деревьев, и прохладный ветерок проникал в открытое окно зала совета.
Спокойствие садов резко контрастировало с обитателями этой комнаты.
- Я не могу в это поверить, - сказал граф Пайн-Холлоу. - Я просто не могу в это поверить!
- Это, к сожалению, не меняет ситуацию, Травис, - довольно едко сказал Нарман.
- Знаю, - первый советник заметно встряхнулся и криво улыбнулся своему кузену. - Мне жаль. Просто без всякого предупреждения это просто свалилось на нас посреди ночи...
- Если ты думаешь, что это стало для тебя неожиданностью, ты должен был быть там, когда Грейсин обрушил это на меня.
- Я бы предпочел даже не представлять этого, если тебе все равно, - сказал Пайн-Холлоу более естественным тоном.
- Что приходит мне в голову, мой князь, - сказал Хал Шэндир, - так это задаться вопросом, что могло вызвать это. Никто из наших контактов в Зионе или Храме даже не предположил, что храмовая четверка может обдумывать что-то подобное. Могу я спросить, оставил ли епископ-исполнитель какие-либо указания на то, что за этим мог стоять Гектор?
- Думаю, что он сам не имеет об этом ни малейшего представления, - откровенно сказал Нарман. - Лично я был бы склонен сомневаться, что все это подстроил Гектор. Имейте в виду, это звучит так, как будто это предназначено для того, чтобы дать ему все, что он когда-либо хотел - или, по крайней мере, заставить его думать, что это то, что ему собираются дать - но он никак не мог бы иметь такое большое влияние на храмовую четверку. Нет, - князь покачал головой, - предполагаю, что это Клинтан. Хааралд, должно быть, наконец-то сделал что-то, что подтолкнуло его к краю, и это должно, по крайней мере, казаться достаточно угрожающим, чтобы позволить ему увлечь за собой остальных троих.
- Мой князь, - сказал Шэндир необычно тихим голосом, - я прошу прощения.
Нарман пристально посмотрел на него, на его лице был вопрос, и его начальник разведки глубоко вздохнул.
- Я должен был бы восстановить хотя бы горстку агентов в Чарисе, ваше высочество, - сказал он. - Если бы я это сделал, мы могли бы, по крайней мере, знать, что послужило причиной этого. И, - он сделал еще один, более глубокий вдох, - мы могли бы вовремя догадаться, что это произойдет.
- Не буду притворяться, что доволен ситуацией в Чарисе, - сказал ему Нарман. - Но, судя по тону сообщений Тринейра, даже если бы у нас были агенты на месте, они, возможно, не поняли бы, что это висело в воздухе. На самом деле, сомневаюсь, что кто-либо в Чарисе имеет хоть малейшее представление о том, что должно произойти.
- Уверен, что это часть их мышления, мой князь, - сказал Гарт Ралстан, граф Мандир. Мандир был старшим адмиралом Нармана, и выражение его лица было мрачным.
- Уверен, что это часть их мышления, - повторил он, как только убедился, что привлек внимание Нармана. - Но это ставит нас в затруднительное положение. Было бы достаточно плохо, если бы до нас дошли первоначальные депеши, но мы потеряли почти целый месяц.
- Честно говоря, - сказал Пайн-Холлоу, - весь характер этой переписки, если это можно так назвать, беспокоит меня. Нам не предлагают помощь, ваше высочество; нам приказывают делать то, что хотят от нас Тринейр и Клинтан. И, судя по тому, как я читаю эти послания, - он постучал по искусно подсвеченному письму, о котором идет речь, лежащему перед ним на столе совета, - Гектор является старшим партнером, насколько это касается храмовой четверки. Это не союз равных. Мы обязаны поддержать Гектора - и передать наш флот под командование его адмиралов.
- Уверяю вас, это больше, чем просто "беспокоит" меня, - ответил Нарман.
Он начал говорить что-то еще, затем остановился и проглотил невысказанные слова. Даже здесь, среди своих ближайших советников, он не осмеливался выразить всю ту ярость, которую испытал, когда понял, что храмовая четверка рассматривает все его княжество как разбойника, которому можно свистнуть по прихоти и приказать перерезать горло тому, кто ее раздражал.
- Но, - продолжил он в следующую минуту, - как бы я ни относился к этому, тут мы влипли. Если только кто-нибудь здесь не считает, что отказ от "помощи" канцлера Тринейра в этом вопросе был бы целесообразным?
Никто не произнес ни слова, да им и не нужно было этого делать, и в кислой улыбке Нармана была, по крайней мере, доля искреннего веселья.
- В таком случае, - сказал он, - действительно важный вопрос задан тебе, Гарт. Возможно ли для нас уложиться в этот график?
- Не знаю, ваше высочество, - откровенно сказал Мандир. - Я не узнаю, пока у меня не будет возможности разбудить некоторых из моих сотрудников и заставить их начать задавать правильные вопросы на верфи. Однако, с моей точки зрения, маловероятно, что мы сможем активировать резерв вовремя. Предполагалось, что весь наш флот будет готов к бою к началу ноября, но никто не предупредил нас об этом. Одно полное укомплектование наших галер, находящихся на действительной службе, исчерпает нашу нынешнюю численность до предела. Нам придется разослать бригады вербовщиков, чтобы укомплектовать резерв, и каждый моряк торгового флота, который может видеть молнию или слышать гром, поймет, что вербовщики прибудут, как только мы начнем переоборудование резерва. Так что они собираются сделать так, чтобы их не было видно. Что даже не учитывает, где мы находимся с точки зрения необходимых нам поставок.
Он покачал головой.
- Ваше высочество, я сделаю все, что в моих силах, но не уверен, что мы смогли бы укомплектовать весь резерв в соответствии с первоначальным графиком. Учитывая время, которое мы потеряли, просто узнав об этом...
Он снова покачал головой.
- Не могу сказать, что удивлен этим, - сказал Нарман. - И, если быть до конца честным, я не уверен, что мне неприятно это слышать.
На лице Мандира отразилось удивление, и принц резко усмехнулся.
- Гектор знает об этом дольше, чем мы, - сказал он. - Это очевидно из характера отправлений Тринейра. Так что он собирается уже начать приводить свой флот в боевую готовность. Что ж, если мы будем вынуждены следовать его приказам, то я бы предпочел, чтобы его адмиралы были вынуждены взять инициативу в свои руки. Он будет думать в терминах своей собственной выгоды от этого. Ладно, пусть он заплатит за
