молодому ученому было наплевать на свой нынешний статус.
Перед его мысленным взором до сих пор стояло слегка размытое, но вполне узнаваемое изображение и отрывок из текста, написанного на древнем языке. Теперь стало понятно, что его отец черпал информацию совсем из других источников, потому что прочитанное Себастьяном разительно отличалось от того, что когда-то говорил ему Анри Лангвад о его грядущем Предназначении. Дверь, о которой шла речь в тексте вела вовсе не к долгожданному величию, как считал его отец, а к полной катастрофе…
На рассвете Себастьяна разбудили облаченные в боевую броню десантники. Ему так и не удалось отдохнуть этой ночью, но он безропотно поднялся, потому что неизвестность мучила сильнее, чем усталость. Николас дожидался его в коридоре. Он коротко кивнул, сумев вложить в один жест и приветствие, и сообщение. Каким-то мистическим образом кузены научились понимать друг друга практически без слов, и это оказалось очень кстати, потому что им разрешили видеться только на совещаниях.
А вот адмирал Бран вместо приветствия сразу перешел в наступление.
— Мессир Лангвад, я сделал все в точности, как мы договаривались. Теперь вы готовы сотрудничать?
Себастьян не к месту подумал, что для раннего часа они все одеты слишком нарядно, но во дворце так было принято. Каждый человек, независимо от его звания и должности, должен был выглядеть соответственно на случай, если вдруг попадется на глаза вдовствующей Императрице. Кэтрин требовала от всех строгого соблюдения этикета.
— Да, ваша милость.
На секретную утреннюю сходку были допущены брат и сестра Корвел, майор Кроу и Николас в качестве адвоката. В отличие от судебного заседания, здесь у Холдера не было права голоса, он являлся только свидетелем событий. Их оппонентов на другой стороне длинного пластикового стола тоже было четверо, не считая адмирала, который сидел во главе стола. После долгой, напряженной паузы командующий поднял голову и оглядел присутствующих.
— Мессир Лангвад, всего пара десятков человек в Империи знают об истинном положении вещей. Вы уверены, что нам здесь так необходимо присутствие посторонних?
— Они не посторонние, ваша милость, как раз напротив. Эти люди единственные, кто сможет вам помочь.
— Это спорное утверждение, потому что проблема касается непосредственно вас. Именно ваши данные указаны в найденных нами листах.
Себастьян провел пятерней по волосам, приведя их в полный беспорядок. Теперь, когда Анна и Ксан снова были рядом, он чувствовал себя значительно увереннее.
— Не все так очевидно, адмирал. Генная карта в найденном вами тексте вовсе не моя, — он перевел взгляд на неприметного человека, который сидел напротив, уставившись в крышку стола, — не так ли, профессор Биллер? Вы отлично знаете, что это отпечаток родовой принадлежности Кингсли, а я — всего лишь его грубая копия, генетический конструкт, который имеет множество отклонений от оригинала. Это легко проверить, скажите им, Эдмон! — в комнате повисла тяжелая тишина, а Биллер еще ниже опустил голову. — Нет ничего проще, чем сравнить оба отпечатка, — не сдавался Себастьян, — ведь вам известно, на чем была основана безумная идея моего отца. Чтобы избежать роковой ошибки, вы должны, прежде всего, обратиться к Люциану Кингсли. В конце концов, защита Империи — его прямой долг!
Профессор медицины, который был личным врачом Императорской семьи, по-прежнему хранил молчание, молчали присутствующие на совещании сенатор Дориак и советник Таллент. Адмирал тоже неожиданно притих.
— Не трать порох, Ботаник, они тебе не ответят, — Юджин, который уже обо всем догадался, пожалел молодого ученого и решил вмешаться. — Беда в том, что сегодня ты единственный на пяти планетах, чьи гены ближе всех к Императорским.
Потребовалась целая минута, чтобы до Себастьяна дошел смысл этого высказывания.
— Силы небесные!
Пока Лангвад переваривал неожиданную информацию, майор Кроу обратился к адмиралу.
— Простите, сэр, а почему дворцовыми делами занимается флот, а не армия?
Надо отдать должное командующему, он спокойно удовлетворил любопытство иноземца.
— Потому, что на планетах Империи нет наземных вооруженных сил. Именно флот обеспечивает безопасность правящей семьи, а точнее, его штурмовые подразделения под командованием полковника Гатлина.
Сидящий через стол офицер с коротким ежиком абсолютно белых волос коротко кивнул майору.
— Я понимаю, что тема очень деликатная, сэр, но с нашей стороны утечки информации не будет. Мы не хотим вмешиваться во внутренние дела Империи, перед нами стоит совершенно другая задача.
— И какая же?
— Поддержать меня и мою семью, адмирал, а вернее то, что от нее осталось, — Себастьян был голоден и очень зол, а еще ему хотелось, чтобы весь этот кошмар поскорее закончился. — Вам удалось найти женщину, чья генная карта обозначена в тексте?
Было заметно, что Брана удивила его осведомленность, но он не стал уходить от ответа.
— Да, мы ее нашли, она прибудет на Абсалон завтра утром.
— Вы, кажется, говорили о найденных листах, — тихий голос с мягким иноземным акцентом заставил адмирала обратить внимание на единственную женщину за столом. — Можем мы на них взглянуть?
Бран до сих пор не понимал, зачем Лангвад настоял на присутствии своей невесты и ее брата. Молчаливые молодые люди сильно смущали адмирала, в них чувствовалось что-то загадочное, неуловимое, с чем ему раньше сталкиваться не приходилось. И уже полной неожиданностью для командующего Имперским флотом оказалось то неизгладимое впечатление, которое на него произвела зеленоглазая красавица в легком, воздушном платье.
Филипп Бран не был убежденным женоненавистником, просто считал неуместным заводить семью, так как большую часть времени находился бы вдали от нее. Он посвятил свою жизнь космосу и ни разу об этом не пожалел. Тем более странной была его мгновенная реакция на чужую невесту, а самое неприятное заключалось в том, что девушка это почувствовала. Она посмотрела на адмирала через стол, и он внезапно ощутил прилив крови к тем органам, которые обычно не вмешивались в его работу.
— Я не думаю, что вы сможете их
