иначе. Хотя бы теперь все его оставили в покое, и можно было немного расслабиться. Правда, Стас был уверен, что на перемене эти расспросы продолжатся, так как на многие вопросы он просто не успел ответить.
Абсолютно точно после пары многие решат всё-таки узнать ответы на свои вопросы. Этого было не избежать! Молодому человеку нужно было набраться терпения и приготовиться к этому. Парень надеялся, что все его ещё немного помучают, узнают нужную информацию и потом оставят в покое. По крайней мере, Стас на это рассчитывал.
Одногруппники, и правда, как и думал Стас, быстро оставили его в покое. Они лишь немного его помучили вопросами, утолили своё любопытство и успокоились. Лишь Борис и Артём долго не хотели успокаиваться. Они всё допрашивали Стаса, интересовались, как они поедут в Санкт-Петербург, где будут жить и, проще говоря, задавали огромное количество вопросов. Станислав старался на все вопросы отвечать, понимая любопытство друзей. На их месте ему тоже было бы всё интересно.
К сожалению, на все вопросы ответить молодой человек не мог, так как сам многие ответы на вопросы не знал. Он даже не знал, как они поедут в Санкт-Петербург, и где там будут жить. Но на самом деле парню даже было как-то всё равно на это. Ведь отец сказал, что сам обо всё позаботится и всё решит. Зачем Стасу об этом переживать? Вот он и даже не думал об этом.
После пары с Аллой Романовной они пошли на следующую пару. Там одногруппники опять не удержались и рассказали преподавателю последнюю новость. Они словно не могли удержать в себе эту новость и жаждали всем рассказать её. Этот преподаватель также удивился, и Стасу пришлось отвечать на его вопросы.
Позднее одногруппники поделились этой новостью и с остальными преподавателями, с которыми у них были пары. Станислав даже успел немного пожалеть, что рассказал эту новость именно сегодня. Ведь он сам ещё не успел, как следует, подумать об этом переезде, узнать всё по поводу этого переезда, а также переварить эту новость. Конечно, у парня уже немного получилось это сделать, но не до конца. Теперь уже, когда все знали эту новость, жалеть было поздно, ведь ничего изменить было нельзя. Оставалось только терпеть и ожидать, пока все успокоятся.
В институте все смогли более менее успокоиться ближе к концу недели. До этого молодому человеку почти не хотели давать покоя. Но постепенно всё улеглось, и больше почти никому это интересно не было. Ну, конечно за исключением тех ребят, которые часто общались со Стасом. Они никак с этой новостью смириться не могли, и становилось понятно, что смириться с этим у них получится только после того, как Стас уедет.
Хоть неделя тянулась медленно и немного мучительно из-за того, что молодого человека большую часть времени все доставали вопросами и советами, она всё же закончилась. В субботу Станислав договорился в молитвенном доме встретиться с Богданом, Денисом, Андреем и Светой, чтобы ещё порепетировать псалмы.
С самого утра парню не терпелось скорее увидеться с друзьями, рассказать им эту новость и пообщаться с ними. Он с трудом дождался трёх часов. Только после трёх можно было ехать. Саму репетицию ребята хотели начать ближе к четырём часам, но встретиться они хотели в молитвенном доме пораньше. Так что в три часа Стас уже мог спокойно выйти из дома и поехать, что он и сделал.
Когда молодой человек уже подходил к дому, он пытался придумать, как лучше начать разговор с ребятами и как им лучше всё рассказать. Стоит ли их сначала подготовить к плохой новости или сразу её выпалить? Но решить это Станислав так и не успел. И вот он уже прошёл в дом.
— Давай быстрее! — была какая-то суматоха в доме. Света стояла возле прохода на кухню и что-то кричала. — Ну же! Быстрее! Неси швабру!
— А что происходит? — удивился Стас.
— Уже несу, — бежал к Свете Богдан. — Вот швабра, — он протянул девушке швабру.
— Ну, давай уже, — вырвала из рук парня швабру Света и забежала на кухню.
— Что случилось? — посмотрел на друга Станислав.
— Да мы там случайно разлили кое-что, — смущённо проговорил Богдан.
— И что так суетиться из-за этого? — не понимал Стас. — Можно же без спешки всё сделать. Что торопиться?
— Да мы зелёнку разлили, — признался молодой человек. — А если быстро её не оттереть.… Потом замучаешься натирать полы!
— Как вы так умудрились пролить зелёнку?
— Случайно…. Я просто порезался, — парень показал небольшую ранку на пальце. — Света предложила смазать эту ранку зелёнкой. Я согласился. Света её открыла и решила сама мне помазать ранку зелёнкой. А я не захотел. И в итоге я потянул зелёнку на себя, она на себя, и мы одновременно её отпустили. И она упала и разлилась!
— Ну, вы даёте, — не смог сдержать смех Станислав.
— Не смейся! Это не смешно! — нахмурился Богдан. — Если мы не сможем сейчас всё оттереть, нам всем потом попадёт от служителя. Потом ещё отберут ключи и запретят так собираться и репетировать! Этого ещё не хватало….
— Да сможем мы всё оттереть. Я знаю, как оттирать зелёнку. Если шваброй не получится, то в этом поможет спирт.
— А где его взять? — ещё больше испугался друг.
— Найдём, — махнул рукой Стас и снял куртку. — Пойду, посмотрю, что там за пятно зелёнки. Узнаю всё ли так ужасно. А вы со Светой опять вместе приехали?
— Да, мы же рядом живём, — подтвердил Богдан. — Что нам по раздельности ездить что ли? Скучно как-то одному ехать. К тому же она моя младшая двоюродная сестра. Мне родители всегда говорят, чтобы я её взял с собой и ехал с ней. Так что приходится ездить с ней.
— Как будто ты этому не рад, — кинул взгляд на парня Станислав, переобуваясь. — Вы же хорошо ладите!
— А я про это ничего и не говорю. Да, мы нормально ладим. Просто я словно, по словам родителей, за неё отвечаю. А это уже как-то не круто!
— Понятно, — многозначительно проговорил Стас и двинулся к кухне. Пройдя на кухню, молодой человек окинул её взглядом. Света стояла в углу и старательно тёрла пол. Стас подошёл к ней и опустил взгляд на пол. Там красовалось большое зелёное пятно. — Ну, ничего себе! — сорвалось с губ Станислава. — Вот это ужас!
— Оно вообще не оттирается! — простонала девушка.
— Надо было просто сразу салфеткой протереть пол, чтобы зелёнка не успела высохнуть, — выдал молодой человек, осматривая пятно. — Ну, это, конечно, кошмар!
— Всё, теперь нам точно попадёт, — впадал в панику
