Читаем без скачивания Касание ветра. Мой идеальный смерч - Анна Джейн

– Это Ильич, – торжественно представил мне мужика Денис. – А это Маша.

– Здрасти, – с тихим ужасом в глазах посмотрела я на дядьку. – Вы кто?

– Я на усе руки мастер, – хмыкнул тот, распространяя свое амбре на пару метров вокруг себя. – И тебе привет, да.

– Друг мой, все понял? – спросил его молодой человек.

– А че тут непонятнава? – громко посморкался без помощи носового платка господин, не заботясь о том, что находится в приличном месте. Меня передернуло. – Схватил, побежал. Усе сделаю, как надоть.

Я зажала нос и вопрошающе уставилась на Смерчинского, вероятно, сошедшего с ума за эти несколько минут. А тот просто лучился от радости. Может, ему доставляет удовольствие общаться с такими вот маргиналами? Он достал из кармана джинсов две пятисотрублевые купюры, заботливо вложил их в немытую руку господина Ильича и сказал:

– Ну, удачи.

– Букетик-то точно не нужон? – сипло проговорил тот. – Себе могу забрать, начальник?

– Бери, – тут же щедро разрешил парень. – По отдельности цветы толкнуть можно очень толково. Не прогадай.

– Я-то уж не прогадаю, – отвечал важно дядька, утирая нос рукавом.

– Я знаю. В тебе есть деловая жилка, – засмеялся Дэн.

– Хороший ты человек, начальник, – непонятно от чего расчувствовался обладатель щетины и превосходного аромата. – Ежели чего, я всегда тута сижу, у любого спроси Ильича, тебе и скажут, где я.

Дэн кивнул, и некультурный дядька, оглянувшись на парня и по-доброму улыбнувшись кривым ртом, неспешно потопал к фонтану.

– Тебя даже бомжи любят, – завороженно поглядела я на Дениса снизу вверх, все еще закрывая нос. Господин ушел, а запах остался.

– Это комплимент? – поинтересовался он. – Если да, то он выглядел очень неуклюжим. Ты уже поняла, что сделает наш небритый друг?

– Это констатация фактов, а не комплимент. И не глупая, все поняла, – я большими глазами наблюдала, как Ильич вразвалочку идет к лавочкам, не обращая внимания на косые взгляды людей. Никита и Оля, не подозревая о том, что к ним направляется этот душистый дядька, продолжали самозабвенно болтать, ничего и никого не замечая.

Подручный Дэна, уже близко приблизившийся к фонтану, огляделся и, что-то насвистывая, как бы невзначай сделал пару шагов к их скамейке. Остановился. Затем вновь стал двигаться. Вид у него при этом был потешный: сложив сзади руку за руку, Ильич невинно глядел вверх, на купол атриума, и, двигаясь боком, по-крабьи передвигал свое туловище все ближе и ближе к влюбленным.

– Ты где этого бича взял? – шепотом поинтересовалась я у напарника, с замиранием сердца ожидая развязки.

– На улице, – ответил Дэн. Он ни о чем не волновался и был доволен своей находкой.

– Ты что, его знаешь? – я в который раз поразилась обширному кругу всевозможных знакомств Сморчка.

– Нет, только что познакомился, – отозвался парень. – Он у одной пожилой леди сумку хотел позаимствовать, но я переубедил его, что со мной выгоднее сотрудничать.

Ильич еще ближе придвинулся к лавке Князевой и Ника и, не глядя на этих голубков, протянул длинную тощую руку к лавке. Он постоял так пару секунд, словно бы любуясь фонтаном, а потом, пошевелив зачем-то по-злодейски растопыренными пальцами, резко схватил букет и понесся по направлению к лестнице, высоко подкидывая ноги.

Я зажала рот рукой, чтобы не рассмеяться. Дэн довольно улыбался.

Однако бомжу, держащему под мышкой розы, не повезло. Никита, не будь дурак, естественно, заметил, что немытый господин своровал цветы, да и Князева тоже поняла, что чья-то наглая рука умыкнула ее законный подарок. Одногруппница вскочила с места и с немым ужасом глядела в спину убегающего Ильича, как будто бы он у нее не букетик стащил, а три редких бриллианта, или даже родную кровинушку – ребеночка то есть.

– Хе-хе-хе, – злорадно выдала я, всей душой желая Нику опозориться в глазах Ольги. – Вот вам и свидание, голубки вы наши.

Но Кларский же меня в тот момент поразил. Он, недолго думая, крикнул что-то своей Олечке и побежал за похитителем, причем довольно быстро, хотя, насколько я знала, профессионально бегом никогда не занимался, да и, судя по всему, физкультуре предпочитал литературу – не раз и не два я видела его с очередной книгой в руке…

Наш знакомый бомж, обернувшись и увидев погоню, растянул косой рот в улыбке, зачем-то игриво помахал букетом, словно бы говоря: «Попробуй догони!», а потом поднажал. Но и Ник тоже не отставал. Казалось, вот-вот, и он нагонит Ильича.

– Вот это скорость, – ухмыльнулся Дэн, с явным интересом наблюдая за сценкой, сцепив руки за спиной.

– Вот сейчас Ник поймает Ильича, тот ему и доложит, что да как, – испугалась я. Обладатель стойкого амбре скакал по лестнице, сосредоточенно распихивая людей. Нику приходилось легче – ему не нужно было пробивать себе дорогу в толпе, все шарахались от человека без определенного места жительства в стороны, освобождая дорогу и парню. – И приведет твой бомжистый друг Никиточку прямиком к нам. Если что – я тебя не знаю.

– У нас договор! Мы теперь повязаны, Мария. И не догонит он его, Клара хиленькая, – отозвался уверенно Дэн. В это время Ильич огромными прыжками поднимался по лестнице и едва не угодил в распростертые радужные объятия здоровенных охранников, увидевших все это безобразие с похищением букета по камерам наблюдения. Мужчины распахнули руки, как крылья, и ждали наверху беглеца-воришку, надеясь на взаимные объятия. Бомж явно не желал физической близости, являя собой образец брутального мужчины.

– Хватит так называть моего Никиту, – не сводила я глаз с Кларского, почти добежавшего до нового знакомого Дэна, который в это время, выставив букет вперед, как меч, мелкими шажками отступал от грозных ребят в униформе. В первый раз в жизни я болела не за Ника, а за совершенно постороннего мне бомжа! Подумать только.

Охрана так же медленно надвигалась на небритого мужчину, и тогда, когда один из крепких ребят захотел схватить его за плечи, Ильич шандарахнул парня букетом по лбу. Он явно вообразил, что розы в упаковке – что-то вроде острого колющего холодного оружия.

– О, да, а теперь второго, – комментировал Денис. – И еще раз тресни, по лицу, ага. И под дых… по печени… Мария, уличная закалка – это тебе не просто так. Видишь, наш друг цветами успешно отображает атаку двух профи.

– Убегай, убегай, – твердила я, сжав кулаки. – Делай ноги, Ильич!

Тот, словно услышав меня, нервно оглянулся, увидел приближающегося Ника и, подумав чуток, кинул вдруг со всей силы ему в лицо злосчастный и уже потрепанный букет, а затем кинулся обратно вниз. Теперь уже за мужиком несся не Ник, явно не ожидавший столь коварного броска, а господа охранники, обозленные нежеланием Ильича остановиться. Гости и посетители центра с недоумением проводили погоню взглядами, явно не понимая, что происходит.

А у Ильича открылось второе дыхание, и он улепетывал от смотрителей порядка с куда большим энтузиазмом, чем от Никиты. Чем все закончилось, мне неизвестно, но, судя по увеличивающемуся отрыву между небритым и охраной, мне показалось, что у первого есть шансы сбежать из «Рая» целым и невредимым.

Никита же, удивленно и смущенно рассматривая помятый порядком букет, вернулся к Оле. Бомж украл купленные девушке цветы, разве не отличный повод сделать свидание гнусным? Особенно это не должно понравиться принцессе Князевой – та еще чистоплюйка (удивительно, сколько недостатков я нашла в ней за то недолгое время, как узнала о ее романтической связи со своим Ником!).

Вероятно, Оля не в восторге от происходящего. Вот если бы у меня кто-то розы от Ника спер, я бы сама кинулась за вором! А неженка-одногруппница, должно быть, приросла к месту от удивления и досады.

– Вот это позор, правда? – не смог сдержать очередной порции улыбочек Дэн. – Классно я придумал?

– Классно, классно, – отозвалась я. Реакция Ольги мне и самой нравилась – она стояла, прикрыв лицо обоими ладонями, – так делают, когда чем-то напуганы или очень удивлены. – Надеюсь, теперь их отношения дадут трещину.

– Дай пять, Чип, – вытянул вперед руку радостный мальчик-ветер.

Я со всей силы с таким же радостным выражением лица ударила его по ладони, как вдруг оказалось, что все на самом деле не так плохо, как могло бы быть. Князева убрала свои бледные изящные руки от лица, и оказалось, что она смеется. Весело, звонко, как грустная принцесса из сказки, которую никто много лет не мог рассмешить. Смущенное лицо Никиты приняло удивленное выражение. Он что-то спросил. Девушка сквозь смех ответила, и теперь уже пришел черед парня смеяться. Какое-то время они просто стояли и радовались непонятно чему.

После Ник протянул Оле букет, выглядевший так, словно его только что вытащили из норы, а потом, передумав, повернулся к одной из мусорных урн и выбросил белые розы туда. Князева, не переставая счастливо улыбаться, коснулась рукой его плеча и, закусив губу, что-то произнесла. Кларский улыбнулся. И если я правильно могла судить – улыбнулся нежно.