о чародеях или нет? Нам Царева нужно потерпеть несколько дней. Потом он уедет, и мы никогда больше его не увидим. Пусть забавится — перья собирает, с рептилиями общается, сыроежкам доклады читает. Мне не жалко. Лишь бы работать не мешал. Все равно ему в Москве память сотрут.
Я закатила глаза. Если так рассуждать, на господина Царева можно вовсе не обращать внимания и позволить свободно бродить, где ему вздумается. Пусть окунется в сказку, ага. А в конце его или драконы сожгут, или русалки съедят.
Нет, прогуляться к Зеркальной горе нам все-таки стоит. Приведет Славка Ивана Змеиный хребет смотреть, а уж я ему экскурсию устрою. Тогда и узнаем, кто есть кто.
ГЛАВА 5
Пятница прошла на удивление спокойно. Накануне вечером мне позвонил Соколов (что интересно, не через переговорное зеркало, а на обычный мобильный телефон) и предупредил, что господин москвич изволит навестить мои скромные владения в понедельник, ибо в пятницу намерен еще раз посетить Венеру Никаноровну и ее избушку на бетонных ножках.
Эта новость меня не то чтобы обрадовала, скорее, вселила надежду, что последний рабочий день этой недели обойдется без ЧП и пугающих неожиданностей. Собственно, так все и было.
Я навестила беспокойное семейство Синеглазки, согнала в кучу саламандр и оградила их территорию магическим щитом, дабы ни одна из ящериц случайно не выскочила навстречу Цареву, когда мы будем гулять у подножия гор.
У Огневушки тоже все было спокойно. Ночью ее никто не беспокоил, поэтому жар-птица находилась в хорошем расположении духа. Она немного поклевала пшеницы, после чего улетела на променад, оставив меня на хозяйстве.
Я смотрела на четыре блестящих яйца, аккуратно лежавших в теплом гнезде, и думала о том, что последние два дня похожи на затишье перед бурей. Если грабитель не отказался от намерения поживиться дармовым золотом, он должен совершить нападение в самое ближайшее время. Скорлупа яиц с каждым днем становится все тоньше. Судя по ее нынешнему состоянию, птенцы должны пробить ее своими клювиками дня через три-четыре, а то и раньше. Тогда воровать что-либо у Огневушки будет бесполезно — золотые скорлупки почернеют и со временем превратятся в прах.
Если же забрать яйца прямо сейчас (или, скажем, завтра-послезавтра), они еще будут годиться для переплавки — погибшие птенцы сольются со скорлупой, и яйца станут цельным слитком золота.
Что ж. Похоже, на этой неделе мне снова придется работать без выходных. Я в своих чарах, конечно, уверена — к огненной поляне теперь и муравей незамеченным не подойдет, однако ж всецело доверять им все-таки не буду. Мало ли что может случиться.
Ядвига Барская права — всегда может найтись человек, который подберет к твоему заклятию отмычку. Потерять же очередной приплод жар-птицы нам никак нельзя — ни мне, ни Огневушке, ни заповеднику. Поэтому завтра вечером я снова буду ночевать рядом с огненным гнездом. И послезавтра тоже.
Сегодня же надолго задерживаться в лесу я не стала. Дождавшись возвращения жар-птицы, отправилась в поселок, дабы поработать с документами — составление отчетов и ведение журналов учета никто отменял.
В административном корпусе меня поймал Макар Сорокин, у которого возникли вопросы, касающиеся тех самых отчетов. Вместе мы подняли половину имеющейся в моем кабинете документации, после чего господин проверяющий удалился, оставив меня наводить уборку в развороченных шкафах.
Бумагами я занималась до конца рабочего дня. Когда же, наконец, вышла на улицу, неожиданно ожил мой мобильный телефон. Номер, отразившийся на дисплее, был мне не знаком.
— Добрый вечер, Василиса Матвеевна, — а вот голос, раздавшийся из динамика, я очень даже узнала.
И невольно улыбнулась.
— Здравствуйте, Иван Андреевич.
— Мне ваш номер дал Слава Соколов. Не сердитесь на него, ладно? Я так настойчиво его упрашивал, что он не успел спросить вашего разрешения.
— Слава может не волноваться, — слышать Царева было очень приятно. — Очевидно, мой телефон был вам очень нужен.
— Именно так. Вы помните, что обещали пообедать со мной в эти выходные?
Вот черт. Я ведь и правда обещала — когда мы собирались есть мои бутерброды в избушке бабы Вени. Проклятая память!..
— Конечно, помню, — снова улыбнулась я. — Но не уверена, что это получится. Есть вариант, что мне придется работать без выходных.
— Без выходных работать вредно, — серьезно заметил Царев. — И для здоровья, и для самой работы. Быть может, вы все-таки найдете в своем плотном графике немного времени для вкусной еды и приятной беседы?
Я коротко вздохнула.
— Найду, Иван Андреевич, конечно, найду. Я ведь обещала. Как насчет субботы?
— Отлично. Теперь осталось выбрать место встречи.
— Выбор будет невелик, — усмехнулась я. — В нашем поселке есть всего одно заведение общепита — кафе «Лукоморье».
В самом деле, не в город же его звать. Там, конечно, кафе и ресторанчиков гораздо больше, чем тут, однако трястись три часа в автобусе, чтобы до них добраться, как минимум глупо. Мы, чародеи, обычно сокращаем себе путь порталами, однако в нашем случае это не вариант.
— «Лукоморье» так «Лукоморье», — согласился Царев. — Встретимся в 13.00. Договорились?
— Да, Иван Андреевич.
— Знаете, я буду очень рад, если вы станете говорить мне «ты» и звать просто по имени.
— Хорошо, — ответила я. — В таком случае, от тебя я стану ждать того же.
— Вот и чудно, — тон его голоса стал теплым, как солнышко в ясный летний день. — Что ж, до завтра, Василиса.
— До завтра.
Я сбросила вызов, сунула телефон в карман и — остановилась. Из темноты мне навстречу вышел Виталик Яровой. Его появление было таким внезапным, что я охнула и едва не выронила рюкзак, который, не успев надеть на плечи, несла на сгибе локтя.
— Виталик! — я громко выдохнула. — Ты меня напугал!..
— Извини, я не нарочно. Привет, Василиса.
Его улыбка была натянутой, а взгляд холодным и острым, как лезвие кинжала. Вообще, подобный взор для магов смерти в порядке вещей. Некоторые люди даже считают его отличительной чертой всех некромагов. Как по мне, глупость несусветная.
— Привет, — кивнула я. — Как прошла рабочая неделя?
— Нормально, — ответил он. — Без происшествий. Не то что у тебя.
Это точно.
— Я слышал, тебя пригласили на свидание.
— Слышал? Или подслушивал?
— Вы очень громко разговаривали. Мне надо было заткнуть уши?
Я пожала плечами.
— Сомневаюсь, что это можно назвать свиданием. Царев хочет поблагодарить меня за то, что я угостила его бутербродами.
— Слава говорит, Иван тобой заинтересовался. Спрашивал, свободна ли ты и почему живешь в поселке одна.
— И что с того?
— Так, ничего. Думаю, Царев решил за тобой приударить.
— Он скоро уедет.
— Для служебного
