Отдаю телефон хозяйке.
— Скинь мне потом по сети…
Совмещаю таким образом несовместимое на первый взгляд. Искусство и науку. Запоминание сложных образов нагружает мозг до скрежета. Очень полезно. Мне потому и стереометрия никаких проблем не доставляет ввиду развитой визуальной памяти. Будто мощная видеокарта в голове.
Так, кажется, небольшие проблемки нарисовались. Ира грозит мне кулаком, в глазах огромное возмущение: «А я⁈ Ты мне обещал!!!».
Окончание главы 3.
Глава 4
Легенда прежде всего
18 декабря, время 12:45.
Школа.
Выхожу из класса с тем чувством, когда заканчиваешь длинный пробег километров на десять. Или двадцать, если на лыжах. Если спортсмен в хорошей форме и подготовлен, то с дистанцией он справляется запросто. Однако даже при отсутствии необходимости ставить запредельные рекорды, любой атлет испытывает на финише громадное чувство облегчения. Многочасовое напряжение спадает, невзирая на усталость, организм впадает в эйфорию от выброса в кровь эндорфинов.
Возможно, где-то ошибся или недоработал, всё это за спиной. Ошибки если проскочили, то и хрен с ними. Уже ничего не исправишь. Да и не верю в плохой результат. Это всего лишь городская олимпиада, да, по физике, ну и что? Хотя это только первый этап, теоретический. Завтра будет практический. По этому поводу нам даже расписание здорово изменили, чтобы освободить для олимпиадников кабинет физики и крыло в целом. В вестибюле уже висит транспарант «Просьба не шуметь. Идёт городская олимпиада».
По математике мне уже не нужно в городе пыхтеть. Как победитель областной в прошлом году получаю на неё путёвку в этом автоматически. По физике так хорошо себя не показал, поэтому и пришлось жертвовать воскресеньем.
Не жалуюсь. Каждые выходные так проводит надо. Никуда не денешься, график чемпионов. Настоящих, и тем паче будущих.
Управление образованием разделило места олимпиад по городским школам. В 8-ой — физика, остальные, кто где, а языковая в моей старой 14-ой школе. И благодаря кому? Безусловно, благодаря мне, ха-ха. Ну, и при содействии мадемуазель Нелли, конечно. А региональный уровень будут проводить в основном в гимназии. Хотя их много, так что может не все.
— На область по физике пойдёшь? — Любопытствует встретивший меня на выходе директор. Его присутствие в классе, как нашего преподавателя, не приветствуется.
— Я ещё не прыгнул, а вы говорите «Гоп!», — упрекаю вышестоящего торопыгу.
— У меня просто сомнений никаких, — улыбается наш главный физик. — Как там Сергей?
— Сейчас выйдет, — выйдет мой главный конкурент, который обштопал меня в прошлом году по девятым классам. Есть еще один выпускник перспективный. В области не знаю, а город точно проскочит. Славься 8-ая школа своими физиками. К которым и я примыкаю.
Когда выходит Сергей Долгоруков, директор уводит нас в другой кабинет и вытряхивает из нас всё, что мы нарешали.
— Здесь у тебя ошибка, Серёж, — указывает стоящему у доски Долгорукову директор. — Центр тяжести падает со стандартным ускорением, а не стоит на месте.
Конкурент мой впадает во временную прострацию и через полминуты отмирает и вздыхает.
— У тебя как? — Директор поворачивается ко мне.
— Всё нормально у меня. Падает куда надо и как надо.
По итогу выясняется, что конкурент прокололся в одной задаче. Я — ни в одной. Посмотрим, что экспериментальный тур покажет, но пока обхожу своего соперника.
— Анатоль Иваныч, — начинаю серьёзный разговор, когда выходим из класса, — как там насчёт общих сборов?
— Вам на область организую, не вопрос, — рассказывает директор, пока мы идём по коридору, — в управление тоже обращался насчёт Всероссийской. Обещали подумать.
Настаиваю и буду настаивать на серьёзном спортивном подходе. Удивило меня крайне легкомысленное отношение нашей образовательной администрации к этому делу. Никто даже не задумывается о том, чтобы подготовить команду к важному заключительному этапу. Привезли, как дрова — выгрузили — погрузили — увезли, как дрова. Об акклиматизации и переходе на другой часовой режим никто не думает. Поэтому сибирские и дальневосточные команды так хиленько выступают. Все списывают результаты на столичные условия учёбы победителей, а слабо москвичей и питерцев вывезти в Красноярск, например? И варёными, в то время, когда они привыкли сладко спать, загнать в классы задачи решать? Поглядел бы я тогда на результаты. С большим и ехидным интересом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
19 декабря, время 12:15.
Школа.
Экспериментальный тур по физике меня по-хорошему разочаровал. В том смысле, что не вызвал никаких трудностей. Размышляю по пути в столовую. Вот пример:
https://www.5-tv.ru/news/219087/ucenye-dokazali-cto-korotkij-put-nesamyj-bystryj/?ysclid=lj78fozl52496974576
Задача о брахистохроне. Понятно, что все шарики в конце траектории будут иметь одинаковую скорость, ведь потенциальная энергия у всех в начале пути одинаковая. Если, конечно, шарики соскальзывают, а не скатываются и пренебречь трением, влияние которого тем больше, чем длиннее путь.
Но самую удачную траекторию не так просто вычислить. Кажется, это что-то из вариационного исчисления. И ещё здесь надо рассматривать функцию действия. Вроде. В школе её не проходят, да и я пока не разобрался. В фейнмановских лекциях читал… так что это задача никак не для школьников.
Отдаю талончик на раздаче, лишнего не беру, поэтому доплачивать не надо. Присаживаюсь за столик у окна с видом на пришкольную территорию, сейчас пустую, не считая строя сосен вдоль забора.
Школьная жизнь всё время меняется. Уроки стали по сорок минут, зато их количество увеличилось. Бывает и по семь уроков и по восемь. Хотя последнее — редкость. Обычно на восьмой урок приходится классный час или что-то совсем не страшное типа МХК или рисования.
Не успеваю съесть первое, как раздаётся звонок. И через пару минут в столовую хлещет поток ученичков. Приятно, очень приятно глядеть на всех со стороны. Замечательное чувство, когда выпал из общего озабоченного потока, — нас освободили от уроков на весь день, — осознавая, что ты в отличие от всех ничего не должен. Сейчас спокойно доем и домой пойду. Остальные обречены ещё на пару-тройку уроков.
Так, кажется, спокойно доесть мне не дадут. За стол усаживается пара одноклассниц. Разбитная Ира и скромная Света.
— Колчин! Ты почему сегодня отсутствуешь? — Конечно, спрашивает Ирина, Светланка, как обычно, молча поддерживает подружку улыбкой.
— Как почему? — Деловито отделяю очередной кусочек котлеты. — Я вашу честь защищаю, а вы тут с претензиями глупыми.
— Нашу честь? — Девочки переглядываются и начинают смеяться. Света почти беззвучно, зато Ира взахлеб. Она во всём классе главная хохотушка. Повезёт кому-то с женой.
— А как же? Городская олимпиада по физике. Я защищаю честь всей школы, так сам пан директор сказал. И нашего класса, нас ведь от школы трое. И вроде мой результат лучший. Из всех наших, — обстоятельно и рассудительно даю пояснения. Но они не сильно помогают, девочки всё равно смеются.
Настроение повышается. Совершаю открытие: для мужского уха одна из самых завлекательных мелодий — задорный девичий смех. Или женский, особенно если он с налётом игривости, как сейчас. Поэтому, закончив со вторым, компот стараюсь пить очень неторопливо.
В конце концов, девчонки успокаиваются и принимаются за обед. Но при этом как-то хитренько переглядываются. Боюсь что-либо говорить, Иринка может с набитым ртом фыркнуть и забрызгать весь стол и нас. Плавали — знаем. Такая реакция может последовать на что угодно. Даже если сейчас её грязно обругаю, потом, возможно, скуксится и заплачет, но сначала захохочет.
