Читаем без скачивания 13 несчастий Геракла - Дарья Донцова

И вот теперь предстоял еще и переезд в «сарай».

— Мама, — заявила Клара, — пусть он от нас уходит. Какой прок от такого мужчины? Дома его никогда нет, заявляется под утро, денег не дает, о нас не заботится, со мной даже не здоровается. Зачем такому семья? Пусть живет один!

Но Анна покачала головой:

— Я столько терпела и не отдам другой бабе результат. Валерий находится на завершающем этапе работ, осталось подождать самую малость. Потерпи чуть-чуть, через год у нас все будет!

Клара, хоть и была тогда семиклассницей, только недоверчиво покачала головой. Похоже, мать не понимает, что Валерий самый обыкновенный идиот. Нобелевская премия, как бы не так!

Но что было делать девочке? В своем возрасте она не имела никаких прав и подчинилась чужому решению. Так они очутились в коммуналке.

Прошел год, потом второй, третий, но красивый конверт с приглашением от шведского короля так и не появился в почтовом ящике. Обезумевший Валерий продал из дома все: телевизор, магнитофон, даже книги. Анна и Клара перебивались с воды на квас. И тут, очевидно, от постоянной нервотрепки у Анны случился инфаркт. Она оказалась в больнице. Валерий даже ухом не повел, как и раньше, уходил каждый день на работу около одиннадцати и возвращался под утро. Клара моталась между школой и больницей. Деньги, отложенные мамой на хозяйство, кончились в три дня. Клара обратилась к Валерию:

— Дай на еду.

— У меня нет, — угрюмо ответил отчим.

— Маме надо купить лекарства, — растерялась Клара, — и нянечке приплатить, чтобы ухаживала.

Валерий равнодушно ответил:

— Она же в больнице, там найдут.

— Ей требуется хорошее питание!

— Продай что-нибудь, — посоветовал Валерий.

Клара порылась в тумбочке. У нее у самой не имелось никаких украшений, а у мамы лежало в коробочке лишь одно тоненькое копеечное обручальное колечко.

Несколько дней девочка ломала голову над тем, как поступить, а потом решилась.

Ей было известно, что у матери есть родная сестра, Маргарита.

Той в жизни повезло намного больше. Рита выскочила замуж за богатого человека и ни в чем не нуждалась. Отчего тетка никогда не появлялась в их доме, Клара не знала. Валерий иногда принимался упрекать жену:

— Если бы твоя сестрица-миллионерша не задирала нос, Нобелевская уже лежала бы в моем кармане. Ну что ей стоит дать мне жалких сто тысяч долларов на исследования? А все твоя гордыня! Могла бы иметь кучу денег!

Один раз Клара не выдержала и спросила:

— Мама, а где ты должна взять эту кучу, о которой толкует Валерий?

Анна слегка порозовела и делано равнодушным голосом ответила:

— Не бери в голову, это он просто так болтает.

— А почему вы с Маргаритой не дружите? — не успокоилась Клара. — Если бы у меня была сестричка, я бы ее так любила!

— Мала еще во все вмешиваться, — обозлилась Анна, и разговор завершился.

Клара перелистала мамину старую записную книжку, нашла телефон Риты и позвонила.

«Все-таки сестра, — думала она, слушая редкие гудки, — должна помочь. И потом, она богата, неужели допустит, чтобы я умерла от голода?»

— Да, — раздался мужской голос.

— Можно Маргариту? — попросила девочка.

— Она тут не живет, — рявкнул дядька.

— Пожалуйста, помогите, — взмолилась школьница, — это ее племянница Клара, дочь Анны, у нас несчастье…

Сергей Петрович выслушал запинающуюся речь и через два часа приехал к Кларе. В дорогом пальто, распространяя запах элитного парфюма, он походил по комнатенке, покачал головой, потом раскрыл бумажник, вынул тысячерублевую купюру и велел:

— Ступай в кафе, пообедай.

Клара убежала, не чуя под собой ног от восторга. Естественно, ни в какое кафе она не пошла, проглотила у метро скользкую сосиску с клеклой булкой и потратила оставшиеся девятьсот девяносто два рубля на обновки. Купила в подземном переходе кофточку, брюки, ботинки, осталось даже на губную помаду. Правда, на нее не хватило пятидесяти копеек, но добрая продавщица махнула рукой:

— Забирай, потом принесешь!

Когда Клара, счастливая, словно побывала у Деда Мороза, вернулась домой, там уже сидел угрюмый Валерий.

— Собирайся, — велел Сергей Петрович.

— Куда? — разинула рот Клара.

— Вы переезжаете ко мне, — заявил дядя.

Жизнь разительно переменилась. Девочка получила свою комнату и ворох одежды. Кузьминский осыпал племянницу дождем подарков и постоянно совал ей деньги. Анну перевели в отдельную палату, приставили к ней медсестру. У Клары хватило ума не задать дяде вертевшийся у нее на языке вопрос: «Где живет тетя Маргарита?»

Потом она разобралась в ситуации, сообразила, что Кузьминские фактически находятся в разводе.

После выписки Анна тоже поселилась у Кузьминского. Сергей Петрович, естественно, мог купить большую квартиру и отселить туда родственников жены. Но он великолепно понимал, что беззаветно влюбленная в супруга Анна и пальцем не пошевелит, если Валерий затеет продажу новой квартиры. Они снова окажутся в коммуналке или вообще на улице. Поэтому Кузьминский оставил их у себя. Анна одно время смущалась и заводила разговоры на тему «Вот скоро поедем домой». Но Валерий был абсолютно всем доволен, а Клара ощущала себя счастливой. Единственной ложкой дегтя в бочке меда была Белла. Двоюродная сестра с первого дня возненавидела Клару, она ревновала ее к отцу и никогда не упускала момента пнуть невесть откуда взявшуюся родственницу, причем не всегда морально. Пару раз девочки подрались по-настоящему. Но потом Сергей Петрович позвал их в кабинет и гневно отчитал.

— Вы родные люди, — внушал он девицам, — должны любить и уважать друг друга. Вот старшие умрут, вас в целом свете двое останется!

— Больно она мне нужна, — гаркнула Беллочка, трогая пальцем наливающийся под глазом синяк.

Клара тяжело дышала, глядя на дядю.

— Вы расстраиваете меня, — сказал Кузьминский, — очень неприятно видеть ваши драки.

— Ничего, — вскинулась Белла, — потерпишь. Впрочем, если вытурить их, драк-то больше не будет. Сам себе геморрой приобрел!

Кузьминский побагровел, Кларочка быстро сказала:

— Хорошо, дядечка. Больше никогда не трону Беллу, я не хочу причинять тебе страдания.

— Спасибо, детка, — кивнул Сергей Петрович, — ты славный человечек!

— А я, значит, дерьмо! — взвилась Белла и, шарахнув дверью о косяк, вылетела в коридор.

С тех пор она еще больше пристает к сестре, вызывает ее на скандал, хамит. Клара сдерживается как может. Не надо думать, что она наступает себе на горло только из боязни потерять расположение богатого дядюшки. Нет, она не хочет доставлять страдания человеку, который вытащил их из нищеты, одел, обул, накормил, купил машины. Впрочем, для богатого Сергея Петровича подобные расходы незаметны, но много ли вы знаете людей, даже очень обеспеченных, которые бескорыстно, никогда не намекая ни на какую благодарность, помогают бедным родственникам?

— Я никогда бы не взяла у дяди деньги без спроса, — бубнила Клара, — а вот Валерий мог спереть на свои кретинские опыты! Только десять тысяч под мою подушку небось Белла запихала!

— И где же она взяла, по-твоему, такую прорву денег?

Клара скривилась:

— Для нее это не проблема. У Сергея Петровича счет в SDM-банке, а у Белки кредитка имеется, VISA, она тратит сколько захочет! Сняла десять кусков, и вся печаль. Пошли на кухню, я пить хочу.

Мы вернулись в пищеблок, и Клара поставила чайник.

— Эй, Лариса, — заорала из коридора невесть откуда взявшаяся Белла, — давай обед вместе с ужином, жрать хочу.

Клара шарахнулась в сторону от плиты. В ту же секунду Белла влетела в кухню. Я внимательно посмотрел на дочь Сергея Петровича. Шумная, бесцеремонная девица, не обремененная особым воспитанием. Внешне она кое-кому может показаться соблазнительной. Высокая натуральная блондинка с голубыми глазами и крепко сбитой фигурой. Бюст у нее великоват для юной девушки.

Впрочем, если вы невзначай столкнетесь с ней на улице, то подумаете, что ей лет тридцать, не меньше. Беллу сильно старит, если подобное выражение применимо к юной особе, обильный макияж. С парфюмом дурочка тоже перебарщивает, выливает на себя литры духов. Девочку постоянно окутывает удушливое облако из «Кензо», «Шикейдо» или «Шанель». Но издали она кажется симпатичной. Хотя лично мне никогда не нравились полноватые крикливые особы. Если бы пришлось выбирать между Кларой и Беллой, отдал бы предпочтение первой.

— Чего шепчетесь? — заорала Белла. — Где Лариска? Жрать хочу!

Клара подскочила и тенью прошмыгнула в коридор.

— Видал? — хмыкнула Беллочка. — Во, вежливая! Ни здрасте, ни до свиданья! Офигительное поведение!

— Ну ты тоже ее не поприветствовала, — вздохнул я.

— Между прочим, — нахалка уперла кулаки в крутые бока, — я тут хозяйка, и те, кого пустили сюда пожить из милости, обязаны при виде меня вскакивать, кланяться и благодарить.