женщина кивнула, и Серена убрала расческу.

— Хорошо. Я пробуду здесь еще несколько часов, а потому — устраивайся поудобнее, детка. В меру сил.

Издав зловещий, басовитый смешок, она вышла, ступая как можно тяжелее. Тяжелые шаги, вкупе с грубым мужским голосом, должны были оставить в сознании беспомощной женщины крайне устрашающий образ.

Направляясь к кухне, Серена услышала, что женщина тихонько заплакала, и покачала головой. Быть может, ее было бы проще ликвидировать?

За едой, в гостиной, она принялась читать хозяйские журналы и не могла сдержать удивления. Очевидно, для людей этого времени, маниакально боявшихся перхоти и запаха пота (если судить по количеству рекламы, посвященной этим проблемам), наиважнейшим занятием в жизни был уход за собственным телом. Статьи тоже оказались весьма интересными. Судя по всему, журнал был предназначен для женщин, которым нравилось быть подавляемыми мужчиной.

Там, откуда она прибыла, люди были куда практичнее, да к тому же равны друг перед другом без всяких исключений. Представив себе, что сказала бы капитан Мари Грабер, расскажи ей кто-нибудь о глупостях, описанных журналом, Серена улыбнулась. Женщины и большая часть мужчин, с которыми ей пришлось воевать, вели себя куда разумнее.

Перевернув страницу, она наткнулась на  рекламу, посвященную новейшему антицеллюлитному средству. На фото были изображены чьи-то ужасно отвратительные, покрытые дряблыми жировыми складками бедра.

Серена оцепенела от омерзения. «Этого просто не может быть!» — подумала она. Краткое обращение к медицинской базе данных показало, что она ошибается: такое состояние подкожной жировой клетчатки было вполне возможно при условии неправильного питания и отсутствия физических нагрузок. Самоуничтожение— в самой природе этих существ…

Неодобрительно цокнув языком, Серена отложила журнал и отключилась. Компьютер, имплантированный в мозг, регулировал функции организма таким образом, что за шестьдесят минут Серена получала отдых, равный по эффективности как минимум шести часам сна. Данной возможностью, конечно, не следовало злоупотреблять, однако в подобных обстоятельствах она была крайне полезна.

Остаток ночи Серена посвятила исследовательской работе. К утру у нее имелось несколько многообещающих вариантов. Однако все они, прежде, чем приступать к их разработке, требовали дополнительной информации. Источник информации следовало искать совсем в другом месте.

Отыскав скромный банк на Каймановых островах, она вошла в его сеть, обратила свои ценные бумаги в наличные, затем поместила основную сумму на свой счет, а сорок тысяч долларов перевела в местный банк. Мгновение поразмыслив, она вернула на место деньги своей пленницы, прибавив тысячу долларов сверху.

«Интересно, сколь жестоко власти станут преследовать того, кто не причинил жертве ни малейшего вреда да еще положил в ее карман тысячу долларов?»

Поразмыслив еще немного, Серена прибавила еще пятьсот долларов. Деньги она снимет с банковской карточки хозяйки, которую после просто выбросит. Обзаведясь кое-какой одеждой, она заявит в полицию, что у нее украли сумочку, и получит в байке новую карточку.

Кроме того, Серене требовался также кредит. Проникнув в сети двух крупных банков, она завела себе золотую «Визу» и платиновую «Мастеркард», вместе с прекрасным платежным досье. В последнем упоминалось, что за время пользования услугами банка данный клиент всего лишь несколько раз опаздывал с погашением кредита. «В конце концов, все мы— люди…» — цинично подумала I -950. Затем, войдя в сеть «Америкэн Экспресс», она открыла себе новенький, с иголочки, счет, которым тут же воспользовалась, чтобы заказать номер в огромном, роскошном отеле, основную клиентуру которого составляли командированные в Лос-Анджелес бизнесмены высшего ранга.

Ноутбук также будет украден, а предварительно — застрахован. Серена начала приводить в жизнь и этот план, но внезапно остановилась. Пора было двигаться дальше.

Переодевшись вновь в шорты и футболку, она оставила на  ногах сандалии: другая имевшаяся в доме обувь ей не годилась. Серена уже заметила снаружи дома вездесущих бегунов, на которых, судя по всему, никто не обращал внимания. В облике такого вот, совершенно обычного и неприметного бегуна-джоггера, совершающего утреннюю пробежку, она и покинет этот район, будучи абсолютно незамеченной.

I-950 нахмурилась. Обычным в ее облике было все, за исключением обуви. Порывшись в ящике с бельем, она нашла пару толстых махровых носков и с некоторыми усилиями ухитрилась натянуть их поверх сандалий. Взгляд в зеркало показал, что издали, возможно, сойдет. Тем более, что люди обычно склонны видеть то, что ожидают увидеть.

Вернувшись в спальню, Серена освободила правую руку пленницы. Включив телефон, она положила аппарат так, чтобы женщина, немного потрудившись, смогла дотянуться до него. Рядом был оставлен и ключ от наручников.

— Я ухожу, — сообщила она голосом Гонсалеса. — Десять минут не двигайся, иначе — вернусь.

Предостережение прозвучало точно в духе тех глупых угроз, к которым в подобных обстоятельствах прибегают мелкие уголовники.

В качестве последнего штриха она обвязала свои светлые волосы платком, а поверх надела бейсболку. — Возможно, хозяйка дома тоже бегает трусцой по утрам. В любом случае, слишком любопытные соседи, если таковые имеются поблизости, не будут удивлены при виде молодой женщины, выходящей из дома для того, чтобы совершить утреннюю пробежку.

Найдя на одной из полок темные очки, Серена надела и их. Взглянув в зеркало, она была вполне удовлетворена достигнутым эффектом. Пища, одежда и прочие необходимые ресурсы окажутся в ее распоряжении всего через пару часов. СкайНет была бы сейчас ею довольна.

Органическая ферма «Новая жизнь», штат Орегон,

настоящее

Рональд Лабейн тихо зашипел от ярости: его сын Брайен опять разразился криком.

— Лиза, ради бога! — взревел он. — Сделай так, чтобы он заткнулся! Я — работаю!

Лиза остановилась на пороге кабинета, испуганная, с заходящимся в крике младенцем на руках.

— Прости, милый, но у него режутся зубки.

Рональд не мог поверить своим ушам. Она оправдывается? Ему не нужны оправдания! Ему нужна тишина и покой, чтобы он мог работать!

— Вынеси его на крыльцо, пока не успокоится, — сказал он тоном, ясно показывавшим, насколько он сердит.

Лиза взглянула в окно. Снаружи шел проливной дождь, небо было серым и мрачным, вполне соответствуя се настроению. Рональд видел, что жена была готова возразить, но тут младенец издал оглушительный визг. Рон начал подниматься на ноги; Лиза отвернулась, схватила свой плащ и, ни слова больше не говоря, вышла.

Хозяин дома снова уселся за стол, кипя от возмущения. Теперь ему понадобится не меньше часа, чтобы вновь сосредоточиться на работе! Выругавшись, он двинулся в сторону кухни сварить себе кофе. По дороге он машинально проверил, как топится печь.

Лабейн, конечно, любил своего сына и очень жалел малыша, которому приходилось сейчас выносить мучительную боль. Но порой он сомневался в том, что Лиза действительно предана их общему делу. Разве женщины не понимают, что общее дело— это самое главное в жизни? Если он хочет, чтобы у детей было нормальное будущее, на ферме просто обязана быть дисциплина. Дисциплина и единоначалие.

Он окинул взглядом потрепанный фургон, стоявший во дворе. Двигатель фургона работал частично на энергии солнечного света, а потому на крыше автомобиля виднелось несколько солнечных батарей. несмотря на то, что в дождливом Орегоне от них было не больше пользы, чем от козла молока, для Рона этот фургон являлся символом своей правоты, которая до сих пор не получила должного признания.

Рон с досадой запустил пятерню в редеющие волосы. Даже товарищам по коммуне начали надоедать его идеи. Поля и сады наконец-то начали приносить неплохой доход; люди, распробовав натуральные, выращенные безо всякой химии овощи и фрукты, начали платить за них хорошие деньги.