Читаем без скачивания Желтая тень - Росс Томас

— Ты возьмешь семьдесят пять тысяч?

— Конечно. Нам же расплачиваться с этой троицей.

— А как ты задействуешь оставшуюся пару — Прайса и Шадид?

— Один будет работать с Димеком, второй — с нами, когда мы поедем за Фредль.

— Если выясним, где они ее прячут.

— Об этом можешь не беспокоиться.

Я покачал головой.

— Мне бы твою уверенность.

Мы договорились встретиться в десять утра. Падильо решил остался в салуне, а я отправился домой. Благо пошел уже двенадцатый час ночи. На Коннектикут-авеню повернул налево. Пешеходы встречались редко, погода стояла сухая и прохладная. Октябрь — не лето. Легкий ветерок гнал по асфальту мусор. Мужчина в солдатской шинели времен второй мировой войны пожаловался, что голоден, и я дал ему четверть доллара. Он поблагодарил и зашагал прочь. Я же думал о том, что скажу Фредль при встрече, чтобы она посмеялась и побыстрее забыла о случившемся.

Но в голову полезли совсем другие мысли, ибо в тот момент я ничем не мог помочь Фредль, да и благополучный исход казался весьма и весьма проблематичным. А потому мне не оставалось ничего другого, как переставлять ноги да прислушиваться к звукам вечернего города и скрежету собственных зубов. Идти я мог только домой. Слушать — только себя. И ждать, мучаясь неизвестностью.

Они выступили из-под арки административного здания. Трое. Молодые, лет двадцати двух, не более. В свете уличного фонаря я различил их длинные волосы. В куртках со множеством молний и в джинсах. Руки они держали в карманах. Один заступил мне дорогу. Двое держались по бокам.

— Да здесь человек, — заговорил тот, что стоял передо мной. Ростом повыше остальных, пошире в плечах.

— И правда, человек, Джилли.

Джилли воспринял последнюю фразу как шутку и громко рассмеялся, продемонстрировав мне свои зубы. Похоже, чистил он их не слишком часто. И без особого усердия.

— Извините, — пробормотал я и попытался обойти Джилли.

Он вытащил руку из кармана, ухватил меня за левое плечо и толкнул назад. Несильно.

— Вы торопитесь?

— Совершенно верно.

— Отделай его, Джилли. Вы с ним в одной весовой категории, — послышалось слева от меня.

— Вы припозднились, — заметил Джилли.

— Я работаю допоздна.

— И где же вы работаете?

— Поговорили, парень, и хватит. Дайте мне пройти.

— Вам придется подраться со мной, приятель, — процедил Джилли.

— Я не хочу с вами драться.

— И тем не менее придется.

Я решил начать с того, что стоял слева от меня. Возникло предчувствие, что у него в кармане нож. Изо всей силы ударил его в солнечное сплетение. Он отшатнулся, сел на асфальт, его вырвало. Я же повернулся к двум оставшимся. Джилли ударил меня левой. Я нырнул, но его кулак задел мое левое плечо. Второй парень тоже бросился ко мне, но я пнул его в колено, и он запрыгал на одной ноге, безучастный к исходу сражения. Я же достал из кармана нож, раскрыл его и двинулся на Джилли. Тот попятился. И пятился до тех пор, пока не уперся в стену. Одной рукой я взял его за грудки, а второй поднял нож, чтобы он видел, как блестит лезвие.

— Так какой глаз тебе менее дорог, приятель?

Он закрыл глаза и замотал головой.

— Не надо, мистер! Ради бога, не надо!

Потом он заплакал. Хорошо еще, что не наложил в штаны. Я его отпустил. По стенке он добрался до угла, затем бросился бежать. Остальные двое последовали за ним. Похоже, они напали на меня от скуки. Один из способов поразвлечься в пятницу вечером. Наверное, не только в Вашингтоне.

Футах в двадцати от меня стояли трое мужчин и две женщины. Затормозила пара машин: драка интересует всех. Один из мужчин подошел ко мне.

— Их же было трое.

— Вроде бы.

— Вы всегда носите с собой нож?

— Конечно. А вы — нет?

— Клянусь Богом, отличная идея. Он спас вам жизнь, не правда ли?

Я глянул на нож, который все еще держал в руке, сложил его, сунул в карман.

— Вижу, вы на моей стороне. Благодарю.

И пошел к своему дому. Поднялся на лифте, открыл ключом дверь, снял пальто, налил виски, добавил воды, включил телевизор. Понаблюдал, как один гангстер мутузит другого, гадая, когда же утихнет бьющая меня дрожь.

Глава 12

Заснуть мне удалось только в шесть утра, и глаза я открыл без пятнадцати десять. Постель по-прежнему была велика для одного. Я встал, прошел на кухню, поставил на плиту воду. Когда я оделся, она уже закипела. Налил чашку кофе, закурил. Сходил за газетой, позвонил в салун, предупредил Падильо, что задержусь. Он заверил меня, что торопиться некуда. А потому я не спеша выпил вторую чашку и пролистал газету. Выходить из дома не хотелось.

На первой странице сообщалось о более раннем, чем ожидалось, прибытии Ван Зандта в Вашингтон, вызванном изменением даты его выступления в ООН. В статье говорилось о его переговорах с какой-то сошкой из государственного департамента, беседе с членами консульства и торговой миссии, а также пресс-конференции, намеченной на четыре дня, через час после обсуждения с нами подробностей покушения на его жизнь. Чувствовалось, что Ван Зандт приехал в Штаты не отдыхать, но работать. Впрочем, и времени у него совсем не осталось.

Короткая заметка на двенадцатой странице информировала внимательного читателя об Ивлине Андерхилле, пятидесяти одного года, днем ранее погибшем под колесами автомобиля на Коннектикут-авеню. Других подробностей об убитом в заметке не содержалось.

Я подумал об идее Падильо посадить себе на «хвост» ФБР, дабы африканцы решили, что брать его в исполнители опасно, и согласились обратиться к Димеку. Репутация Падильо могла убедить ФБР, что португалец — не плод фантазии, по крайней мере, на короткое время. А примут ли эту версию Ван Зандт и его братия? Вот тут у меня возникали сомнения. Народ это тертый, решительный. Они похитили мою жену, убили Андерхилла, вложили столько сил в подготовку покушения. И предсказать их реакцию едва ли представлялось возможным.

Я сидел над чашкой холодного кофе, стараясь не думать о Фредль, но без особого успеха. А потому встал, спустился на лифте вниз и пешком направился к салуну. Когда я переступал порог, Падильо как раз прощался с кем-то по телефону.

— Магда, — пояснил он. — Она позвонила последней. Мы встречаемся в одиннадцать на Седьмой улице.

— Ты намерен раздать им семнадцать тысяч фунтов?

— Пятнадцать. Они получат по пять.

— Хардман там будет?

— Нет. Нас впустит Маш. Уходя, мы сами закроем дверь. И оставим ключ у себя, — он посмотрел на часы. — Нам пора.

— Хорошо.

— Что ты делал вечером? Улегся в кровать с бутылкой?

— Нет. А что?

Падильо критически оглядел меня.

— У тебя ужасный вид. Еще хуже, чем вчера.

— Ко мне пристали какие-то пьяные подонки. Трое.

— Где?

— В трех кварталах отсюда.

— И что потом?

— Ничего. Я помахал перед ними ножом с перламутровой рукояткой, и они дали мне пройти.

— Хорошенький райончик.

— Один из лучших. Никакого сравнения с Седьмой улицей.

Если в Вашингтоне и есть район притонов, то это территория между Седьмой и Девятой улицами. На север она тянется до Эн-стрит, на юг — до Эйч. Публичная библиотека Карнеги, занимающая там пару кварталов, служит прибежищем обитателям этого вашингтонского дна. Они могут посидеть на скамьях, поставленных Эндрю Карнеги в 1809 году, читая выбитый на стене лозунг, объясняющий всем и каждому, что призвание библиотеки — стать «Университетом для народа». Но сидящий народ обычно или уже выпивши, или только и думает, где раздобыть бутылку.

Библиотека находится посреди парка с деревянными скамейками, травой, деревьями и парой воробьев. Есть там и общественный туалет. Зимой любой может зайти в библиотеку погреться, кемаря над газетой или журналом. С севера библиотека граничит с пустующим семиэтажным зданием. Когда-то его занимала штаб-квартира одного из вашингтонских профсоюзов, но потом она переместилась поближе к Белому дому. К западу от библиотеки высится церковь, с юга подпирают бары и лавчонки, где торгуют подержанными вещами, с востока — винные магазины.

Наверное, в скором времени этот район включат в городской план реконструкции, но пока бродяги греются в парке на солнышке, гадают, где бы выпить, да глазеют на другой лозунг, уже на фасаде библиотеки, указывающий, что существует она для «распространения знаний».

Контору, которую предоставил в наше распоряжение Хардман, отделял от библиотеки один квартал. Мы поднялись на второй этаж и там натолкнулись на Маша, прислонившегося спиной к двери. Он и Падильо обменялись несколькими фразами на арабском. Затем Маш открыл дверь и передал мне ключ.

— Хард велел передать, что вы можете держать его у себя сколько захотите.

— Благодарю.

— Если что-нибудь понадобится, звоните. Номер телефона в его машине у вас есть.

— Есть, — подтвердил я.

— Он сегодня ездит по городу.