Теперь все увидели двигавшихся по лесу темериксов. Уилл был рад свету, тем более что люди от страха очень кричали. Одни взрослые увели детей в другой конец лагеря, другие встали стеной, преграждая дорогу врагу, а еще сотня людей ждала приказа.
Часть темериксов выскочила с дальнего конца, надеясь перепрыгнуть овраг, но расстояние оказалось слишком большим: они ухнули «а дно и стали карабкаться по отвесной стене. Соскользнув по прошлогодней листве в реку, они не успокоились и повторили попытку. Товарищи их обошли овраг и поднимались в гору.
Следом спускалась тяжелая кавалерия.
Дрени кивнул капитану:
— Давайте.
— Ну, ребята! — послышался его громкий, слегка дрожащий голос. — Огонь!
Как и объяснял Ворон, драконетты уступали луку в точности, зато выучиться стрелять из них было куда легче. Можно было и вовсе не учиться. В тайнике, который оставил им предусмотрительный барон Дракона, был большой запас этого оружия, вместе с взрывчатым порошком. Никто из беженцев оружия этого раньше не видел и не увидел бы, если бы им не пришлось уйти из крепости, а вот механоиды с этим оружием были знакомы, они-то и научили людей им пользоваться.
Ополчение взяло под прицел противника. Пальцы нажали на спусковые крючки, загорелись запалы, загремели нестройные выстрелы. У некоторых произошла осечка, двое стрелков погибли, так как драконететы взорвались у них в руках, но остальные действовали безупречно: их снаряды поразили темериксов. В воздух поднялись перья. Раненые монстры вопили и рвали в агонии своих же товарищей. Некоторые темериксы, даже будучи ранеными, продолжали карабкаться по холму, уцелевшие монстры добрались до вершины.
Тяжелая кавалерия перебиралась через реку. Дрени дал знак Керригану.
— Давай, адепт!
Уилл заметил, что капитан инфантерии недовольно взглянул на Дрени (зачем, мол, тот узурпирует его полномочия? ) и перевел взгляд на Керригана. Адепт поднялся на вершину бруствера (на фоне блуждающего огонька выделялся толстый черный силуэт) и почти театральным жестом поднял вверх руки.
И снова посыпались искры, но теперь они уже не летели медленно, а, шипя, неслись сквозь дым и мгновенно находили свои цели. К этому моменту все в лагере, как было условлено, ушли в укрытие.
Алексия не сомневалась в том, что выстрелить из драконетт удастся лишь один раз. Никто не успеет перезарядить орудие и выстрелить снова. К тому же в пылу битвы можно было попасть в своих.
Шансы на продолжительное сражение равнялись нулю, а потому механоиды, наполнив взрывчатым порошком три маленьких бочонка, закопали их у подножия восточного склона. Искры Керригана проникли под землю, и прогремел взрыв.
С западной стороны долины тоже доносились выстрелы.
Спрятавшись в укрытии вместе с другими, Уилл видел серию ярких вспышек, сопровождавшихся громкими взрывами. Взметались к небу фонтаны земли вперемешку с горелыми листьями. В краткие моменты затишья Уилл слышал визг и стоны, но одновременно раздавались и военные кличи, а стало быть, бой продолжался.
Люди бросились к брустверу, и Уилл вместе с ними. Один всадник добрался до вершины, и в бедра и в грудь его темерикса вонзилось полдюжины стрел. Бормокин взмахнул было саблей, но темерикс упал и покатился в овраг. Бормокин успел соскочить, но кто-то всадил ему между ног копье. Засверкали мечи и ножи, бормокина разодрали на куски.
Уилл швырял боевые звезды в двигавшиеся тени. Дрени остановился подле него и взял на плечо драконетту. Как только из дыма верхом на темериксе появился бормокин, Дрени выстрелил, и шар пробил противнику шлем. Всадник свалился, а темерикс пошел вперед.
Не обращая внимания на копья, зверь ринулся на Керригана. Маг смотрел на него широко раскрытыми глазами, однако с места не двинулся. Уилл швырнул в монстра боевую звезду. Снаряд поцарапал ему ногу, но яду оказалось недостаточно, чтобы свалить чудовище.
Ломбо набросился на темерикса с восторгом кота, заметившего раненую птицу. Монстр свалился под тяжестью панка, завизжал, попытался укусить его, но Ломбо схватил его за горло и сжал. Визг сменился хриплым шипением, и закончилось все громким хлопком.
На противоположном берегу оврага появилось несколько тяжелых кавалеристов. Они остановились, глядя в застланную дымом долину и стараясь понять, стоит ли им спускаться. Ломбо, схватив поверженного темерикса, швырнул его в них, но тот не долетел. Стрелы противнику вреда не причинили, и тогда Керриган вытянул палец и взорвал дуб, засыпавший врагов горящими обломками.
Всадники быстро свернули в сторону, послышались удаляющиеся звуки трубы. Уилл не знал, что они означают, пока не увидел, как один бормокин выползает из оврага и движется в южном направлении.
Дрени, перезарядив к этому моменту свою драконетту, прикончил бормокина одним выстрелом. Дым рассеялся, Уилл посмотрел вниз и тут же пожалел об этом. Земля казалась живой или медленно умирающей, и зрелище это устрашило его больше, чем стоны.
Он взглянул на Керригана.
— Ты можешь убрать свет?
— Нашим людям, что уцелели, будет не найти дороги.
— Тогда оставь одну световую дорожку, да подальше. — Он указал в овраг. — Если это увидят дети, им потом будут сниться кошмары.
Маг поднялся на вершину бруствера, посмотрел вниз и отскочил. Он упал бы, если бы Уилл его не подхватил.
— Ты прав, Уилл. — Он сделал жест, и огни передвинулись на восток. — Нельзя, чтобы это осталось у кого-нибудь в памяти.
ГЛАВА 74
Генерал Марк Адроганс вернул магу арканслату.
— Пожалуйста, подтвердите получение. Ответа не будет. Маг поклонился и ушел, а генерал Джераны остался стоять рядом с Пфасом и Бил мот Цуво. Взглянув на них, он покачал головой.
— Четыре дня назад Кайтрин разрешила двум тысячам жителей Ориозы и всему гражданскому населению уйти из Крепости Дракона. Об их судьбе ничего не слышно. Судя по последнему сообщению, авроланам удалось захватить крепость.
Бил побледнела.
— Крепость Дракона пала?
— Судя по всему — да.
— А о принцессе Алексии ничего не слышно?
— Беженцы находятся под ее началом. Они направляются в Ориозу, так что скоро услышим, удалось ли им до нее дойти. — Адроганс почесал небритый подбородок. — Им нужно пройти более четырехсот миль, а потом до Себции — свыше ста.
Пфас пожал костлявыми плечами, прикрытыми поношенным плащом.
— Им и продуктов-то не надо. Расстояние пустяковое. Адроганс усмехнулся:
— Согласен, дорогой, наше путешествие трудное, но не надо думать, что другим легче.
Небо начало светлеть, и беженцы из Свойна зашевелились. Мужчины и женщины (детей осталось очень мало) выползли из-под одеял. Все — тощие и ослабленные. Некоторые, спотыкаясь, потянулись к реке попить или помыться. Мылись, правда, очень немногие: большинство привыкло к поселившимся на их теле колониям вшей. Многие сейчас сидели с бессмысленными выражениями лиц, балансируя на грани жизни и смерти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
