Около луча ничего не происходило, слышалось только частое, надсадное дыхание Сид. Она что-то прошипела сквозь зубы, ее тень слабо заколыхалась. Диана обхватила себя руками и согнулась, как от удара, но тень медленно начала свое движение к лежащему на полу клочку бумаги. Охотница вдохнула, громко, будто тонула. Я двинулся к ней, но замер, не сделав и полшага. Не хотелось все портить.
Тень добралась до карты и начала скользить на юго-восток, вдоль границы. Еще одно ругательство сорвалось с губ девчонки, она сжала руками горло. Тень замерла, свернувшись темной точкой на бумаге. Диана ткнула в нее пальцем.
Я подошел ближе - совсем рядом, день, может чуть больше от Норции. Улыбка скользнула на губы. Все получилось. Духи грани все действительно получилось!
Сбоку раздался тихий шорох, приводя меня в чувство, я оторвал взгляд от карты. Диана очень медленно поднялась с пола. Губы искусаны, а весь подбородок заливала кровь, ее ощутимо шатало, словно пьяную. Я протянул руку, но она оттолкнула ее, раздраженно глядя на меня.
- Давай помогу, - примирительно предложил я, она отрицательно качнула головой и сделала осторожный шажок к двери. - Диана?
- Все нормально Ваше Высочество, - я увидел, как побелели костяшки пальцев на ручке двери. - Я просто вздремну. И... вы упырски неправы, - она вышла, тихо прикрыв за собой дверь.
Чувство победы, пусть и маленькой пьянило, кружило голову. А Обсидиана... Она оклемается, пусть и не так быстро, как мне хотелось бы, но оклемается. Эта девчонка несгибаема и практически всесильна, в чем я успел убедиться, стоя там, на болоте, наблюдая за ее охотой.
К обеду напряжение, волнение и суматоха во дворце достигли своего пика - долгожданные гости наконец-то прибыли.
Небольшой отряд встречали также помпезно и с таким же размахом, как и нас, вот только было одно маленькое отличие: если меня королева опасалась, то Данте она встречала с улыбкой заботливой тетушки. Этакая как-ты-вырос-за-это-время-мой-мальчик улыбка. Но кочевник, похоже, ее энтузиазм разделял мало или же вообще не разделял. Судя по его лицу, с уверенностью я мог сказать только одно: мужик приехал сюда заключать сделки, и настроен он был решительно.
Так сложилось, что с кочевниками я раньше не имел удовольствия пересекаться лично. По не понятной мне причине они предпочитали обходить Сангран десятой дорогой, а все дела с нами улаживали через посредников. А потому я сейчас с хорошо выверенной долей любопытства во взгляде разглядывал прибывших гостей.
Светло-серые широкие шаровары, такие же рубашки и белые жилеты - вот, пожалуй, и весь традиционный наряд кочевников отличающий их от остальных фей. Да и серпы свои они носили не стыдливо спрятанными под одеждой, а за поясом, показывая, что в случае чего не преминут ими воспользоваться. Женщин среди них не было.
Данте шел первым и единственное, что отличало его костюм от одежды сопровождавших его фей - темно-синей вышитый узор на жилете. Легко уверенно шагая по направлению к королеве, он, казалось, не обращал внимания на склонявшихся в поклонах придворных, на жадные взгляды многочисленных дам и дамочек всех возрастов и гм... размеров и на остальную шелуху, сопутствующую его появлению. И может, кого-то и убедила его показная расслабленность, но я каждой частичкой своей силы ощущал совершенно противоположные эмоции: целеустремленность, легкую настороженность и сосредоточенное внимание. Я готов был поклясться, что он начал составлять список кандидаток на роль его будущей жены, едва переступив порог зала. Заметил, оценил и сделал себе мысленную пометку.
Илия величественно, как и подобает королеве, встала со своего трона, когда предводитель кочевников опустился на одно колено, складывая странные, будто изодранные ветром, крылья цвета темной морской воды, но, не опуская при этом головы.
- Приветствую вас Лорд, - выверенным до каждого полутона голосом громко объявила она, - Вы оказали нам честь и....
Бла-бла-бла. Дальше последовала обычная для таких случаев заунывная, но обязательная муть с обеих сторон. Цель игры - утопить делегата в приторном пафосе и пустом красноречии. Скучно.
Зал мы покинули лишь спустя пол оборота и, услышав облегченный выдох Рика, я позволил себе слега улыбнуться. Гости слаженной группкой удалились из комнаты, чтобы иметь возможность освежиться с дороги, придворные дамы - чтобы потуже затянуть корсеты, подрисовать мушки и подправить прически, королева - чтобы получше рассмотреть многочисленные подарки, а мы - чтобы глотнуть свежего воздуха и обсудить дела.
- Что это было? - требовательно уставился на меня Седрик, когда мы оказались в моей комнате. Мне не требовалось дополнительных пояснений. Я знал, о чем он спрашивал.
-Ты же знаешь, она не любит зрителей, - как можно небрежнее пожал я плечами.
- Но ты-то остался.
- Меня она вынуждена терпеть.
- Допустим, - неохотно кивнул друг. Он не поверил. Я видел, читал это в его глазах. - Она указала место?
- Да. Это к юго-востоку отсюда, день пути.
- Как ей удалось? - нахмурившись, спросил он. - Кэссиди ведь далеко не последняя по силе фея, а Диана не дотягивает даже до раба?
- У нее свои способы, - ответил я, почувствовав, как невидимая удавка плотнее обхватила шею.
- Например?
- Помнишь, кем был ее отец? - друг кивнул. - Ей передались некоторые его способности, и она неплохо управляется с огнем.
- Ладно, не хочешь признаваться, в чем тут дело - я настаивать не буду, - он махнул рукой. - Скажи только, ты по-прежнему мне доверяешь?
- Как никому, - без колебаний ответил я.
- Это радует. Когда выдвигаемся?
- Когда охотница придет в себя, - он кивнул.
- Кстати, что-то ее не было видно в зале.
- Оно и к лучшему, - пожал я плечами, удивляясь тому странному чувству удовлетворения и облегчения, которое испытал, поняв, что ее там действительно не было. - Значит, она не выставлена на торги, - Рик усмехнулся, вглядываясь мне в глаза.
- Ага, - противно ухмыляясь, кивнул он и вышел.
А я стоял посреди комнаты огорошенный и злой, как стая упырей после поднятия.
За обеденным столом девчонки не было, зато была Кэссиди, сидевшая напротив Данте и сверкавшая своей солнечной улыбкой. Надо сказать, сверкала она зря, потому что предводитель кочевников не обращал на нее ровным счетом никакого внимания. Пожалуй, в этом была и моя вина, потому как вот уже двадцать лучей мы с ним вели беседу о разведении новых пород лошадей. К моему удивлению, он оказался интересным и умным собеседником.
