– «Лягушка, на лугу увидевши Вола, затеяла сама в дородстве с ним сравняться: она завистлива была. И ну топорщиться, пыхтеть и надуваться. “Смотри-ка, квакушка, что, буду ль я с него?” – подруге говорит. – “Нет, кумушка, далеко!”»… А что такое «квакушка»[196]? – спросил Ти-Поль, поднимая глаза от тетради.
– То же самое, что и «лягушка».
– А почему тогда Лафонтен не написал «лягушка»?
Жюстина вздохнула, она явно начинала терять терпение. Ти-Поль покосился на сестру, которая с обреченным видом сидела перед клавесином. Изабель перестала играть с тех самых пор, как армия Мюррея ушла из города.
– Иза! Давай ты будешь читать за лягушку, а я – за вола? Намного веселее разыгрывать басню по ролям, чем просто читать!
– В другой раз, Ти-Поль.
Она слабо улыбнулась брату, прекрасно понимая, что мальчик хотел хоть немного ее развлечь. Он видел, что сестра тоскует, но, разумеется, не знал истинной причины.
Лунный свет проникал сквозь занавеси в спальне Ти-Поля. Изабель закрыла книгу и положила ее на прикроватный столик. С тех пор как мать начала вскоре после ужина запираться в своей комнате, это стало традицией – читать брату перед сном басню Лафонтена. Изабель подоткнула одеяло и поцеловала мальчика в щеку.
– Скоро ты станешь совсем взрослым, Ти-Поль, и я уже не смогу тебя вот так целовать… Да и самому тебе будет хотеться не сестринских поцелуев, а девичьих…
– Чтобы какие-то чужие девчонки меня целовали? Фу!
Они дружно рассмеялись. После недолгой паузы Ти-Поль заглянул ей в глаза и спросил:
– Ты его любишь, своего англичанина?
– Он не англичанин, Ти-Поль.
– Но он говорит по-английски и воюет под британским флагом, верно? В чем же тогда разница?
– Разница есть. Он – шотландец. Смотри, ты говоришь по-французски, а твои братья сражаются под французским флагом, но это не делает французами ни их, ни тебя.
– Ну… А разве мы – не французские подданные?
– Подданные французского короля – да, хоть ему и все равно, живы мы или умерли! Мы, Ти-Поль, – канадцы, всегда это помни! И будет над нами французский король или английский, мы всегда останемся канадцами. Так и с Александером. Теперь ты понял?
– Думаешь, он вернется? Мне кажется, он тебя сильно любит.
– Да, он меня любит. И я каждый вечер молю Господа, чтобы он вернулся живым и невредимым.
– Мамзель Иза! Если уж не хотите играть, так идите и помогите мне!
Перрена позвала ее чуть не через весь дом, чем сильно рассердила Жюстину, которая как раз читала с Ти-Полем его урок. Неприятный, почти тошнотворный запах добрался и до гостиной – сегодня был день большой стирки. Перрена с Сидонией кипятили белье и грязную одежду в огромном чане, добавив в воду едкого натра.
– Ну же, мамзель Иза! Нужно хоть немного шевелиться! Бледность вам совсем не к лицу. А ведь сегодня снова явится тот красавчик нотариус!
Словно ужаленная, Изабель вздрогнула и посмотрела на мать. Пока Ти-Поль читал вслух, Жюстина краем глаза наблюдала за дочерью и не удивилась, когда та вскочила и подбежала к столу.
– Мама, я ведь сказала: настаивать бесполезно! Я не выйду замуж за этого человека. Я его не люблю и…
– Довольно!
Жюстина поднялась со стула и повернулась к младшему сыну:
– На сегодня вы свободны, Ти-Поль! Можете пойти поиграть на улице. Перрена, Сидония! Отправляйтесь на рынок. Нужно купить что-нибудь к ужину. За бельем я присмотрю.
Словно мышки, напуганные огромным разозленным котом, домочадцы поспешили убраться из дома. Изабель осталась наедине с матерью.
Жюстина подошла к камину, в котором не горел огонь, и положила руки на спинку кресла, в котором любил отдыхать ее покойный супруг. Мысленно она просила у Шарля-Юбера прощения за то, что намеревалась сделать. Но ситуация не оставила ей выбора. Ей придется нарушить данное обещание разрешить Изабель выйти замуж по любви! Было нечто, что сердило Жюстину даже больше того факта, что избранником Изабель стал англичанин. Ее дочь имела наглость предположить, что она, Жюстина, глупа и не видит ничего дальше своего носа! Разумеется, от ее взгляда не укрылись распущенный вопреки обыкновению корсет и новая привычка носить шаль даже в самую жаркую погоду. Да и по городу уже поползли мерзкие сплетни… Нет, пришла пора положить конец этой интрижке, грозившей обернуться настоящей катастрофой. Солдаты ведь не знают, что такое порядочность… Ей это известно лучше, чем кому-либо. Вонзив ногти в потертую кожаную обивку, она закрыла глаза.
– Вы выйдете замуж за мсье Ларю. Я так решила.
– Вы не можете меня принудить! – запинаясь, вымолвила Изабель, которую ошеломила холодная решимость матери. – Я люблю другого.
– Мне это известно. Его зовут Александер Макдональд, и он служит в хайлендском полку. Вместе с армией Мюррея он отправился в Монреаль, чтобы уничтожить то, что осталось от нашей родины.
Изабель показалось, что земля уходит у нее из-под ног.
– Вы знаете? – прошептала она, бледнея. – И все время молчали?
Жюстина медленно повернулась, и они оказались лицом к лицу. Она посмотрела в глаза дочери.
– Да, и мне стыдно признаваться, потому что в том, что вы оказались в столь… прискорбном положении, есть часть моей вины. Я узнала, что вы встречаетесь с этим солдатом, много месяцев назад, но ничего не сделала, дабы помешать вам. Смерть вашего отца так огорчила меня, что все остальное перестало волновать. Но теперь с отчаянием покончено. Я не могу допустить, чтобы эта история зашла слишком далеко, и не позволю, чтобы вы продолжали компрометировать себя связью с этим англичанином. Он и ему подобные – не пара для девушки из хорошей семьи, каковой вы являетесь. К тому же, как я уже вам говорила, в браке можно обойтись и без любви. Со временем вы научитесь уважать вашего супруга.
– Любовь! – вскричала Изабель, белея от гнева. – Что вы знаете о любви? Вы когда-нибудь хоть кого-нибудь любили, матушка?
Реплика дочери уязвила Жюстину горше, чем пощечина. Она поморщилась, но едкий ответ оставила при себе и только глубоко вздохнула. Что ж, если придется прибегнуть к жестким методам, она это сделает.
– Мсье Ларю – человек достойный, уважаемый в обществе. Он не богат, но сумеет обеспечить вас всем необходимым. Принадлежащие ему угодья в районе реки Святой Анны не пострадали от англичан, к тому же у него имеется дом в Монреале.
– Он не захочет жениться, когда узнает, что…
– В вашем положении, – перебила девушку Жюстина, – лучшего желать не приходится. Пьеру Ларю все известно, и он согласен на вас жениться, что доказывает искренность его чувств. Не стоит забывать и о том, что после смерти моего супруга семья оказалась в весьма уязвимом положении и без достойного приданого ваши шансы сделать выгодную партию равны нулю!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
