— Дело и в том, и в другом, — наконец, буркнул он. — Вся наша морская работа, это как доска, на борту лежащая. С одной стороны — деньги, с другой — опасения. Что перевесит, тому и быть. Скажем, за… полсотни вот таких золотых кругляшек я бы оставил свои опасения при себе. И ещё хотя бы по одной монетке надо моим парням дать, а их у меня сейчас три десятка. Вот и считай… ты же орденская ученица, счёту обучена?
Альта бросила тоскливый взгляд на кошель, сейчас показавшийся ей жалким и тощим. Да и на что она могла рассчитывать?
— А ты высоко ценишь свои услуги, капитан, — раздался у ней за спиной знакомый голос.
Словно ужаленная, она вскочила с табурета и изобразила свой традиционно не слишком изящный поклон.
— Господин арГеммит…
— Сядь, девочка, сядь. Да и я присяду, вы ведь не станете возражать, капитан? Встречаться нам не приходилось, но слышал я о вас многое. Не только хорошее, признаю, но ваши дела с контрабандой хоть и вызывают закономерное раздражение в Ордене, пока не рассматриваются как прямая угроза Инталии.
— Вот оно как, — хмыкнул Ублар Хай, явно не испытывая желания склониться в глубоком поклоне, — сам Вершитель… надо же, честь какая. Уж не по вашему ли наущению эта юная красотка хочет выйти в море?
— Эта юная красотка, — вздохнул арГеммит, — явно желает отведать розог. К сожалению, её нежный зад находится во власти небезызвестной вам Таши Рейвен, хотя, видит Эмиал, небольшая порка здесь не помешала бы. Но увы, капитан, не всё, что мы полагаем правильным, обязательно реализуется. Кстати, здесь подают приличное вино, или одну лишь кислятину, запах которой идет из этого кувшина?
— Хозяин уверял, что это — лучшее из того, что нашлось в его погребе.
— Весьма печально. Ладно, давайте вернемся к разговору, начатому этой несносной особой. Мне не удалось услышать вашей беседы полностью…
— Вы… вы подслушивали? — Альта уставилась на Вершителя с таким изумлением, словно тот совершил нечто совершенно недопустимое.
— Подслушивал, — ухмыльнулся Метиус. — Хочу отдать должное уважаемому капитану, не поверившему твоему рассказу. И я бы не поверил. Искусство достоверной лжи, девочка моя, требует, как минимум, постоянной практики. Со временем ты научишься… большинство женщины успешно осваивают это дело, кто-то становится мастером, кто-то не продвигается дальше адепта. Правда, бывают и исключения — скажем, леди Рейвен, при всём моём к ней уважении, так и осталась ученицей. Прямой, как её шпага…
Он повернулся к капитану, снова принюхался к запахам, идущим от наполовину пустого кувшина, поморщился.
— Так вот, капитан, я тут поразмыслил и решил, что ваши условия меня устраивают. Более того, я склонен округлить запрошенную вами сумму до сотни золотых солнц, правда, и количество пассажиров на борту «Урагана» при этом существенно вырастет.
— Э… я, конечно, польщен, лорд Вершитель, что вы обо мне слышали и строите в отношении меня какие-то… — Хай явно собирался вставить что-то из своих излюбленных нелицеприятных эпитетов, но воздержался, — …планы, но я ведь ещё не дал согласия.
— А оно не требуется, — сообщил ему арГеммит, как обычно, мягко и негромко, но теперь в голосе чувствовался лёд. — Простите за некоторое многословие, но я хотел бы, чтобы все, здесь присутствующие, до конца уяснили ситуацию. Во-первых, капитан, вы назвали цену, а я её принял. Насколько мне известно, что в Инталии, что в любой другой стране это принято именовать заключённой сделкой. Иначе не стоило погружать девушку в таинство счёта. Во-вторых… видите ли, капитан Хай, несмотря на разного рода мелкие недоразумения с контрабандой, вы всё ещё желанный гость в портах Инталии. Ваш «Ураган» не подвергают пристальному досмотру, как поступают, скажем, с имперскими торговыми кораблями. Но такое благоприятное для вас положение может измениться, надеюсь, вы это понимаете?
Он дождался вымученного кивка Хая, затем продолжил:
— Очевидно, я мог бы послать орденский корабль. Но инталийские фрегаты хоть и сильны, но не столь быстры, как «Ураган». А сила сейчас — не главное, куда важнее, чтобы это самое «очень важное письмо» было доставлено как можно быстрее.
— Всё-таки, малышка действовала по вашему наущению… — мрачно заметил капитан.
— Представьте себе, нет. Её появление здесь — случайность, которую я не предусмотрел, хотя и мог. Но предложение, которое сделала вам эта юная особа, намеревался сделать я. Она шла к вам с надеждой, капитан, а я — с уверенностью. В отличие от Альты, я не сомневался в том, что вы примете правильное решение. Единственно правильное.
— Вы не оставляете мне выбора.
Ни в голосе, ни во взгляде капитана не было ненависти. Тоска — возможно, горечь — пожалуй. Но это были эмоции человека, проигравшего заведомо более сильному противнику, пусть, по каким-то своим соображениям, и решившему воспользоваться мечеными костями. Ублар Хай понимал, что если Орден пожелает, то «Ураган» будет попросту конфискован, под соответствующим благовидным предлогом. Как бы там ни было, его действия в последние пару десятков лет нельзя было назвать ни абсолютно богоугодными, ни полностью законными. Пожелай он оказать сопротивление — кто знает, какие бумаги могут ему продемонстрировать, какие обвинения предъявить. Контрабанда в Инталии не каралась ни петлёй, ни очищающим костром, но вот имущество… В конце концов, арГеммит поступил в некотором смысле порядочно, согласившись заплатить за опасный рейс сумму, которую на честной торговле капитану не выручить и за полгода.
— У вас есть выбор, капитан. Вы можете просто выполнить поручение и взять деньги. А можете проявить особое старание, получив и золото, и моё уважение. Третьего, извините, не дано.
Хай выплеснул остатки вина из кувшина в кружку, выхлебал всё, не переводя дыхания, и поинтересовался:
— Когда ваши люди прибудут на корабль?
— Они уже на борту, капитан. И команда в сборе. Ждут только вас, — Метиус поймал умоляющий взгляд Альты и, тяжело вздохнув, нехотя добавил: — И эту очень непослушную девицу.
Выбраться на палубу Таше удалось лишь к утру. Напиток, приготовленный Альтой, неплохо восстанавливал силы, но тело нуждалось не только в лечении, но и в самом обыкновенном отдыхе — а потому девушка, не посвящая наставницу в излишние, по своему мнению, подробности, добавила в отвар травы, навевающие сон. Может, Таша и поняла, что намешано в кружке, но спорить не стала.
Проснулась она от скрипа двери — в каюту влетела её воспитанница.
— Леди Рейвен, подходит эскадра. Вы попробуете подняться? Я постаралась привести в порядок вашу одежду… но не уверена, что хорошо получилось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
