— Нет, не спокойна.
Она с удивлением обнаружила, что готова заплакать, и глубоко вздохнула.
— Брендан, на самом деле я не думаю, что он хотел затащить ее в постель. Они стояли обнявшись, когда я подошла. К тому же Дорис сказала мне, что это была ее идея поцеловать Томми «на сон грядущий».
— Ясно. — Он помолчал. — Знаешь, Ванесса, твоя сестра — молодая женщина. Со сколькими парнями ты целовалась в ее возрасте?
— Это не одно и то же.
Брендан не ответил, и его молчание было красноречивее любых слов.
— Ты понимаешь, что меня беспокоит, — сказала она расстроенно. — Ты знаешь Дорис, и ты знаешь, что она не способна понять многие вещи.
— Да, у тебя есть повод для беспокойства. Но, если честно, Ванесса, один поцелуй в вестибюле вряд ли может сильно ей повредить. У Дорис есть право на собственную жизнь. Право быть частью мира, со всеми его событиями и человеческими связями, как у тебя или у меня. И ты, я думаю, не можешь этого не осознавать.
Ванесса несколько успокоилась.
— Ты прав. — Она неслышно вздохнула. — Конечно же ты прав. Я просто не хочу, чтобы Дорис страдала. И я не хочу, чтобы кто-нибудь использовал ее.
— Я понимаю, — отозвался он мягко. — Тебе стоит поговорить с ней и, может быть, с тем молодым человеком — тоже. Возможно, он из ее оздоровительной группы.
— Похоже, так оно и есть. — Ванесса вздохнула и села на диван, положив ноги на соседнее кресло. — Знаешь, все это выбило меня из колеи. Я никогда не думала, что у меня возникнут подобные проблемы с Дорис.
Он хмыкнул.
— Но ведь ты сама учила ее быть независимой. Подыскала для нее работу, хотела, чтобы она была самостоятельной, чтобы не чувствовала себя не такой, как все… Совершенно естественно, что она хочет завести себе друзей.
— Друзей — я могу понять. Но парня? — прошептала Ванесса.
И снова Брендан хмыкнул.
— Все будет в порядке, — уверил он ее тихим, вкрадчивым голосом.
Ванесса закусила губу. С ней происходило то же, что и в телефонной будке. Ей снова нестерпимо захотелось, чтобы Брендан оказался рядом с ней, в этой темной гостиной, где никто не помешал бы им…
Стоп! У нее полно других проблем. Дорис повзрослела, и теперь ей будет все труднее контролировать сестру. Как она с этим справится?
— Думаешь, что все будет в порядке?
— Я знаю это.
Ванесса благодарно улыбнулась.
— Спасибо.
— Слушай, заезжай к нам как-нибудь…
Снова повисла пауза. Никто из них не хотел вешать трубку, хотя и говорить было больше не о чем.
— Ладно, заеду, — пообещала Ванесса. — Я думаю, нам пора прощаться. Уже поздно.
— Та права, — отозвался он. — И, Ванесса…
— Да?
— Я рад, что ты решилась рассказать мне об этом, — прошептал он.
Эти слова Брендана согрели ей душу, хотя, если честно, она предпочла бы любым разговорам один поцелуй — «на сон грядущий»…
7
Брендан затормозил возле дома Ванессы и поставил машину на противоположной стороне улицы.
— Скоро вернусь, — бросил он через плечо.
Кэтти даже не подняла глаз от книги — она перечитывала «Волшебника из страны Оз». А Люси взяла в руку лапку плюшевой гориллы, которую держала на коленях, и помахала ему.
— Давай скорей, пап, пока кто-нибудь другой не съел все тыквы.
— Там много тыкв, Люси, — успокоил он дочь. — И все ждут, когда ты приедешь.
Он дошел до домика Ванессы, постучал в дверь и вошел. Она должна была ждать его.
— Брендан, это ты? Я выйду через минуту! — крикнула Ванесса, высунувшись из ванной. Ее голова была на манер тюрбана обмотана цветастым полотенцем. — Дорис! — позвала она. — Брендан приехал. Собирайся, мы отправляемся выбирать тыкву.
Брендан посмотрел на часы. Полдень. Он сказал Ванессе, что будет у нее ровно в полдень, но она конечно же еще не готова. Непунктуальность всегда раздражала его. Как и неаккуратность.
Недовольно нахмурившись, он оглядел маленькую гостиную. Ученические тетрадки валялись на полу, лежали на диване и на стульях. Несколько оберток от конфет и две чашки с недопитым кофе «украшали» журнальный столик, а половина булочки — подлокотник кресла.
С тяжелым вздохом Брендан взял чашки и отнес их в кухню, где в мойке громоздилась гора грязной посуды.
Сегодня исполнился месяц — ровно месяц, с тех пор как они начали встречаться по-настоящему. А он по-прежнему не знал, как ему следует вести себя с ней. Ему действительно нравилась Ванесса. Девочки тоже очень любили ее и радовались, когда она приезжала. Она была такой рассудительной, милой и веселой. И она же являла собой стихийное бедствие. Он раньше даже не подозревал, что человек может быть настолько неорганизованным.
Брендан услышал гудение фена, доносящееся из ванной.
— Привет. — Дорис вошла в кухню. — Я буду ждать в машине, хорошо?
Брендан кивнул и вернулся в гостиную. Он был счастлив весь этот месяц. Ванесса наполнила его жизнь яркостью, которой он не знал уже давно — с того дня, как заболела его жена. Но теперь он начинал спрашивать себя, к чему все это может привести.
Он думал о Мэри и о ее письме. Мэри хотела, чтобы он женился на Ванессе.
Жениться на Ванессе? Брендан собрал тетради и сложил их стопкой на столе. Как можно жениться на женщине, которая способна уехать из дому, оставив в раковине немытую посуду? Он заглянул в прачечную и увидел сваленные на полу наволочки и простыни. Как можно жениться на Ванессе и жить с ней, если постоянно будешь спотыкаться о груды грязного белья?
Но тут ему вспомнились ее поцелуи. Они все еще были легкими и невинными — в темных коридорах или на тротуарах улиц — во время свиданий, на которых неизбежно присутствовал кто-нибудь из его детей. И, тем не менее, эти поцелуи заставляли его чувствовать, что он живет. Ее прикосновения, звук ее чувственного голоса — все это заставляло Брендана сознавать, что его жизнь состоит не только из повседневной рутины дома и на работе. Ванесса вновь позволила ему поверить, что он часть огромного многоцветного мира. И жизнь для него еще не закончилась. Он слишком долго жил для других, поставив крест на самом себе. Ванесса заставляла его испытывать любовь — иную, нежели он чувствовал к своим дочерям.
Брендан вновь вернулся в гостиную. Взял валявшуюся на спинке дивана ночную сорочку и собрался отнести ее в прачечную. А затем хорошо бы перемыть посуду в кухне, поскольку в противном случае она могла остаться там на неопределенное время.
— Эй, чем ты тут занимаешься Брендан?
Он оглянулся, держа в одной руке ночную сорочку, а в другой — половинку булки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
