всё закончилось. Ксинг обуздал свою ци и огляделся по сторонам, готовясь к новой схватке.
Но схватки не последовало. На изукрашенный помост одной из трибун вышла одинокая фигура мужчины в богатых расшитых голубыми драконами одеждах. У него была сильная ци, пусть и слабее любого из встреченных на арене мастеров. Но это означало лишь одно — он умел скрывать ци даже лучше самого Ксинга! Ксинг сразу понял, кто это — поэтому тут же опустился на колени.
— Что скажут почтенные мастера? — спросил Император.
Ксинг легонько повернул голову, не понимая, что происходит.
— Достоин! — кряхтя сказал мастер с гуань дао, поднимаясь на ноги и баюкая сломанную руку.
— Достоин! — подтвердил кулачный мастер, удерживая повреждённый бок.
— Достоин! — присоединился мастер мечей, не имея сил встать с земли.
Один за другим мастера высказывали своё мнение, подтверждая, что Ксинг достоин.
— Ты достоин, и этого достаточно! — сказал Император и, развернувшись, скрылся в глубинах помоста.
Вперёд на помост вышел богато одетый чиновник и провозгласил зычным голосом:
— Оценочный поединок закончен, и Сын Неба высказал свою волю. Ксинг Дуо признан достойным называться грандмастером ци, об этом будет объявлено по всей Империи! Также великий Владыка Подлунного Царства, Безупречный Правитель Тысячи Земель и Городов, Повелитель Дюжины Ветров, Сын Небесного Дракона взвесил поступки Ксинга Дуо и его вклад в оборону провинции Дулуньхай и нашёл их похвальными. Засим ему дарована личная аудиенция перед ликом Императора, где Ксинг Дуо получит причитающуюся награду. И состоится аудиенция ровно через месяц от сего дня. До тех пор Ксинг Дуо остаётся гостем Императора и занимает гостевые покои Нефритового Дворца. Трепещи, Ксинг Дуо! Впервые в истории Империи сия честь оказана простолюдину!
Ксинг искренне улыбнулся. Если честь оказана впервые, то даже мерзавец-учитель, тоже бывший простолюдином, её не удостаивался. Это значило пусть небольшую, но очень важную победу Ксинга! Первую из множества блистательных побед!
Дождавшись, когда чиновник удалится, Ксинг встал, развернулся и подошёл к мастерам. Пусть они пострадали и в поединке, но от его цепа, а значит, кому, как не Ксингу, их предстояло лечить?
☯☯☯
Несмотря на то, что Ксинг их едва не изувечил, что избил, почти не сдерживаясь, цепом, мастера не держали на него зла. А уж тем более, когда он прошёлся по раненым и, используя ци сердечного даньтяня, не только исцелил им раны, но и убрал одному из них застарелое повреждение колена (в которое когда-то в молодости, как рассказал мастер, попала стрела) — так и вообще стал чуть ли не родным внуком.
Несмотря на моложавый вид, мастера оказались стариками, самому молодому из которых (и лишь недавно ставшему грандмастером) исполнилось девять дюжин лет, а самый старый не помнил свой возраст и сам.
А затем все отправились назад, не используя никакие техники быстрого движения, а идя неспешно, заложив руки за спину. Ксингу, привыкшему не терять ни мгновения, было очень трудно поддерживать такой темп, ему хотелось сорваться с места и побежать. Он решил, что пусть это станет очередной тренировкой — тренировкой терпения. По дороге с арены во дворец, мастера осыпали Ксинга вопросами.
— Мастер Ксинг, для меня было честью сразиться с вами! — сказал кулачный мастер.
— Ну что вы, мастер Чжао, — поклонился в ответ Ксинг. — Это вы оказали мне честь поединком!
— Ваша школа очень необычна, — задумчиво сказал Чжао. — У кого из достопочтенных мастеров вы учились?
— Э-э-э, — стушевался Ксинг.
— Если не желаете говорить, то это ваше полное право!
— Да нет же, мастер Чжао! — попытался объяснить Ксинг. — Я не знаю его имени. Он велел называть его просто «учителем».
— Ну разумеется! — улыбнулся Чжао. — Не думайте, что это что-то необычное. Скрытый эксперт, отшельник, удалившийся от мирских соблазнов, чтобы медитировать вдали от суетного мира и посвятить свою жизнь совершенствованию боевого искусства и техник ци!
Ксинг скривился, вспомнив «отшельника», который не только постоянно лапал матушку Лихуа, так ещё и удалялся от мирских соблазнов, сжирая все блюда, которые матушка пыталась передать Ханю, чтобы спасти того от голодной смерти.
— Мастер Чжао упускает очень важный и довольно очевидный момент, — вмешался в разговор мастер Шицзян, самый старший из грандмастеров. — А именно полное имя мастера Ксинга.
— Разве, — удивился Чжао. Он на мгновение задумался, а затем его лицо озарила улыбка. — Дуо! Ну конечно же! Я должен был догадаться и сам. Ну тогда неудивительно, что ученик столь великого человека стал той самой молодой порослью, которая, окрепнув и пустившись в рост, затмила нас, стариков!
Ксинг скривился. Он не мог понять, причём здесь Дуоцзя и каким образом Чжао и Шицзян догадались, что его учил негодяй-учитель, но то, что этого подонка называли «великим» очень бесило. Он злился не на мастеров, а на себя — сравнение с мерзавцем ещё раз показало, какой длинный путь ему ещё предстоит пройти.
☯☯☯
Когда-то Хань Нао мечтал оказаться в Нефритовом Дворце, побывать среди аристократии, познакомиться с наследниками других домов, встретить важнейших чиновников Империи и мастеров ци. Генерал Гуанг Нао, считая сына позором семьи, в столицу его не брал, «чтобы не ронять репутацию рода Нао ещё ниже». Хань очень злился на отца и считал, что когда-нибудь настанет день, когда ему выпадет возможность блистать среди высшего общества.
И теперь словно какой-то злой демон исполнил его желание, но в совершенно извращённом, вывернутом наизнанку виде.
Ксинг действительно попал во дворец. Он беседовал с наследниками, многие из которых были его старше, с чиновниками и мастерами. Он лакомился блюдами дворцовой кухни, найдя их очень неплохими, но ничуть не лучше собственноручно приготовленных или блюд мастера Бохая. В своём костюме из кожи саламандры он выделялся, словно дикий волк из разноцветной собачьей своры, но переодеться в шелка так и не потрудился, несмотря на увещевания слуг. Похоже, грандмастеру ци прощались и не такие вольности, так что остальные лишь бросали странные взгляды, но никто ничего не сказал.
Единственное, что доставляло удовольствие — это общение с мастерами и грандмастерами ци. Увы, Ксинг ещё раз убедился, что в Империи многое приходит в упадок, и эта участь не избежала даже боевые искусства. Ксинг услышал несколько описаний техник, а также результатов их действия, выяснилось, что они тратят непомерно много ци, принося лишь скромный результат. Ксинг было расстроился, но потом воспрял духом — как бы ни открыты были мастера, но никто не стал бы делиться настоящей секретной техникой с почти что полным незнакомцем! Ещё мастера говорили, что ци можно пробудить только после первой дюжины лет — но в этом тоже не было ни малейшего смысла, ведь сам Ксинг
