— Я не знаю, кто это, — закричал он мне в лицо, — Он всегда звонит с одного номера, но там несколько голосов, как минимум шесть!
Аврора присела рядом и улыбнулась. На кончике ее пальца появился иней. Он медленно обрастал маленькими снежинками, а потом она задела вторую руку толстяка. Покрывшаяся голубым снегом конечность моментально заледенела.
— Как только на одной руке закончатся пальцы, я буду отламывать их на второй руке, — хищно улыбнулась она.
Он попытался дергаться, но его тело уже было под моим контролем.
— Я честно не знаю, кто звонил, — бормотал он, — Номер в телефоне — это все, что я знаю, прошу пощадите…
— А мы разве сказали, что нам нужна информация? — сказал я, — Мы пришли преподать тебе урок, чтобы ты больше никогда не пытался даже подумать о нашей семье.
— Видишь ли, я вижу, что ты говоришь правду, — поддержала меня сестра, — И мы тебе верим, но ты сам сказал, что эти высокие шишки сами на нас выйдут, так что нам не нужно от тебя ничего.
Я загнул еще два пальца, и опять свинячий визг ударил мне в уши. Аврора поморщилась от этого звука.
— Хочешь, чтобы мы тебя отпустили? — спросил я. Мистер Пиг закивал. Сопли с кровью падали ему на живот, от чего вся рубашка была в ярко-красного цвета.
— Если ты не издашь ни единого звука, пока я докручу оставшиеся два пальца, то мы тебя отпустим, — спокойно сказал я, — Если ты издашь хоть писк, моя сестра уже займется второй твоей рукой.
— Сломанные пальцы можно залечить, а, вот, отломанные — нет, — сказала Аврора.
Не дожидаясь ответа, я превратил в рулет один палец. Толстый мистер Пиг задрожал и зажмурился, но не издал ни звука. Я сделал то же самое с последним пальцем. Его глаза закатились, он начал судорожно глотать ртом воздух, как рыба на берегу, отчаянно пытаясь надышаться. Он не издал ни звука.
— Молодец! — похвалил я его, похлопав по плечу.
— Так и быть, мы сдержим свое обещание, — сказала Аврора, — Не двигай рукой, дай ей медленно оттаять, иначе ты ей больше не будешь пользоваться.
— Вам не выйти отсюда живыми, — задыхаясь сказал толстяк.
— Ой, — удивилась сестра, наклоняясь к его лицу, — Хочешь проверить? — Она с легкостью повернула его кресло и пододвинула к окну, — Как удачно, что у тебя выход на улицу, смотри внимательно, мы тебе помашем, когда выйдем, и тебе лучше помахать нам в ответ…
Аврора отошла от него, хитро улыбаясь, и сняла барьер с комнаты. Мы подошли к двери.
Глава 16
«Удовлетворен?» — спросила меня мысленно сестра.
«Не до конца, еще остался заказчик», — ответил я сестре.
«Я тоже не до конца довольна», — ответила она.
Притянув трубку в свою руку, я запомнил номер последнего звонка в телефоне толстяка и раздавил ее.
Аврора выбила дверь и снесла сразу двух человек, находящихся поблизости. Ударившись о стену, они потеряли сознания, так и не поняв, что произошло. Дальше мы шли по коридору и раскидывали всех, кто вставал у нас на пути. На первом этаже, от нас уже все убегали. Приходилось их догонять и выключать. На одном их бандитов я использовал силу мистера Пига, но немного перестарался, и у человека пошла пена из рта.
Выйдя на улицу, мы обернулись и увидели в окно пухлое кровавое лицо хозяина этого здания. Мы улыбнулись и оба помахали. Какое-то время он не двигался, но потом мы увидели его переломанную руку, и как он ей помахал в ответ.
— Теперь к маме! — сказал я, и мы телепортировались обратно в квартиру.
У порога уже не было полумертвого Карима, тело куда-то пропало. Выглянув на улицу, мы увидели много машин медотдела контроля сил, скорее всего они и забрали покалеченного бандита.
— Мама! — крикнул я, боясь не услышать ответа, но мама выглянула из своей комнаты.
— Ребята! — крикнула она, кидаясь нам на шею и крепко обнимая, — Как хорошо, что с вами все в порядке!
Мы огляделись, вроде бы все в порядке.
— Я так понимаю, скорая забрала человека на лестничной клетке? — спросила Аврора.
— Не знаю, когда я вышла из ванной, все было тихо, — пожала она плечами, — Потом приехали машины по контролю сил.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мы посадили маму в гостиную, а сами пошли на улицу посмотреть. На лестничной клетке остались следы засохшей крови. Мы сделали вид, что не заметили и спустились вниз.
За домом стояло машин пятнадцать. Картина была необычная. Весь задний двор был усеян стонущими от боли мужчинами. У всех сломаны конечности, кто-то — без сознания, некоторые пытаются уползти. Лекари мечутся от человека к человеку, пытаясь хоть чуть-чуть залечить самые страшные раны. Кого залечивали, сажали в машины лекарей под арест.
К нам подошел один из членов отряда.
— Добрый день, — вежливо поздоровался он, — Вы не знаете, что тут произошло?
— Нет, мы сами только пришли домой, — я пожал плечами, обманывая человека.
— Вы живете в этом доме? — он показал на здание за нами.
Мы кивнули. Его кто-то окликнул и извинившись он отошел.
— Пойдем-ка отсюда, — сказала сестра, — Походу, они не знают, что это наших рук дело.
Мимо нас, на носилках, пронесли одного из бандитов, он стонал от боли. Встретившись с ним глазами, его глаза выпучились, он чуть громче застонал, но я приставил свой палец ко рту и попросил не шуметь. Он моментально закрыл рот, но продолжал пялиться на нас во все глаза. Мы не стали испытывать судьбу и постарались как можно быстрее уйти.
Поднявшись в квартиру, мы застали маму за телевизором. Она смотрела какую-то передачу и пила чай. Наши кружки стояли на столе, дожидаясь пока их возьмут.
— Мам, как нам помочь папе? — спросил я.
— Подождем вашего учителя, — сказала мама.
За спиной раздался кашель. Мы резко обернулись и увидели учителя. Он сидел за столом и поглядывал в окно.
— У вас тут тоже веселье? — спросил он, — Что произошло?
— Кто-то хотел напасть на маму, — сказала Аврора, — Мы со всем разобрались, так что не переживай.
Он удивленно посмотрел на нас, но ничего не сказал.
— Что с отцом? — холодно спросила мама, — Рассказывай, что произошло!
Учитель рассказал все то же самое, что и нам.
— Откуда у него нож? — спросила мама.
— Без понятия, Лиль, — пожал плечами учитель.
— Что с ним будет? — так же холодно спросила она.
Он встал из-за стола и прошелся по кухне. Было видно, что он тоже нервничает.
— Скорее всего, как Милу, в заточение, — ответил учитель, — Его сила слишком уникальна, чтобы лишаться ее.
— Что скажут в СМИ? — спросила она.
— Скажут, что убийца пойман, сольют какого-нибудь преступника, стандартная схема, ты же знаешь, — сказал он.
Мама прошла на кухню, вылила остатки чая и достала бутылку коньяка. Она налила полную кружку и сделала несколько хороших глотков.
— Сегодня в новостях объявят, кто займет пост главы организации, — продолжил учитель, — Совет директоров уже собран.
— Эти ублюдки, — прошептала мама, — Пост достанется Арнаву?
— Да, — кивнул учитель, — Пусть лучше ему, чем кому-нибудь из шестерок совета.
Мама подошла к окну, наблюдая, как очередного поломанного бандита заносят в машину.
— Лиль, я пришел, чтобы спросить, все ли в порядке, — мягко сказал учитель, подойдя к маме.
Она проигнорировала его слова, продолжая смотреть в окно. Я никогда не видел маму такой строгой и собранной.
— Где кинжал? — спросила мама.
— Его забрали в хранилище, — ответил учитель.
— Уходи, мы сами справимся, — сказала мама, — Немедленно! — сорвалась она.
— Лиль… — тихо сказал учитель, пытаясь успокоить маму, — Я сделал все, что было в моих силах…
— Исчезни, прошу тебя, — ее голос дрожал, но она продолжала держаться и быть гордой.
Учитель кивнул, посмотрел на нас грустными глазами и медленно растворился. Мама осталась стоять у окна, изредка попивая коньяк. Ее плечи чуть дрожали. Через некоторое время она повернулась, и мы увидели красные глаза, но слез не было, она старалась сдержаться и взять себя в руки.
