и одновременно выслужиться с помощью «бюрократической ошибки» не должны идти рука об руку.
Н-да… Рука…
Придется искать замену на длительное время.
А ведь впереди самые активные боевые действия второй фазы контрнаступления.
Хм…
Как ни странно, но я понял причину «секретности» гинекологического кабинета и его факта нахождения на звездолетах.
Зиждется оно на нескольких постулатах.
Женщины массового не призываются.
Открыто об этом не говорится, потому что женщина на службе со временем для Империи стало исключением, а не правилом.
Но, в то же время есть исключения, которые попадают на службу за счет знакомств, влияния, по протекции или благодаря собственным выдающимся способностям.
А раз так, то в большинстве своем женщины на службе — потенциально необходимые кадры, обладающие важностью для Империи.
Женское здоровье и анатомия отличаются от мужского.
Соответственно, Империя пошла на создание не афишируемого специализированного отсека для того, чтобы информация о состоянии здоровья той же Даалы, например, не попадала в общий реестр в случае возникновения «чрезвычайных ситуаций».
Ловко, но глуповато.
Ведь все это можно делать на медицинских станциях…
А, нет, нельзя.
Это позволит наблюдателю понять, что правило «Женщины не служат» нарушается не на исключительной, а на постоянной основе.
И тогда пойдут перешептывания и так далее.
Другое дело — оборудовать нужной медицинской многопрофильной техникой один закуток на корабле и во время стоянок сгружать нужную информацию в распоряжение командования.
Если все хорошо — значит все хорошо.
Если есть вопросы — женщина-офицер просто запрашивается к командованию, а на ее место направляют другого офицера.
И никаких слухов про беременности и так далее.
«Переведена с повышением» или какая-нибудь аналогичная ничего не значащая формулировка.
Учитывая, что в Империи даже командиры кораблей друг друга в лучшем случае в лицо знали (несмотря на службу в одном подразделении), немудрено, что и «солдатское радио» было развито чуть лучше, чем никак.
Меньше слухов — меньше слышит враг.
Гранд-мофф Таркин без особых усилий сделал так, чтобы группа Натаси Даалы исчезла с лица галактики.
И это только частный случай.
— Надеюсь, на наших кораблях подобных… «отступлений» от нормы чертежей не наблюдается? — уточнил я.
— Конечно нет! — возмущенный тон Зион говорил о том, что он воспринял сказанное как личную обиду. — Зачем нам что-то скрывать? У нас же нет таких идиотских ограничений…
Да, у нас сделаны выводы на опыте Империи и Старой Республики, упор делается на желание разумного служить, а не искать чрезмерную выгоду в «бонусах», которые дает служба.
Но частности тоже не стоит забывать.
— Из двухсот семи «секретных» отсеков больше половины я перепрофилировал под основные или второстепенные задачи палуб, на которых они расположены, — тон кораблестроителя звучал так, как если бы он делал одолжение, разъясняя свой гений тому, кто едва научился читать чертежи. — Остальные просто убрал, тем самым расширив пространство смежных отсеков там, где это было необходимо. Это то, что качается основного разрушителя, — он посмотрел на меня, очевидно вспомнив, с кем разговаривает, судорожно сглотнул, после чего его тон изменился. — На суперразрушителях таких помещений больше, но подход был тем же, что и на остальных кораблях.
Что логично.
Если в тюремном блоке уже имеется допросная камера, то зачем плодить еще добрый десяток «секретных».
Чтобы можно было «случайно» прикончить там кого-нибудь и не оставлять следов?
Спасибо, но мы работаем другим путем.
Джейд сумела воспользоваться «третьим вспомогательным складом мед оборудования» только по той причине, что «Алый рассвет» еще не проходил полную модернизацию.
Флагман «Красной звезды» находится при непосредственном исполнении боевых задач и у нас нет времени, чтобы отправить его на давно запланированные изменения.
— Благодарю за пояснение, кораблестроитель, — произнес я. — Как проходят работы над созданием противо-истребительной ракеты с разделяющейся боевой частью?
Зион, как и большинство моих подчиненных давно уже привык к переключению тем разговора в моем исполнении.
— У нас готова партия прототипов, прошедших заводские испытания, — сказал он. — Ведутся последние проверки перед тренировочными стрельбами и военной приемкой…
Что, в переводе с инженерного на действительный язык означает: «У нас есть изделие, оно проверено нами от и до, но, так как мы опасаемся, что нам может не повезти, поэтому мы используем зазор времени для того, чтобы все проверить и перепроверить. Ведь мы знаем, что раз пролоббировали выделение средств, материалов и специалистов для создания такого вида оружия, то нам не поздоровится, если испытания, которые для нас заготовили военные приемщики, окажутся новой противоракете не по зубам».
А если еще проще — группа вооружения решила подстраховываться и перестраховываться.
С одной стороны это хорошо, а вот с другой…
— Размер партии прототипов? — поинтересовался я.
— Сто единиц, сэр, — насторожился Зион.
— За какой срок вы в состоянии увеличить количество прототипов до шестисот? — спросил я.
— Пять дней, гранд-адмирал. Не поймите меня неправильно, но нет нужды в том, чтобы увеличивать размер партии. Пригодность объекта или необходимость доработок будут видны уже после отстрела тридцати-пятидесяти ракет с разделяющейся боевой частью…
Зион паниковал.
Тихо, в пределах его психотипа, но отчетливо осознавал, что требование ему придется выполнить.
А вот для чего — он не подозревал.
Я же, наоборот, знал все об этой противоракете.
Разработанная в массо-габаритных значениях стандартной противокорабельной ракеты или корабельной протонной торпеды, новое изделие несло усеченную и облегченную в пять раз в размере взрывчатого вещества боевую часть.
Запас топлива снижен в два раза.
Причина этого заключалась в том, что основная часть тела нового изделия заполнена скрытыми под фальшобшивками кумулятивными ракетами с райдониумом в качестве взрывчатки.
Впрочем, наполнение боеголовок различное — Доминион в состоянии добывать и применять в качестве взрывчатых веществ дюжину химических элементов, начиная райдониумом и барадием, заканчивая мараниумом, добываемым в секторе Д’Астан.
Благодаря Чилунскому разлому и большому количеству добывающих предприятий в том же секторе Босф, наше производство обеспечено полной периодической таблицей галактики.
Не говоря про сотни других предприятий по всему Доминиону, включая территории, расположенные за пределами метрополии, которые еще только находятся на этапе развертывания.
— Ваше оружие будет испытано в боевых условиях, — пояснил я. — Необходимо сформировать партии, в каждой из которых будет использована боевая часть с отличным от другой партии взрывчатым веществом.
— Да, сэр, конечно, — рассеянно произнес Зион. — Вы хотите провести широкомасштабное применение для выявление наиболее мощного снаряда при заданных параметрах безопасности для экипажа…
Именно.
Потому что на заводах находятся осведомители и сотрудники контрразведки, благодаря которым я точно знаю в каком техническом состоянии находятся экспериментальные образцы.
Меня устраивает то, как прошли заводские испытания.
И я точно знаю, что чем раньше у нас появится полностью работоспособное изделие, способное нивелировать преимущество противника в МЛА, тем проще нам будет обороняться.
И наступать, естественно.
Не говоря уже о том, что противоракеты могут быть применены для поражения не только МЛА.
Стандартные взрывчатые вещества уже давным-давно опробованы, остальные же пользуются меньшим интересом по тем или иным факторам.
Доминион может здорово удивить своих врагов, например, если отправит стандартную противокорабельную ракету с боевой частью не барадия, а райдониума, например.
Или тот же мараниум, который войска баронессы использовали для начинения ручных гранат и наземных ракет.
Только боевые испытания позволят нам выявить наиболее оптимальный подход для правильного использования ресурсов.
Скажем, в один и тот же объем боевой части ракеты можно загрузить различное количество твердого, жидкого и газообразного взрывчатого вещества, и последствия так же будут различны.
Как в атмосфере, так и в вакууме.
Именно это мы и намереваемся проверить в боевых условиях, и в настоящий момент у нас имеются превосходные обстоятельства для того, чтобы не тратить бюджетные средства на создания условий военной приемки.
— Все так, господин кораблестроитель, — подтвердил я. — Флот может рассчитывать на вас?
Зион посмотрел куда-то в сторону, несомненно рассчитывая возможности своих предприятий и обозначенные критерии.
Мы оба понимали, что с экспериментальным производством не все так категорично, как с конвейерным.
И обозначенные временные рамки могут быть «сдвинуты вправо».
— Сделаем, сэр, — уверенно произнес он. — В точно обозначенный срок.
— Превосходно, — подытожил я. — Работайте. Вскоре прибудут соединения для комплектования экспериментальными изделиями. Обеспечьте нахождение на флагманах инженерных групп для содействия флота.
— Как пожелаете,
