Читаем без скачивания Огонь в твоей крови - Лана Ежова

— Котятки, вы рады, что пришла убираться я, а не одна из сидхе? — посыпая пол соломой, поинтересовалась Аня у полосатых. — Хоть кому-то мое наказание пойдет на пользу.

Один из вертигров замурлыкал, как домашняя кошка. Аня знала, что таким способом они выражают свою признательность и добродушие. Когда же раздражены, отзываются глухим страшным хрипом, а в ярости специфично «кашляют». И лишь во время гона полноценно рычат. Наблюдение за вертиграми и односторонние разговоры девушку забавляли, немного отвлекая от постылого плена.

— Вот и все, я закончила, полосатики, — устало проговорила Аня и развернулась к выходу, чтобы увидеть, как захлопывается дверь.

— Пока не все, Белоснежка, — с жестокой улыбкой на тонких губах произнес Шатун. — Посиди со зверьем, подумай о своем проступке.

Когда сторож крутанул первое колесо, отпуская цепь на всю длину, девушка бросилась к двери, понимая, что вертигр быстрее. Глухой «кашель» и звон стали о сталь за ее спиной — Аня упала грудью на прутья решетки.

— Открой!!!

Шатун издевательски захохотал.

Едва не падая в обморок от страха, девушка, недоумевая, отчего ее не едят, обернулась к отпущенному на длину привязи тигру. Оборотень бил хвостом свои бока и настороженно наблюдал за сторожем.

— Твой выход, киса, — все еще предвкушая расправу над беглянкой, проговорил Шатун и отпустил второго вера.

В один прыжок хищник оказался возле ведьмы, и она, прикрыв голову руками, закричала снова.

— Открой! — Собственный крик вырвал Аню из кошмара.

Похоже, она отбивалась не только во сне — простыня запуталась вокруг ног, а подушки валялись на полу. Ни звона цепей, ни хрипов, единственный раздававшийся звук — ее тяжелое дыхание. В полумраке комнаты она одна, если не считать Венеру, сонно моргающую на журнальном столике у окна.

Сон. Это всего лишь сон, хоть и на основе ее прошлого. Она давно не испуганный подросток, а взрослая самостоятельная женщина. И она в Нью-Йорке, в квартире Романа, уступленной им спальне.

Сам хозяин, растревоженный ее криками, не замедлил появиться.

— Что случилось? — Заспанный парень, одетый в широкие шорты цвета хаки, вломился в комнату без стука и включил свет.

— Кошмар приснился, — прикрыв глаза ладонью, призналась Аня.

— А я уж было подумал, что, не удовлетворившись цветами, нас атакуют вампиры.

Аня наморщила нос — аромат роз, разбросанных по полу гостиной, все еще преследовал ее.

А как хорошо начинался вечер…

Роман забрал ее с работы и с ветерком доставил домой на матово-черном высокоскоростном мотоцикле. Свой спортивный байк парень остановил один раз, возле итальянской пиццерии, чтобы купить дюжину больших порций, так как Аня предупредила, что на готовку ужина у нее нет настроения.

Уже открывая двери квартиры, они почувствовали что-то неладное. Вернее учуял Рома. Пахло розами. Войдя, они остановились на пороге — по коридору и дальше по полу гостиной кто-то разбросал ярко-красные цветы. Впрочем, имя романтика, пославшего «миллион, миллион алых роз», угадывать не пришлось — он оставил записку. Читая послание Аристарха, Аня подумала, что для изгоя у него слишком хорошие возможности портить ей жизнь.

Молодые люди решили не оставаться в превращенной в оранжерею квартире не только из-за одуряющего запаха. Взломанные замки и мастерски обойденную магическую защиту заменят лишь дня через два, и кто знает, не перейдут ли вампирские соглядатаи от безобидных сюрпризов к членовредительству.

Наспех похватав необходимые на первое время вещи, ведьма и оборотень покинули небезопасное жилище, не забыв прихватить горшок с притихшей мухоловкой.

— Кошмар спровоцировали цветы, — предположил Рома, — у тебя стойкие ассоциации красных роз с Аристархом.

Парень присел на край широкой кровати, и Аня, поднявшись выше на подушке, запустила руку в его волосы, зная, как приятна подобная ласка другу.

— Пожалуй, ты прав. Давно мне не снились такие реалистичные ужастики.

— Расскажешь?

— Снился мой побег из бара, вампир, поджидающий на дороге, Шатун… Все, как было на самом деле. Вот только, когда сторож запер меня в клетке, один из тигрят бросился не на урсолака, а на меня.

— Ты теперь боишься тигров? — насмешливо поинтересовался Рома, разворачиваясь к магичке лицом.

— Во сне боялась, я ведь не знала, что они на моей стороне и никогда не обидят.

— Ну да, ты же не могла понять это по их ластящемуся поведению, — все еще веселым тоном произнес парень. — Вот если бы они поднялись на задние лапы и потанцевали, как мишка из соседней клетки…

Аня фыркнула:

— Ладно, иди спать, юморист.

— А ты?

— А я попытаюсь поработать над делом гимнастки.

— Так не пойдет, Ань, два часа ночи, завтра будешь вареной.

— Боюсь, я сегодня не усну, Ром.

Зеленые глаза парня хитро прищурились.

— А если я постерегу твой сон? Заодно устроим профилактику возникновения фобий?

— Это ты сейчас о чем? А, о страхах во сне? — Девушка улыбнулась и передвинулась на середину постели. — Давай, заодно почешу тебе спинку.

Роман выключил свет, и в мягком полумраке спальни на пол ступила большая кошка. Несколько пружинистых шагов — и желтоглазый тигр запрыгнул на кровать. Вытянувшись рядом с Аней, довольно замурлыкал, когда она стала поглаживать спину и бок. Вскоре Роман, предпочитающий проводить одинокие ночи в звериной ипостаси, мягко засопел.

А девушка мысленно вернулась к событиям из сна, думая о неудачном побеге и вампире, давшем ей снотворное для Шатуна. Если бы клыкастый не проявил к ней тогда интереса, она не рискнула бы убежать. И, кстати, как же его звали? Грегори. Точно. Этим именем он представился в первый вечер их недолгого знакомства. Прикрыв глаза, Аня вспомнила, как заинтересовался недавно обращенный кровосос ею, официанткой, принесшей заказанную кровь. Тогда лишь друг отговорил порывистого вампира от «пития из источника», то есть через укус.

В баре Аристарха кусать официанток запрещалось, а вот заказать их кровь, хранящуюся в специальном холодильнике, не возбранялось. Аристарх гордо именовал себя аристократом духа и гедонистом. В его баре можно было заказать кровь человека любой расы, национальности и даже вероисповедания. Гурманы могли выбрать кровь спортсмена, поставившего новый рекорд, актрисы, получившей «Оскар», вегетарианца, годами загибающегося на соевом мясе, людей, больных гемофилией, диабетом, лепрой или какой-либо еще экзотической болезнью. Да хоть кровь темнокожего дальтоника-левши нетрадиционной ориентации…

Но в основном клиенты изощрялись в выборе крови не людей, а полуночников. Среди пленников-доноров в наличии всегда имелись магички всех четырех стихий, оборотни разных видов, русалки, нимфы гор, лесов или морей и жемчужина коллекции — сидхе. Они, а также привлекательные ведьмы вдобавок еще и работали разносчицами «напитков», услаждая глаза гостей своей красотой.

К счастью девушек, хозяин бара придерживался старых взглядов, что к «еде» вампир должен испытывать лишь гастрономический интерес, и тщательно следил, чтобы официанток не лапали и, естественно, бесплатно не кусали. Как объяснил однажды Аристарх, пребывавший в добродушном настроении, последний запрет он ввел чисто в экономических целях. Посетители, дорвавшись до вены донора, могли нечаянно его убить, а слишком частые похищения полуночников привлекали ненужное внимание к заведению. Но если за укус предлагалась привлекательная сумма, клиент мог и получить желаемое.

Сам Аристарх позволял себе слабину и регулярно кормился напрямую из вены каждой из пленниц по очереди, но его выдержка никогда не подводила. Старый и опытный, он подсадил девушек на свои укусы, заставив желать их, как наркоман дозу.

В следующий свой приход Грегори оплатил укус в изгиб локтя понравившейся темноволосой официантки. Закончив «трапезу», вампир восторженно заявил, что влюбился с первой капли крови и попытается выкупить у Аристарха объект своей любви. Аня, у которой кружилась голова от внеочередного кровопускания, промолчала. А зря. Новый поклонник стал приходить еженощно. То, что ее заказывают как закуску, не отменяло забора положенных миллилитров, и девушка постепенно превратилась в собственную тень.

Вскоре Грегори просьбами продать понравившегося донора достал Аристарха, и тот пригрозил, что закроет для него двери бара, если он не угомонится. Вот тогда хитрый кровосос и принес обмолвившейся про бессонницу Ане снотворное в подарок. Но вместо того чтобы самой уснуть наконец без кошмаров, девушка подсыпала порошок в еду сторожа. А дальше вскрытие замка комнаты давно припрятанной проволокой, переход через бесконечное поле, встреча с Грегори, его бой с Шатуном и жестокое наказание за побег. Тогда, кстати, ей и довелось выпить крови Аристарха. Сторож переусердствовал с наказанием, оставив ее в клетке с тиграми на холоде до вечера. Изможденность организма, усталость, стресс и переохлаждение вызвали пневмонию. Шатун пытался лечить ее сам, обкалывая антибиотиками. Но когда пленница с температурой сорок и три начала бредить, поставил в известность хозяина.