Я ослепительно улыбнулся ей в ответ. Лернейская Гидра поджала хвост и заскулила еще пронзительней.
- Ну вы даете, миссис Брайс! - воскликнул я, вцепился в руку миссис Брайс и стал ее трясти с воодушевленным видом. - Я действительно люблю детективы!
Я не сомневался в том, что эта стерва упомянула Дэшила Хеммета потому, что была у меня в комнате, шарила среди вещей и натолкнулась там на зачитанный томик "Мальтийского сокола".
- Это вам духи рассказали?
- Да, - скромно потупившись, ответила миссис Брайс.
Сжимая ее руку, я почувствовал, как электропроводимость ее кожи повысилась, а пульс участился. Она врала.
Надо сказать, что мы с Льюисом настолько хорошо воспринимаем подобные проявления жизнедеятельности организма смертных, что детектор лжи по сравнению с нами - детская игрушка.
- Потрясающе! - воскликнул я, отпустив руку миссис Брайс. - Чрезвычайно интересно!.. Сейчас меня ждет друг, но нам с вами все равно надо бы об этом поболтать.
- Вы о светловолосом юноше? - многозначительным тоном спросила Картиманда Брайс. - Об этом необычном юноше?.. - Скажите, - негромко продолжала она, приблизившись ко мне почти вплотную, - а не является ли он последователем культа Аполлона?
Сначала я очень удивился, потому что Льюис действительно любит распространяться о своем античном происхождении, но потом до меня дошло, что именно имеет в виду миссис Брайс.
- Вы что, думаете, он гомик?
- Я бы сказала - поклонник голубой луны, - кивнув, поправила меня Картиманда.
Теперь я уже не сомневался в том, что именно она стащила сценарий и прочла двусмысленный автограф Рудольфа Валентино.
- Даже не знаю… - пробормотал я. - Все может быть, конечно… А что?
- Я вижу дух мужчины, который не обретет покоя, пока не вступит в контакт с вашим другом, - грудным голосом заявила миссис Брайс. - Дух мужчины со страстной душой, очень привязанной к мистеру Кенсингтону. Дух недавно почившего муж чины. Он прекрасен. Пылает, как огромный факел…
Теперь мне оставалось понять, зачем Картиманда Брайс стащила сценарий. Ясно было одно - она хочет использовать в своих целях Льюиса и имя Рудольфа Валентино. Может, решила произвести неизгладимое впечатление на кинозвезд, обнаружив с помощью "магии" сценарий, когда Льюис заявит о его пропаже?
- Что еще за дух мужчины? - спросил я. - Не знаю… Ладно. Скажу Льюису… Но вдруг ему будет неловко, что ли…
- Конечно, конечно!.. - с великодушием человека чуждого буржуазным предрассудкам воскликнула миссис Брайс. - Ничего ему пока не говорите. Пусть он побеседует со мной наедине, и я окажу ему огромную услугу.
- Договорились! - сказал я, подмигнул Картиманде Брайс, и мы разошлись по разным дорожкам.
Когда я нашел Льюиса, тот слонялся вокруг беседки под сенью кумкватов. Волосы у него стояли дыбом, галстук съехал набок, а глаза сияли, как пара прожекторов.
- Ну что у тебя с Гретой Гарбо? - спросил я и внезапно замолчал, разинув рот, потому что Льюис расправил плечи и торжественным тоном заявил:
- Извини, но это - не твое дело.
- Ох, ничего себе! - воскликнул я, питая слабую надежду на то, что Льюису с Гретой хватило ума хотя бы спрятаться от кинокамер.
- Однако, - с дурацкой ухмылкой продолжал Льюис, - мне удалось выяснить, что Грета Гарбо не брала сценарий.
- Да, - ответил я. - Его все-таки стащила Картиманда Брайс.
- Правда? - с трудом собираясь с мыслями, спросил Льюис. - Откуда ты знаешь?
- Мы только что беседовали, и она проговорилась, - объяснил я. - Она поступила, как все шарлатаны, - стала копаться в чужих вещах, чтобы разузнать об их владельцах такое, чего не могла бы иначе знать. Теперь она ввертывает в разговор эту информацию, заявляя, что получила ее от духов. Именно этим Картиманда и занималась, выскользнув во время сеанса из кинозала. А вместе с ней к нам прошмыгнула и ее проклятая собачонка.
- Какая гадость! - воскликнул Льюис - Ну, и как же нам заполучить сценарий обратно?
- Надо что-то придумать, - ответил я. - Но мне кажется, что Картиманда сама к тебе подвалит. Она очень хочет страстно поцеловать тебя от имени твоего покойного любовника Рудольфа Валентино. Очень прошу тебя не разочаровать старушку.
- Какая гадость! - поморщился Льюис.
- Какая разница, если это поможет нам вернуть сценарий? - пожал плечами я.
- Это тебе - никакой разницы! - взвился Льюис. - А мне приходится заботиться о репутации!
- Что тебе до репутации среди горстки смертных, которые через сотню лет все забудут? И вообще, уверен, что на службе у Компании тебе приходилось делать и не такое… Мне, например, приходилось!
- Что именно? - угрюмо спросил Льюис.
- Неважно! - ухмыльнулся я и зашагал прочь по дорожке.
Льюис запустил в меня персиком, но я увернулся и возник на сто метров дальше. В этот момент прозвучал гонг к обеду.
Не знаю, чем Льюис занимался до вечера. Скорее всего, прятался по темным углам. Я же отдыхал: вздремнул на солнышке, искупался в роскошном бассейне, кое-что почитал в библиотеке. Когда гости наконец собрались на коктейль, я чувствовал себя свеженьким, как огурчик, и готовым к тому, что мне предстояло совершить вечером.
Теперь, когда я больше не нервничал из-за Херста, все вокруг стало мне гораздо интересней.
Мы с Конни, Чарли и Лоренсом резались в карты. Сын Херста с подругой сели за рояль и стали что-то бренчать в четыре руки. Миссис Брайс ворвалась в зал, как ураган, решительным маневром зажала Карла Гейбла в угол и принялась рассказывать ему о его прошлых жизнях. Марион некоторое время переходила от одной группы гостей к другой, пока не заговорила с Джеком со студии "Парамаунт" о торговле недвижимостью. Херст спустился на своем лифте, и его тут же окружили редакторы, жаждавшие обсудить с ним некоторые деловые вопросы. Грета Гарбо припозднилась. Она вошла в зал, чему-то улыбаясь про себя, подошла ко второму роялю и стала рассеянно тыкать в клавиши пальцем.
Льюис бочком пробрался в зал в самый последний момент, когда все уже собрались проследовать на ужин. При этом он постарался сделать вид, что уже давно находится среди гостей, и его просто никто не замечал. Дамы двинулись ужинать первыми. Проходя мимо Льюиса, Грета Гарбо мимолетным движением взъерошила ему волосы, но не проронила ни слова.
Остальные, не исключая самого Херста, разинув рты, уставились на Льюиса, который гордо расправил плечи и последовал за дамами. Сегодня карточка с моим именем находилась по правую руку от прибора Херста, а Льюис сидел рядом со мной. Лучше и не придумаешь! Когда я шел к столу с полной яств тарелкой, у меня наверняка был такой же самодовольный вид, как у Льюиса. Впрочем, Картиманду Брайс тоже посадили на почетное место - по правую руку от Марион, - скорее всего, в качестве утешительного приза по случаю утраты Чучхе. На этот раз Лернейской Гидре разрешили забраться на колени к хозяйке. Собачонке хватило одного моего взгляда, чтобы вести себя тише воды и ниже травы, раскрывая пасть лишь для лакомых кусочков, которыми ее потчевала Картиманда, на протяжении всего обеда распространявшаяся о переселении душ. Иногда Марион подмигивала остальным гостям. Но лишь тогда, когда Херст на нее не смотрел. У него были очень строгие представления об учтивости по отношению к гостям, и он никогда не позволил бы смеяться у себя дома над Картимандой, какой бы шарлатанкой он ее ни считал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
