открой! Это неправда! Я не вкурсе был! Послушай меня! — говорю громко, в закрытую дверь.
— Пожалуйста, давай поговорим! — ударяю ладонью по двери.
Я сажусь на коврик, под дверью её квартиры.
Сколько времени проходит не знаю, но я по — прежнему сижу. Звоню, пишу сообщения — но кажется я уже в блоке.
— А ты чего здесь? — слышу голос Александры Алексеевны. Поднимаю голову и вижу их с дедом Полины на последней ступени лестницы. Черт! Облажался!
Я лишь молча смотрю на их лица. Дед понимает всё без слов.
— А обещал не обижать! — произносит он с обидой в голосе, — Дурак ты!
— Да не причём я! Друг подставил! В общем сложно всё! — опускаю голову.
— Я говорила тебе, не надо отпускать! А ты — верю ему, надёжный! — бурчит бабушка Льдинки и достаёт ключи.
Я встаю и отхожу к стенке, сьезжаю на пол и опять сажусь.
— В такой праздник! Тьфу! — бросает Александра Алексеевна и заходит в квартиру.
Я молча сижу. От её слов, чувствую себя последним негодяем. Не уберег Полину! Обидел! Даже если и не сам лично. Хочется вмазать Игорю ещё раз. Козёл! Мы ещё с ним не закончили! Хоть и друг, но надо разобраться. Никому нельзя обижать мою Льдинку.
— Поговорим? — тихо спрашивает дед.
— А толку! Не сдержал обещание! Обидел её мой друг, ещё и меня оклеветал! Но я виноват сам — не надо было её везти туда! — произношу печально. Хочется выть от бессилия. Взять и проеб#ть такую девчонку. Потерять её доверие!
— Как друг обидел? Физически? — лицо деда становится суровым.
— Нет, я б убил бы сразу! Да и не настолько он отмороженный! Словами! — быстро отвечаю.
— Ну ну! Значит так, Андрей! Сидишь тут, я сейчас возьму ключ от квартиры Петровича и мы там поговорим, — произносит дед, берет пуховик Полины и заходит в квартиру.
Я продолжаю сидеть в подъезде. Не пытаюсь зайти — не вынесу осуждения в её глазах. Да и баба Саша меня не пустит — теперь и в её глазах я враг.
Через несколько минут слышны крики в квартире Полины. Скорее всего дед не выйдет. Грустно усмехаюсь. На телефон приходят картинки, видео и поздравления. Но я не отвечаю и не просматриваю. Он просто лежит рядом и мигает экраном, от входящих сообщений.
Закрываю глаза. Дверь квартиры открывается.
— Ты спишь что ли? Пьяный? — слышу недовольный голос деда.
— Я за рулём! Не пил ни капли! — отвечаю ему. Он уже переоделся в домашние трико и рубашку, на ногах домашние тапочки.
— Заходи! — говорит он, открывая квартиру напротив их квартиры, — Петрович к детям уехал, а я приглядываю за хатой! — включает свет в прихожей и ведёт меня на кухню. Обычная обстановка — кухонные шкафчики, стол и табуретки, плита, чайник и микроволновая печь. В углу — холодильник. На окнах небольшие занавески. Скромно, но чистенько.
— Садись пока, я сейчас полянку накрою и поговорим! — шарится по шкафам кухни Николай Ефимович.
— Как она? — сажусь на табуретку и сканирую взглядом пустой стол.
— Сидит как зомби, глаза красные! — качает головой дед Коля, — Про тебя сказала и слышать не хочет!
Кладу руки на стол, на них опускаю голову. Я её потерял! Не успев даже приобрести! Она лишь немного начала верить мне, а я?! Придурок! Надо было везти её к себе! Нет же — к друзьям. Вот я конченный придурок!
— Ну давай, поговорим! — произносит дедушка Полины.
Я поднимаю голову: на столе стоит бутылка с прозрачной жидкостью, тарелка с салом и луком, хлеб, и салат оливье. И две рюмки.
Я нервно сглатываю.
— Не бойся, это чистый натуральный продукт! Петрович сам гонит. Я пробу не раз снимал! Давай, бери, не ломайся! — усмехается дед.
— Я не боюсь. Хуже уже не будет! — усмехаюсь грустно.
— Насчёт закуски извиняйте, что смог ухватить! Бабка моя уж больно зла на тебя! — произносит дед и опрокидывает рюмку. Закусывает кусочком сала.
Я неподвижно сижу и смотрю в одну точку.
— А вы что? Не злитесь что ли? — опять же с сарказмом. Видимо на нервах я не могу нормально общаться сейчас.
— Вижу как больно тебе! Как собака у порога сидишь! Взгляд виноватый! Но преданный! — говорит дед и двигает мне рюмку с самогоном, — Выпей.
Я выпиваю и горло обжигает. От неожиданности закашливаюсь. Вроде не трезвеник и не язвенник, но прошибает. Хватаю бутерброд из хлеба и сала, который сделал дед Коля.
— Это с непривычки! Дальше легче пойдёт! Давай рассказывай, что случилось? — произносит он и наливает опять рюмки.
И я сдаюсь. И рассказываю ему всё. Как я встретил Льдинку. Что я не Егор! Что Егор бросил Полину! Что Егором оказался мой друг Игорь. Как Полина ночевала у меня дома, но я её не трогал! И закончил про пари, в котором я не участвовал, но оказался крайним!
За время рассказа — выпиваю ещё пару рюмок. Дед оказался прав, чем дальше, тем легче пить.
— Молодёжь! — усмехется дед, — То, что ты новый парень мы знали. Видели мы того Игоря пару раз во дворе, да и маразма нет ещё, то Егор, то вдруг Андрей! Сразу смекнули, ждали когда сами расскажете! А потом вдруг у Полинки глаза начали гореть, аж блестят. Не видел такого блеска за те, три месяца. Вот поэтому мы и молчали!
От его слов ещё больнее. Внутри всё сжимается. Я дал ей надежду. Надежду на счастье!
— Люблю я её! Не смогу без неё! — начинаю я шептать, — Честно! Хотите прям тут пристрелите, но не отступлю! Добьюсь её!
Он смотрит на меня задумчиво. Наливает мне ещё рюмку. Я даже не замечаю, пьёт ли он со мной.
— Упрямый! Это хорошо! — потирает дед подбородок, — Есть у меня идея!
— Какая? — спрашиваю, смутно смотря на деда Колю. Меня накрыло и конкретно. Натуральный продукт бьёт по сознанию.
— Хилое у вас поколение! — произносит дед, — Пойдём на диван уложу.
— Не, я домой! — пытаюсь встать. И зачем так нажираться? Да Архипов, умеешь ты себя, показать с хорошей стороны.
— Пьяным за руль не пущю! Давай ключи сюда! — серьёзно произносит Николай Ефимович.
Я выкладываю из кармана пальто телефон и ключи от тачки. Пальто по — прежнему на мне, я его так и не снял.
— Пойдём касатик! — ласково произносит дед и ведёт меня в большую комнату с диваном, мебельной стенкой и телевизором. Стягивает с меня пальто и укладывает на диван. Меня клонит в сон. Но в тоже время хочется увидеть мою Льдинку.
— Деда Коля я не могу без неё! Я должен её вернуть!
