Кто сможет сделать это.
Но когда нет… Когда он был неспокоен, пробивало всех и каждого, кто находился рядом. Всех, без исключения. Вот и её словно ударяло, хотя по дороге он не сказал ни слова. Но то напряжение, что было… Его, казалось, можно потрогать рукой.
Она бросилась к нему сразу. Спряталась на груди. Он ничего не сказал, что безумно порадовало Селесту. Но, очевидно, что Эва ещё не заметила его настроения. Он постоял так несколько секунд, удерживая её за плечи.
— Где Симон?
— Он был где-то тут… — сказала она и отодвинулась. Но продолжала держаться за него, вцепившись в рукава пиджака. Они так и застыли в проходе посреди коридора. Он сдвинул её в сторону и она наконец, посмотрела ему в глаза. Чуть не вздрогнула. Убрала руки, но он взял её за плечи. Развернул к себе. Пригнулся.
— Ты сейчас поедешь домой, — почти сквозь зубы говорил он. Но это получалось очень резко. Гневно. Свирепо. Угрожающе. — И будешь сидеть… тихо, как мышь. И даже не шелохнёшься, пока я не вернусь. А когда я вернусь, мы поговорим, — сказал он таким тоном, что невольно она содрогнулась.
Он довольно грубо развернул её и направил к выходу, попутно набирая номер Симона, чтобы спросить, где тот шляется. Селеста пошла за ними, отставая на шаг. Так же, вполне бесцеремонно, он затолкал Эву в машину. Невесть откуда появился Симон.
— Садись, — коротко бросил ему Ян, кивая на переднее сиденье.
Селеста молча села рядом с Эвой. Ян влез в машину последним. В двух словах распорядился куда и кого везти.
— Останешься с ней, — сказал Селесте. — Потом я тебе позвоню. Ты мне ещё сегодня нужна.
Селеста согласно кивнула. Симону даже и в голову не пришло подать голос.
Ян оставил Билли дома, чтобы он потом привёз Селесту в офис, сам же сел за руль. Симон без лишних слов скрылся у себя в домике. Ему совсем не хотелось попадаться Яну на глаза, хотя обречённо осознавал, что ответить на пару вопросов ему всё-таки придётся. Если не сейчас, то гораздо позже. Позже он был не против, но сейчас хотелось свалить подальше. Пусть он и не виноват в этой аварии, но он был за рулём. Пусть с Эвой ничего не случилось, но могло бы… И тогда бы его ничего не спасло от гнева Яна. И он был бы очень счастлив, если бы после этого остался в живых.
— Ну как ты? — заботливо спросила Селеста. — Переволновалась?
— Да, — призналась Эва. Выдохнула. — Дело не в этом. А в том, что утром я ему сказала, что никуда не поеду. Он хотел оставить мне Билли, но я сказала, что никуда не поеду. И вот… Теперь я думаю, что вечером меня ждёт хорошая трёпка.
Они прошли на кухню. Селеста кинула свой пиджачок на стул.
— Думаю, Эва, трёпка это даже слабо сказано. Это будет что-то большее. Ты не видела его в момент, когда я ему сообщила о звонке Симона. Сейчас, можно сказать, что он успокоился.
— Успокоился? — переспросила Эва, вспомнив перекошенное гневом лицо Яна. Выражение её лица стало совсем кислым. — Что там пьют в таких случаях? Ромашковый чай? Или ещё какую-нибудь хрень для успокоения?
— Я бы посоветовала тебе пару бокалов коньяка, но тебе нельзя пить.
— Жаль. Наверное, сейчас я бы не отказалась от этого.
— Тогда точно ромашковый чай, — усмехнулась Селеста.
— Думаешь у меня в доме есть ромашковый чай? — саркастически усмехнулась Эва.
— Ну хоть какой-нибудь…
— «Хоть какой-нибудь» есть, — кивнула Эва. Набрала воды и включила чайник. Забралась на стул рядом с Селестой. Поставила локти на стол, закрыла лицо руками и простонала:
— О, Господи…
— Ну, что ты… Не переживай, — Сел обняла её за плечи. — Ну, он же не монстр. Сейчас оторвётся на Арчи или на любом другом, кто попадётся ему на пути и приедет домой спокойный как удав.
— Нет… — Эва покачала головой. Не испытывала ни малейшей уверенности в словах Сел. — Не в этот раз. Точно не в этот раз. — Сел, мне даже не с кем поговорить… обо всём…
Чайник уже давно закипел. И Эва щёлкнула кнопочку ещё раз и насыпала в большой чайник заварки. Достала чашки.
— Думаю, нам надо пообедать, — сказала Эва, взглянув на часы. Селеста пропускала свой обед. И потом, когда Ян вызовет её обратно, вряд ли он предоставит ей возможность восполнить рацион.
— Я не откажусь, — кивнула Сел. — Давай я тебе помогу.
— И мы сделаем с тобой салат. Я не буду тебя кормить варёной курицей. У меня есть нормальная еда. Надеюсь, ты не против острой кухни.
— Совсем нет. Разве тебе такое можно?
— Можно. Кажется, сегодняшнего перца мне на всю жизнь хватит, так что это уже не имеет значение, — она вздохнула, сбросив свой унылый вид.
Чему быть, того не миновать, как говорится. До вечера ещё далеко, и может быть, он и вправду успокоится. Хотя бы чуть-чуть…
— Эва… Если хочешь… давай поговорим.
— Я хочу… Я так устала…
Селеста пробыла у неё на удивление долго. И они поговорили. О многом. О части из этого откровенно. И немного посмеялись. И пошутили. И поговорили о её малыше. Хорошо провели время и Эва немного успокоилась.
Она проводила Селесту. Всё-таки иметь женщину в подругах очень хорошо. Есть то, что может понять только женщина. Альфи прекрасный друг, но всё же… А Селеста её поняла, но осталось такое чувство, что сказала она не всё, что думает. Главное, что они выяснили отношения между собой и Эва попыталась объяснить причины своего агрессивного поведения при их последней встрече. Не той, когда они втроём обедали. А той из «прошлой» жизни.
Она поспала. Отдохнула. Но к вечеру собственное напряжение начало снова нарастать. Как ни пыталась взять себя в руки, нервничала все равно. Не знала чем себя занять и с минуты на минуту ждала его появления. Ждала грома и молнии. И этого она тоже ждала. По-другому быть не могло. Совсем не верилось, что он успокоится. Самое обидное, что сегодня она совсем не собиралась злить его. Совсем не хотела творить глупости, но это вышло именно так. Так глупо.
Она ходила по дому как неприкаянная. Чем дольше его не было, тем больше она нервничала. Может так он уже начал свою инквизицию? Начал испытывать её терпение и нервы? Вполне возможно… С него станется…
Её снова привлекли «величественные» фикусы. Но сегодня она не могла ими заняться, потому что её травмированная рука этого не позволяла. Потом увидела, как к дому подъехала машина. Кажется, сердце подпрыгнуло. Она замерла у барной стойки. Но он не зашёл на кухню. Пошёл в спальню. Может думал, что она там? Вряд ли… Не мог не заметить, что она на кухне.
