— Капитан, — ледяным тоном произнес Бирт. — Не тебе решать, что достойно моего внимания, а что нет. Итак?
Дворянин побледнел от ярости под тихие смешки других благородных, но ему хватило выдержки не хамить своему командиру.
— Ничего не произошло, — буркнул он, злобно сверля Бирта взглядом. — В пехоте пропали два солдата, вроде как.
— И ты молчал об этом? — Сдерживать ярость было очень непросто, но генерал старался, сильно старался.
— У меня семь тысяч таких, подумаешь, сбежала парочка, не убудет.
Генерал поймал себя на мысли, что голова благороднейшего Китита прекрасно смотрелась бы на пике. Да что голова, этого порося неплохо бы нанизать на длинный острый вертел целиком. Воображение тотчас же нарисовало сладостную картину, но генерал усилием воли запретил себе думать о подобном. Пока. Война — она штука интересная, на ней всякое случается. Кто знает, что может приключиться с достопочтимым Саргилэном в ближайшие дни?
— У кого-нибудь еще пропали люди? — спокойным, слишком спокойным тоном поинтересовался генерал.
Больше идиотов не нашлось, что немного радовало.
— Генерал Тавриэн, — Ритон Ириулэн неторопливо отставил кружку с пивом. — Думаю, что все благородные люди, присутствующие в настоящий момент на собрании, в высшей степени заинтригованы твоей осторожностью. Нам всем будет чрезвычайно интересно узнать, в чем же ее причина твоей поразительной настороженности, ведь столь опытный полководец как ты не станет действовать, полагаясь, как любит говорить простонародье, на «авось». Не так ли?
Бирт смотрел на голубоглазого блондина со смешенным чувством восхищения и злости. Нет, умеет этот мерзавец завернуть! Тесное общение с эльфами не пошло Ритону на пользу — принц крови выражался так, что понять его без бутылки было тяжело. И, говоря по справедливости, с такими талантами он должен, просто обязан был родиться в Аблиссии — стране матери, — ходить под парусами, торговаться с купцами! Ну какой же он исирин? Вылитый аблиссец и нравом и лицом. Правда, злые языки поговаривают, будто принц за цветастыми фразами скрывает скудоумие… Так ведь многим и на такое мозгов не хватает!
Почему надменный племянник венценосца избрал военную карьеру, вместо того, чтобы пойти во флот, не знал никто. Все, вплоть до дара Дочери Вод, говорило за море, но принц поступил по-своему, как и всегда.
— Благодарю за хороший вопрос, благороднейший Ритон. — Бирт считал, что в разговоре с членом семьи венценосца, если хочешь встретить старость в собственном замке, а не в подземельях чужого, следует быть вежливым. — Причин несколько. Во-первых, про нынешнего Черного Властелина говорят, что он человек умный и не чуждый военному делу. В последнем мы с вами, стараниями солдат благороднейшего Китита, успели убедиться.
По залу легким ветерком пронеслись шепотки и смешки тысячников. Даже благословенный Этит с трудом скрыл улыбку.
— Так вот, — генерал откашлялся. — Мало бы кто сумел вывести людей из-под нашего носа столь четко и продуманно.
— Он знал, что мы нападем! — прокричал кто-то.
— Знал, и что? Важен лишь результат. Это подводит меня ко второму: если враг обладает столь опытной и подготовленной армией, пускай и небольшой, она может стать головной болью, причем серьезной.
— Генерал, — высокий сын потянул вверх руку, словно какой-нибудь школяр, — а почему ты считаешь, что враги сидят по лесам, вместо того, чтобы закрыться в Цитадели? Ведь у тебя нет доказательств этого.
— Как и у тебя, благословенный. Мы не знаем, где расположились основные силы, поэтому я предпочту не рисковать нашей армией, пока она на марше. Моя мысль, надеюсь, ясна?
Благороднейшие закивали.
— Хорошо, — подытожил генерал. — Именно поэтому все должны усилить бдительность. Поддерживать связь с сотнями, сошедшими с тракта, направьте больше разведчиков прочесывать окрестности.
Он надеялся, что этих доводов хватит, и не придется говорить самое неприятное, но, как назло, Ритон словно читал его мысли.
— Генерал, у меня возникло донельзя странное ощущение, что ты доводишь до нас не всю информацию. Не мне учить тебя, но доверие войск по отношению к командующему подразумевает под собой ответные действия аналогичного характера с его стороны.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Умник замолчал, вопросительно глядя на своего командира.
— Хорошо, — Бирт едва слышно скрипнул зубами. — Есть еще одно. В трупах наших солдат остались тяжелые арбалетные болты, и я могу сказать точно, что их сделали дварфы. Гонцы с доказательствами уже отправлены к его величеству, но, если коротышки решили поддержать Империю, мы должны утроить бдительность. Кто знает, кто еще протянет руку помощи черному недобитку.
А вот теперь бравых дворян проняло — на лицах доброй половины тысячников отразился неподдельный ужас. Ну, или, как раз, поддельный — высокое искусство лицемерия, позаимствованного у эльфов, было брошено в благодатную почву и начало уже давать всходы. В любом случае, встряска должна пойти командирам на пользу, и Бирт решил дать тем немного времени на отдых и раздумья.
— На этом наше собрание завершено, прошу всех вернуться к своим людям. То, что я сообщил должно храниться в строжайшем секрете, незачем нервировать солдат понапрасну. И вот еще что, благороднейший Ритон если вас не затруднит, задержись ненадолго.
Когда обеденный зал опустел, а оруженосцы унесли пустые тарелки и разлили по кубкам вино, Бирт решил, что можно поговорить с принцем по душам.
— Ваше высочество, у меня есть просьба, — проговорил командующий.
— Я исполню ее, если это будет в моих силах, генерал Тавриэн. Какая проблема гнетет твою душу?
Бирта очень подмывало сказать, что он уже составил целый список и не последнее место в нем занимают всякие чванливые умники выражающиеся, будто жрецы на теологическом диспуте.
— Я не скажу ничего нового. Попрошу лишь об одном — будьте предельно осторожны. Вам с четырьмя тысячами солдат предстоит перейти горы, чтобы добраться до Жемчужины Востока. Если мои опасения верны, вы можете попасть в ловушку.
— Какого рода?
— Любого. Начиная от обвала в горах и заканчивая армией лиоссцев.
— Последнее маловероятно. Насколько мне известно, халифат в настоящее время не существует, как единое государство, и мелким удельным правителям не под силу предоставить войско, достаточно сильное для того, чтобы представить угрозу моим вооруженным отрядам. А так называемый халиф, контролирующий примерно четверть или треть страны, слишком занят удержанием имеющегося, дабы ослаблять свою армию, отправляя большую ее часть на защиту Империи Тьмы.
— Все равно. Прошу — будьте готовы к любым неприятностям и в случае угрозы отведите людей.
— Ты готов нарушить приказ высокого сына? — В голосе Ириулэна проступило неподдельное удивление.
— Если понадобится — нарушу. Мне сейчас главное — захватить столицу. Закрепимся по эту сторону гор — выиграем войну. Поэтому солдаты мне важнее города, который все равно не получится удержать.
— Могу ли я считать твои слова приказом, направленным в мой адрес, генерал?
— Не можете. Должны.
— Приказ понял. — Принц крови поднялся. — Не волнуйся, генерал, в мои планы входило действовать аналогичным образом. Не желаю, чтобы мои благородные вассалы полегли в хитроумной засаде. А теперь прошу меня простить — дела, важные дела требуют моей незамедлительной реакции.
Бирт не стал его задерживать, и лишь когда дверь закрылась, генерал осознал смысл сказанного.
— Получается, его волнует только судьба дворян? — Бирт вздохнул. — Что ж будем надеяться, что пронесет.
Он потянулся — спать хотелось неимоверно, но до отдыха было также далеко, как и до дворца его величества.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})* * *
Китарион сжимал в руках сигнальный рог. Гвардейцы заняли позиции по обе стороны от дороги, укрывшись за деревьями и даже на них, и приготовились обрушить на врагов град стрел. Первая сотня, с которой он стоял на болоте — с одной стороны, вторая сотня, не успевшая еще проявить себя — с другой.
