В жизни общества, ни одно явление не может быть создано из ничего и после этого «вытянуто за уши» до нужной кондиции, но открывшиеся возможности могут быть преобразованы в действующие тенденции, тенденции могут быть выращены в явления, а порождаемые обществом явления, могут быть взяты под управление, — разнородное по своим целям и средствам[102], — на какой основе жизнь общества обретает определённую целесообразность — управляемую направленность.
Тот факт, что «отцы основатели» США — если не все поголовно, то в их большинстве — были масонами, — хотя и не предавался огласке в отечественных учебниках истории, замалчивавших тему масонства и его роли в истории и функциях в политике, но после 1991 г. всё же стал достаточно широко известен в нашем обществе. Однако констатация этого факта, равно как и его муссирование и смакование в писаниях “борцов” с «жидомасонским заговором», — сами по себе ничего не объясняют вне соотнесения этого факта с тем спектром явлений общественной жизни, в котором выражается управление обществом в русле библейского проекта порабощения человечества от имени Бога.
Ещё один масон, однако живший в другой части света, оставил после себя мнение, которое многое объясняет в истории США, в их образе жизни, в политике их федерального правительства как внутренней, так и внешней:
«… самые действительные Наставники Народов суть Законы Государственные: они образуют и так сказать воспитывают народы и по ним нравы, обычаи, Понятия, вид свой и Деятельность свою получают, от них исходят Направление Умов и Волей; и потому утвердительно сказать можно что Политические и Гражданские Законы соделывают Народы таковыми каковыми они суть.
Из сего следует что одинаковые Гражданские Законы на целом пространстве Государства более всего содействовать будут к дарованию всем частям онаго одинаковаго оттенка Нравственности а тем самым и произведут ту совершенно крепкую и истинно тесную политическую связь в Государстве, коея существование столь благодетельно.
Из сего явствует что все Спорщики противу одинаковости Законов и образа Управления внимание свое обращали на частные предметы, не входя в соображение ни об общей связи Государственнаго Бытия, ни о Началах и основах из коих частныя сии разнообразности могли произойти» (П.И.Пестель[103]. “РУССКАЯ ПРАВДА”[104], орфография и пунктуация цитируемой публикации: http://lib.babr.ru/index.php?book=4533; http://constitution.garant.ru/DOC_32000.htm).
И далее в разделе 16, озаглавленном «Все племена должны быть слиты в один Народ» (обратите внимание на эту фразу), П.И.Пестель пишет:
«В третьих: чтобы одни и те же Законы, один и тот же образ Управления по всем частям России существовали и тем самим в Политическом и Гражданском отношениях вся Россия на целом своем пространстве бы являла вид Единородства, Единообразия и Единомыслия. Опыты всех веков и всех Государств доказали что Народы везде бывают таковыми, каковыми их соделывают правление и Законы под коими они живут (выделено нами жирным при цитировании)» (П.И.Пестель. “РУССКАЯ ПРАВДА”, орфография и пунктуация цитируемой публикации: http://lib.babr.ru/index.php?book=4533; http://constitution.garant.ru/DOC_32000.htm).
Однако 14 декабря 1825 г. бунт группировки кланов Рюриковичей против клана Романовых, вдохновляемый заправилами мирового масонства, потерпел поражение благодаря тому, что наследник престола, ставший императором Николаем I, всё же сумел преодолеть собственную растерянность и саботаж ближайшего окружения, а вожди бунта — «кинули» друг друга, проявив растерянность и неспособность к самоорганизации.
Вследствие этого П.И.Пестель не сумел на практике убедиться в том, что:
• его постулат, возведённый им в ранг стратегической политической аксиомы, выраженный в выделенной нами в последней цитате жирным фразе, — не носит всеобщего характера, т. е. характера, не знающего исключений — хотя законодательство и близкое к неукоснительному его проведение в жизнь в процессе правления и оказывает определённое воспитательное воздействие на население, но это воздействие не носит абсолютного характера и не является единственно возможным;
• в жизни общества постулат П.И.Пестеля дополняют и иные явления, в результате чего законы, не отвечающие нравам общества и идеалам его развития в русле Промысла, не исполняются, о чём высказался выдающийся социолог XIX века М.Е.Салтыков-Щедрин, которого в общественном мнении пытаются опустить до уровня писателя-сатирика, а ещё лучше — предать забвению: «Строгость российских законов смягчается необязательностью их выполнения».
И можно видеть по жизни, что после-ельцинский режим в РФ — продолжатель дела П.И.Пестеля и КО и их «юридического безпредела» со всеми вытекающими из этого факта объективно предопределёнными последствиями: у нас есть иммунитет к «юридической чуме», от которой Запад и США излечиться не могут.
И мимоходом отметив, что “Русская правда” П.И.Пестеля — несостоявшийся аналог “Декларации независимости” США[105], хотя и с запаздыванием на 50 лет, вернёмся к предъистории и истории Соединённых Штатов.
В ходе предъистории США в британских колониях в Северной Америке отчасти управляемо сложились в общем-то уникальные условия, которые обеспечивали объективные возможности реализации идей переустройства и унификации жизни многонационального общества, которые выразил П.И.Пестель в программно-масонском документе, названном им «Русская правда»[106]:
1. Все племена должны быть слиты в один народ.
2. Народы везде бывают таковыми, каковыми их соделывают правление и законы, под коими они живут.
История США от истории всех других государств и обществ отличается своей противоестественностью[107]:
• США — это единственное общество и государственное образование, искусственно выращенное под прессом определённого законодательства, выражающего определённую концепцию управления обществом, и эта концепция — библейский толпо-“элитаризм”;
• Во всех других обществах законодательство в своей основе имеет пусть даже и забытую ныне древнюю самобытность и представляет собой продукт её исторического развития, с более (в Европе, Америке (вне США), Австралии, Африке, России) или менее (в регионе мусульманской цивилизации и в остальной Азии) ярко выраженным влиянием политики заправил библейского проекта на культуру и на её юридическую составляющую.
В этой особенности США и состоит суть перезагрузки библейского проекта, начало которой положило «Бостонское чаепитие» (1773 г.) и “Декларация независимости” (4 июля 1776 г.).
История США до конца ХХ века укладывается в принцип, который П.И.Пестель не смог либо не пожелал выразить точно: Законодательство и правление на его основе должны сформировать общество таким, каким мы этого хотим.
Но будучи концептуально безвластным, П.И.Пестель по самодовольству и амбициозности в этом принципе за словом «мы» видел себя самого и своих будущих подельников, а не кого-то ещё — ему лично персонально неведомого, но кто действительно делал глобальную политику[108], но делал её не сам лично, а опосредованно: на территории России — руками П.И.Пестеля и прочих декабристов; на территории США — руками тамошних братанов-масонов; и так — в каждом регионе планеты.
Как было упомянуто ранее в рассмотрении предъистории США, основной целью деятельности Лондонской и Плимутской вирджинских компаний, организованных правительством «Великобратании»[109], было заявлено распространение христианства, что подразумевало интеграцию коренного населения (по крайней мере той его части, что примет христианство) в новое общество, однако реально процесс исторического развития США пошёл иначе.
Некоторые племена северо-американских индейцев действительно приняли христианство, и на этой основе начался процесс их интеграции в общество «американской нации». В результате возникли так называемые «цивилизованные индейцы», которые продолжали жить на землях своих предков. Однако этот процесс завершился не интеграцией коренного населения в общую для всех граждан США культуру, а практически полным геноцидом коренного населения.
«Владения «цивилизованных племён» превратились в маленькие индейские республики, смоделированные по образцу США — со своими конституциями и ветвями власти (президентов по традиции называли «верховными вождями»). Граждане этих республик во многом переняли образ жизни своих белых соседей из южных штатов. Часто это происходило благодаря смешанным бракам с лицами европейского или африканского происхождения (в канун Гражданской войны чистокровными оставались лишь 1/4 членов «Пяти цивилизованных племён»). Богатые индейцы владели плантациями и жили, как аристократы; у некоторых число чернокожих рабов исчислялось сотнями. Рабовладение стало для индейцев своего рода «побочным продуктом» программы федерализации, поскольку на момент её начала оно являлось частью жизни самих учителей-американцев.
