Студент: Что же это за «косвенные улики», которые открыл Ж.-К. Прессак?
Ф. Брукнер: Он понимал под этим «ляпсусы» Центрального строительного управления Освенцима, которое, несмотря на строгий запрет, допускало в документах кое-какие указания на убийства с помощью газа. Ж.-К. Прессак имел в виду документы, в которых употребляются такие термины, как «газовая камера», «аппарат для контроля газа» и «газонепроницаемая дверь».
Студент: Но это действительно чрезвычайно сильные улики!
Ф. Брукнер: Доказательства применения газа для уничтожения, несомненно, но не обязательно уничтожения людей. Общеизвестно, что в Освенциме был целый ряд дезинфекционных камер, которые вполне официально назывались «газовыми камерами». Так, одна из брошюр, выпущенных в 1943 году, носит название «Газовые камеры для борьбы с сыпным тифом с помощью синильной кислоты» [102]. Переносчиком сыпного тифа — эпидемии, от которой в концлагерях погибло больше всего людей, была вошь, и для борьбы со вшами использовали дезинфекционные камеры. В одних из них применялся горячий пар, в других — содержащий синильную кислоту пестицид Циклон-Б.
Я, разумеется, не могу здесь говорить подробно обо всех «косвенных уликах» Ж.-К. Прессака, укажу лишь на вышедшую в 1995 году книгу «Освенцим: голые факты », в которой ведущие ревизионистские авторы — Гермар Рудольф, Серж Тион, Робер Фориссон, Карло Маттоньо — критикуют Ж.-К. Прессака и опровергают его тезисы [103]. Однако, чтобы показать вам метод аргументации самого Прессака, приведу еще один пример.
В письме от 31 марта 1943 года Карл Бишоф, начальник Центрального строительного управления Освенцима, напоминает фирме «Дойче Аусрюстунгсверке» о том, что несколько недель назад он заказал «газовую дверь 100/192 (т. е. шириной 100 см и высотой 192 см) для морга I крематория III Бжезинки». Эта дверь должна по типу и размеру точно соответствовать двери морга, расположенного напротив крематория II, и иметь смотровое отверстие [104]. Согласно версии официальной истории, обозначенное на строительных планах как «морг I» полуподвальное помещение крематориев II и III Освенцима-Бжезинки служило газовой камерой для убийства людей. Ж.-К. Прессак видит в заказе на газонепроницаемые двери для этих крематориев косвенную улику преступления, подтверждающую тезис об убийстве газом людей.
Студентка: Эта косвенная улика выглядит весьма убедительно уже по той причине, что газонепроницаемые двери, согласно заказу, должны были иметь смотровое отверстие. Оно могло понадобиться, чтобы проверить, умерли ли уже жертвы в газовой камере. Для дезинфекционной камеры смотровое отверстие не требуется.
Ф. Брукнер: Этот аргумент на первый взгляд кажется очевидным. Но позвольте процитировать служебную инструкцию об обслуживании газовой камеры для дезинфекции с помощью синильной кислоты:
«Строжайшим образом запрещено входить в газовую камеру одному. Каждый, кто входит в газовую камеру, должен находиться под наблюдением как минимум одного человека, дабы тот при несчастном случае мог вмешаться и оказать помощь. Разумеется, этот второй человек тоже должен быть в противогазе» [105].
Это и есть истинная причина того, что дверцы дезинфекционных камер, кроме тех, что работали по циркуляционной системе «Дегеш», имели смотровые отверстия. Кстати, в своей первой книге Ж.-К. Прессак поместил иллюстрацию, на которой изображена дверца дезинфекционной камеры склада материалов со смотровым отверстием [106].
«Газонепроницаемых дверей» в Освенциме, кстати, было очень много. Они предназначались специально для дезинфекционных камер, что следует уже из того факта, что они были сделаны из тонких деревянных досок. Если бы вы достали первую, самую большую книгу Ж.-К. Прессака, то нашли бы в ней изображения таких дверей [107]. Что сделали бы сотни кандидатов на смерть, запертые за такой дверью в газовой камере, сразу же после того, как начали вбрасывать гранулат Циклона?
Студент: Конечно, они в смертельном страхе выломали бы дверь. Чтобы помешать этому, немцы должны были использовать стальные двери.
Ф. Брукнер: Совершенно верно. Как видите, эту «косвенную улику» легко опровергнуть, обладая необходимыми специальными знаниями. Но такие знания мало у кого есть, поэтому неудивительно, что средний обыватель верит уверениям журналистов, которые пишут, будто Ж.-К. Прессак нашел документ о заказе газонепроницаемой двери со смотровым отверстием для крематория в Освенциме и тем самым окончательно опроверг «злых» ревизионистов, которые отрицают убийство людей газом в этом лагере.
Студент: Если Ж.-К. Прессак поместил в своей первой книге несколько снимков дверей дезинфекционных камер, сделанных только из тонких деревянных досок, а потому непригодных для камер для убийства людей, значит, он, сознательно или бессознательно, опроверг свои собственные тезисы!
Ф. Брукнер: Тонкое наблюдение! Некоторые специалисты считали, что разрыв Ж.-К. Прессака с ревизионистами был лишь симуляцией с целью проникнуть в виде ревизионистского «троянского коня» в лагерь ортодоксальных историков Холокоста и более изощренным способом дискредитировать их тезис об истреблении евреев. Верно это или нет, неизвестно. Ж.-К. Прессак умер, и сам на этот вопрос уже не сможет ответить.
Хотя «косвенные улики» Ж.-К. Прессака при ближайшем рассмотрении таковыми не оказываются, апологеты официальной истории Холокоста, такие как Дебора Липштадт и Роберт Ян ван Пельт, с жадностью ухватились за них. Это объясняется единственно тем, что все прочие якобы документальные «доказательства» убийства людей газом в Освенциме еще менее убедительны.
Подведем итог. Нет никаких вещественных доказательств существования газовых камер для убийства людей, а также массового убийства в лагерях, называемых «лагерями уничтожения». В ортодоксальной исторической литературе приводятся только документы и свидетельские показания. Ближайшее рассмотрение мнимых документальных доказательств, прежде всего, Ванзейского протокола и «косвенных улик» Ж.-К. Прессака показывает, однако, что они не имеют ценности. Тем самым рушится один из двух столпов, на которых зиждется официальная история Холокоста. Займемся теперь вопросом о том, как обстоит дело со вторым столпом этой теории — свидетельскими показаниями.
К вопросу о проблематике свидетельских показаний
Ф. Брукнер: Чтобы проблематика свидетельских показаний стала для вас наглядной, я хотел бы указать на один случай, который 8 месяцев назад попал в газетные заголовки. 11 мая 2005 г. телепрограмма «Евроньюс» распространила признание 84-летнего испанца по имени Энрик Марко, который десятилетиями вопреки истине выдавал себя за выжившего узника концлагерей. В бесчисленных докладах, которые он читал с 1978 года, главным образом перед школьниками, Э. Марко утверждал, что он, как антифашист, побывал в лагерях Флоссенбюрг и Маутхаузен и стал там свидетелем неописуемых зверств. Благодаря исследованиям историка Бенито Бермехо этот Э.Марко был разоблачен как лжец. Он никогда не был ни в каком концлагере; в 1941 году добровольно уехал работать в Германию, а в 1943 году вернулся на родину. В процессе тщательных исследований Б. Бермехо обнаружил, что во Флоссенбюрге никогда не было заключенного по имени Энрик Марко.
После того, как обман открылся, Э. Марко извинился перед бесчисленными людьми, которых он водил за нос. То, что ему это удавалось десятилетиями, кажется удивительным уже по той причине, что он рассказывал совершенно невозможные вещи, например, будто французские власти в Марселе в 1941 году выдали его гестапо, хотя Марсель входил тогда в неоккупированную зону Франции, и никакого гестапо там не было [108].
Но самым пикантным было то, что этот профессиональный сказочник был председателем Общества друзей Маутхаузена, т. е. объединения бывших узников Маутхаузена. В этот лагерь было интернировано много испанских коммунистов, в том числе писатель Хорхе Семпрун.
Студентка: X. Семпрун известен и у нас в России. Относительно Э. Марко: если он не был в Маутхаузене, то не мог познакомиться там ни с кем из испанцев, которые действительно сидели в этом лагере. Вы сказали, что Э.Марко начал выступать со своими докладами в 1978 году; многие из бывших испанских узников тогда еще были живы. Разве не удивительно, что никто из них, и X. Семпрун в том числе, не разоблачили обманщика?
Ф. Брукнер: Вы посыпаете солью раны. В самом деле, кажется немыслимым, чтобы X. Семпрун не был в курсе обмана и чтобы об этом не знали также многие другие бывшие узники Маутхаузена.
Студентка: Почему же они молчали?
Ф. Брукнер: Вероятно, из антифашистской солидарности.
