высокими заборами – вполне подходящее место. Кроме того, богатый и влиятельный человек имеет много способов заставить случайного свидетеля замолчать. И еще эта связь с приютами… – Эллис вздохнул и откинулся на спинку кресла. – Я думал, что, возможно, убийца как-то связан с благотворительными организациями. Он ведь должен вызывать доверие у детей, причем безусловное.
Вспомнив, как меня приняли дети из приюта Святого Кира Эйвонского, я только плечами пожала:
– Не представляю, чтобы Бриджит, скажем, ушла с… с… да хотя бы и с тем же герцогом Саффолком и его супругой. Дети настолько недоверчивы!
Эллис с Лайзо обменялись загадочными взглядами, и почти одновременно расхохотались:
– О, да, с этими Саффолками был цирк, – сказал Эллис, отсмеявшись. – Они хотели трогательную фотографию с детишками, а Лиам корчит такие потешные рожи… Обхохочешься. Фотограф весь извелся, пока не выдрессировал несчастных детишек. Впрочем, речь не об этом, – оборвал он себя. – Я уже какие только версии не перебрал, даже на священника подумал… Не отца Александра, разумеется. Но человек в монашеском одеянии, к примеру, вызывает гораздо меньше подозрений, чем работяга с завода. И благотворители, если они заходят регулярно, тоже становятся желанными гостями… Но все равно, рано или поздно похищенный ребенок поймет, что добра ему вовсе не желают. И попытается сбежать. Детей не били, не одурманивали наркотиками – значит, просто содержали в таком месте, откуда сложно выбраться. Поэтому я думал о состоятельных людях, имеющих собственные особняки. Однако если у преступника есть логово под землей, да еще с выходом в туннели метро – это разрешает все неувязки. И круг подозреваемых становится действительно широким. Тут вам и группа лиц, действующих по предварительному сговору, и та же секта, и одинокий безумец из бедняцких кварталов, и развлекающийся столь изысканным способом аристократ… Убийца, к сожалению, не оставляет следов, – Эллис прикрыл глаза и вздохнул. – Нам остается либо ждать его ошибки, либо надеяться на показания свидетелей, либо разматывать ниточку в обратную сторону, пытаясь вычислить убийцу по его мотивам, либо методично обыскивать метро и его окрестности в надежде, что мы случайно зацепимся за след. Рано или поздно Душитель будет пойман… Но Джеральда, боюсь, мы уже не успеем спасти. Он пропал полмесяца назад. На прошлой неделе был найден труп еще раньше пропавшего мальчика, тот, который сейчас обследует Нэйт. Джеральд почти идеально подходит в качестве жертвы – и внешне, и по характеру. Похоже, мальчик пропал утром, когда народу целые толпы слоняются. И никто ничего не видел!
Он разозлился и разом смахнул ягоды с карты к себе в ладонь. Поглядел на них, поглядел – и принялся таскать по одной, сердито хмурясь. Мне он при этом напоминал нахохлившуюся птицу.
– Что вы теперь будете делать? – отважилась я спросить, когда молчание стало слишком уж напряженным.
– Что, что, – ворчливо отозвался Эллис. – Послезавтра схожу в градостроительный архив и посмотрю карты подземных туннелей. Метро прокладывали хаотично, особенно в первое время. Но сейчас туннели есть даже под Эйвоном. Вы-то вряд ли там бывали, леди. – Он быстро взглянул на меня. – Слишком грязно, шумно, да и чада от паровоза раньше было многовато… А вот я частенько спускаюсь под землю. И, честно скажу, там, кажется, даже сами машинисты и «гуси»-дежурные не ориентируются. А еще лично я в детстве слышал, что есть, мол, под Бромли подземные пещеры, в которых живут чудовища. Слышал – и ни разу не поинтересовался у сестры Марии, запугивает ли она так нас – или эти пещеры действительно существуют. Что ж, теперь буду наверстывать упущенное… Кстати, а куда там запропастился Нэйт? Неужели так сложно отрезать кусок окорока и вернуться?
– Поскользнулся, упал, потерял сознание? – скептически поинтересовался Лайзо. Эллис хмыкнул, разом закинул оставшиеся ягоды в рот и произнес невнятно:
– Схожу за ним. А ты поухаживай пока за нашими леди, а то у Виржинии до сих пор чашка пустая, а прекрасная мисс Мадлен уже четвертый кружок яблока догрызает всухомятку.
Мэдди кинула на детектива воистину убийственный взгляд, пересела поближе ко мне и демонстративно сгребла из вазы горсть ягод. Эллис, аккуратно сворачивающий ветхую, испещренную пометками карту, это представление благополучно пропустил. Но, проходя мимо нас, он перегнулся через спинку дивана и осторожно потрепал Мэдди по волосам – так же растерянно-ласково, как прикасался к детям из своего приюта.
А она… она инстинктивно подалась вслед за рукой Эллиса, как будто желая продлить прикосновение.
Я отвернулась, сжимая ее ладонь, и встретилась глазами с Лайзо, и отчего-то мне стало неловко.
– Не желаете чаю, леди?
– Да, пожалуй…
В задумчивости я сама потянулась к чайнику, как если была бы в «Старом гнезде», но Лайзо остановил меня, легонько коснувшись руки:
– О, нет, не откажите мне в удовольствии поухаживать за вами.
Он не улыбался и говорил непривычно правильно, без обычных своих «то», «эх» и прочих просторечных оборотов. И, кажется, подразумевал больше, чем я различала в его словах.
– Мистер Маноле, кажется, я перестаю вас понимать.
Лайзо наполнил чашку чаем, добавил сливок и сахара, как я любила, подвинул ее ко мне и только потом тихо произнес:
– А чтоб я сам себя понимал…
Несколько минут мы сидели в молчании. Я пила чай мелкими глоточками, Мэдди все так же задумчиво таскала сухофрукты. Лайзо неподвижно сидел, откинув голову на спинку кресла и прикрыв глаза, и выглядел невероятно усталым.
Потом в коридоре послышались голоса – это возвращались Эллис с доктором Брэдфордом. Судя по интонациям, шла весьма оживленная дискуссия.
– Лайзо, ты был прав, – сходу сообщил детектив, плюхнув на стол тарелку с нарезанным мясом. – Нэйт тут… а, сам рассказывай, – махнул он рукой, быстро соорудил себе чудовищный бутерброд с двумя слоями мяса и сыра, но без хлеба, и, нахально уведя мою чашку, опустошил ее в один глоток.
Доктор осуждающе покачал головой, сделал мне чаю снова – безбожно переборщив с сахаром, надо заметить, да и сливок пожалев – и сел на диван, почему-то рядом с Мадлен.
– Сначала мы предположили, что преступник удерживает детей в бессознательном состоянии, – начал он осторожно. – С помощью хлороформа или опиума, потому что в протоколе обследования первого трупа было написано, что на одежде убитого обнаружены следы хлороформа. Достать такие препараты сложно, поэтому версия с «хлороформщиком» сильно облегчила бы поиск подозреваемого и обеспечила бы дополнительный след. Но у последних жертв в крови не обнаружилось и следа
