я понимаю, что дедушка был абсолютно прав. Он много раз говорил, что я всегда смогу попытаться восстановить свое доброе имя и дать людям понять, что они верили лжи. А еще я могу запросто засудить МакКлайфа и потребовать с него моральный ущерб. Мне это под силу. И я обязательно займусь этим вопросом, когда придет время.
— Вот и подумай об этом, — мягко советует Алисия. — Но для начала хорошенько отдохни и наберись сил. А уже потом будешь думать, что делать с этим типом.
— Я уже знаю, что буду делать.
— Что ж, ну раз ты уже готова, то можешь вернуться в Америку и сделать задуманное.
— Что? — широко распахивает глаза Ракель. — Вернуться в Америку?
— Да.
— Неужели вы хотите, чтобы я уехала отсюда? Разве я вам уже надоела? Вы больше не хотите принимать меня у себя?
— Конечно, нет, солнышко! — возражает Алисия. — Ты что! Как ты можешь такое говорить?
— Но вы же хотите, чтобы я уехала.
— Я имела в виду, что ты можешь сделать это, когда будешь готова. А если ты не готова, то оставайся здесь сколько захочешь.
— Тетя Алисия… — слегка хмурится Ракель, подумав, что Алисия будто бы намеренно хочет убедить ее вернуться в Соединенные Штаты.
— Хотя лично я считаю, что чем скорее ты исправишь ситуацию, тем будет лучше. Не стоит откладывать это дело в долгий ящик, если ты не хочешь, чтобы люди уж точно поверили тому анониму.
— Вы как будто хотите, чтобы я поскорее уехала отсюда.
— Нет, Ракель, я тебя не прогоняю.
— Но тогда почему вы вдруг заговорили об этом?
— Я просто хочу сказать, что ты рано или поздно должна будешь решить эту проблему.
— Разумеется, я решу ее, когда придет время.
— Да, это может быть очень сложно, но если ты так хочешь вернуть доверие поклонников и свое доброе имя, то надо начать действовать как можно раньше.
— А как же вы? — недоумевает Ракель. — Что вы будете делать?
— Что-нибудь придумаю. Не беспокойся за меня.
— Но я ведь хочу помочь вам. Я не смогу быть спокойной, зная, что вас что-то беспокоит! Зная, что кто-то вам угрожает!
— Это уже мои проблемы, которые должна решать я сама.
— Клянусь, тетя, если у меня будет хоть какой-то шанс покончить с этой историей, то я обязательно им воспользуюсь. Все это не будет длиться вечно, я вам обещаю.
— Ах, Ракель… — с грустью во взгляде вздыхает Алисия и мягко гладит Ракель по щеке. — В кого же ты такая упрямая? Скажи мне, пожалуйста!
— Я просто хочу, чтобы у вас все было хорошо, — скромно улыбается Ракель.
— Конечно, твоя мама тоже была упрямая, и ее было невозможно от чего-либо отговорить. Но ты что-то обогнала ее и выросла еще более упрямой, чем она.
Ракель ничего не говорит и просто скромно смеется. А затем она заключает Алисию в дружеские объятия, которые та охотно принимает, с тревогой в душе задумавшись о чем-то не очень хорошем.
— Все будет хорошо, я вам обещаю, — уверенно обещает Ракель, отстраняется от Алисии и с легкой улыбкой мягко берет ее за руки. — Просто верьте в меня, и я сделаю все, чтобы помочь вам.
— Не стоит, радость моя, — натянуто улыбается Алисия. — Не вмешивайся в дело, которое тебя не касается. Не дай бог, Эва захочет что-нибудь с тобой сделать, если узнает, что ты пытаешься как-то помочь мне.
— Не беспокойтесь, я умею за себя постоять. А ради вашего блага я пойду на любую жертву. На все, лишь бы знать, что с вами все в порядке.
Алисия ничего не говорит и лишь тяжело вздыхает.
— Ладно, я пойду пока приму душ и немного почитаю, — задумчиво говорит Ракель. — Поговорим позже…
Ракель разворачивается и довольно быстрым шагом направляется к себе в комнату, задумавшись над тем, что услышала от своей тети. А проводив девушку вопросительным взглядом, Алисия слегка хмурится и спрашивает себя, почему ее племянница ведет себя так странно.
— Какая-то она странная, — тихо, задумчиво отмечает Алисия, поглаживая подбородок. — Что это на нее нашло? Она ведет себя так, будто знает что-то, чего не знаю я.
Алисия тяжело вздыхает.
— Боже, меня так пугает то, что она так упорно хочет решить мои проблемы, — признается Алисия и прикладывает руку к сердцу. — Почему моя девочка не хочет слушать меня? Почему не хочет делать то, что я ей говорю?
Алисия на несколько секунд о чем-то призадумывается, медленно подходит к окну и с грустью во взгляде смотрит в него, обняв себя руками.
— В любом случае я должна любым способом отговорить ее вмешиваться в мои дела, — говорит себе под нос Алисия. — Ведь если она докопается до той ужасной правды, которую мне приходиться скрывать уже очень много лет, то я боюсь представить, что может случиться.
Алисия нервно сглатывает.
— Не дай бог моя девочка узнает, каких дел натворила ее тетя в прошлом, — слегка дрожащим голосом добавляет Алисия. — Ракель будет стыдиться меня, если она узнает, что шестнадцать лет назад я убила человека и едва не села за решетку. Нет-нет, я этого не допущу. Сделаю все, чтобы она никогда не узнала об этом. Чтобы ее дедушка не узнал правду. Если они как-то узнают, что я убила человека, то они оба отвернутся от меня. Начнут презирать. И я больше никогда не увижу свою племянницу. Она больше не захочет ко мне приезжать. Да и мистер Кэмерон не позволит ей. Я в этом уверена.
Алисия тяжело вздыхает.
— Поэтому я ни за что не признаюсь в том, что сделала, — добавляет Алисия. — И ради сокрытия правды я готова пойти на все. Даже насильно отправить свою племянницу домой. До Рождества… И думаю, что я так и сделаю. Я сделаю все, чтобы убедить ее вернуться в Штаты. А иначе Ракель узнает о моем грехе, который я до сих пор замаливаю… За который мне ужасно стыдно… За который Бог до сих пор меня не простил. За который Он до сих пор меня карает. Даже если прошло очень много лет.
Алисия снимает очки и с тяжелым вздохом пережимает переносицу, даже не догадываясь о том, что Ракель уже знает страшную тайну своей родственницы. Знает всю правду насчет темного прошлого своей тетушки, связанного с убийством человека. Женщина понимает, что если Эва Вудхам все-таки доберется до девушки, то та может рассказать ей всю правду о том случае. И поэтому она еще больше убеждается в своем желании отправить свою племянницу в Штаты. Сделать все, чтобы не позволить кому-либо узнать о ее страшной
