«Главному штабу Сербии необходимо оружие для вооружения 35 тысяч бойцов. Площадка Губетин закрывается. Принимаем груз на Добра Вода.
Горшков». (Заместитель начальника нашей военной миссии.)
Хочу здесь привести один случай обмена письмами между нашим экипажем, доставлявшим по этим заявкам оружие, и партизанами. Старший лейтенант Иван Константинов вложил в один из мешков, доставляемых партизанам, письмо от себя и своего экипажа, где желал успехов тем, кто получит оружие и будет бить гитлеровцев. и изменников. Сбросил он это письмо вместе с грузом 19 сентября, указав номер своего самолета. Вскоре был получен ответ, который привожу полностью:
«Гвардейскому боевому экипажу № 7/369, ст. лейтенанту Константинову.
Дорогие братья и боевые товарищи! Ваш драгоценный груз попал в наши руки. Оружие, которое вы нам сбросили, уже бьет фрицев и изменников.
Приближается час нашей общей победы. Заверяем вас, что ни одна винтовка, полученная из ваших рук, не пощадит врага. Просим вас, товарищи, сбрасывать нам ваши газеты, журналы и книги.
Да здравствует СССР, вождь всех свободолюбивых народов в борьбе за уничтожение фашистского ига!
Да здравствует непобедимая героическая Красная Армия!
Да здравствует Народно-освободительная армия Югославии! Да здравствуют наши любимые вожди маршал Сталин и маршал Тито!
Да здравствует дружная семья славянских народов!
Да здравствует сталинское племя крылатых!
Солдаты, подофицеры и офицеры 24-й сербской дивизии НОА Югославии.
24 сентября 1944 г. № 899».
(Архив МО СССР, ф. ВДВ, оп. 11519, д. 1079, л. 56).
Такая переписка сплачивала боевую дружбу югославских бойцов с нашими экипажами. [498] А их летало в Югославию немало, и упомянуть их всех в этой книге, конечно, невозможно. Однако некоторых я все же назову. Прежде всего полковника П. И. Кондратьева — командира дивизии, осуществлявшей полеты в Югославию; подполковника В. Д. Зенкова — командира полка, майора А. А. Баленко — в дальнейшем генерала, командира дивизии; майора В. П. Драгомирецкого — в будущем тоже генерала, командира корпуса. А также подполковника П. Ф. Бенусова, майоров А. А. Агибалова, И. Л. Сенагина, М. М. Кириллова, А. П. Дудника, К. М. Куликова, Д. Г. Нагорнова, П. А. Полыгалова, С. В. Щербакова, Н. М. Рыбалко, В. А. Тузова, капитанов А. В. Мансветова (того самого, который прибыл из лагеря с Колымы), А. И. Махова, К. И. Антипова, В. М. Живодер, Н. Я. Заболотного, В. Н. Орлова, старших лейтенантов Е. И. Горелика, П. Ф. Дюжаева, В. Т. Зинько, И. Д. Лещенко, А. П. Лякшева, М. К. Прошлякова, Н. Н. Свирщевского, В. Ф. Тимченко, Г. Б. Трабуна, Н. Ф. Абрамова, лейтенантов П. Д. Петрова, Е. П. Новикова, А. Е. Рогаленко, В. В. Смирнова, П. А. Чижевского, Н. П. Гуртового, Ю. Н. Аганина, С. П. Матвеева, М. П. Гаврилова, А. Н. Гусева, П. Е. Кузьмина, И. И. Федорова, А. В. Тинякова, А. А. Куприенко, младших лейтенантов Л. П. Дербышева, И. В. Дементьева, И. Н. Сюткина, П. Т. Красникова, П. Д. Петрова, Д. С. Филатова, Л. Н. Рождественского, В. Г. Семенихина, старшин В. И. Елисеева, В. А. Лежебокова, А. К. Швардина, А. Н. Чуркина, В. Г. Болтручука, И. Д. Дерюжкова, Л. А. Интезарова, В. Д. Корнеева, В. Ф. Ткаченко.
Названные и многие другие авиаторы были награждены советскими и югославскими орденами. Я назвал несколько десятков фамилий просто на выбор, и это совершенно не значит, что другие не заслуживают быть упомянутыми.
Стали Героями Советского Союза и были награждены югославскими орденами «Партизанская Звезда» первой степени Гога Григорьевич Агамиров, Александр Алексеевич Баленко, Александр Дмитриевич Давыдов, Владимир Порфирьевич Драгомирецкий, Константин Михайлович Кудряшев, Федор Селиверстович Румянцев.
Были удостоены звания Народных Героев Югославии Иван Антонович Булкин, Павел Игнатьевич Дмитриенко, Иван Никифорович Константинов (тот самый, который писал письмо и получил ответ от партизан), Александр Теопанович Моногадзе, Василий Антонович Улиско. Командир корпуса генерал Георгий Семенович Счетчиков был награжден орденом «Партизанская Звезда» первой степени. [499]
Что касается экипажа, который вывез маршала Тито с его товарищами и Верховным штабом, то Указом Президиума Верховного Совета СССР Александру Сергеевичу Шорникову, его второму пилоту Б. Т. Калинкину и штурману П. Н. Якимову было присвоено звание Героев Советского Союза, а бортовой техник И. Г. Галактионов и бортовой радист Н. С. Вердеревский награждены орденами Ленина. Югославское правительство А. С. Шорникову, Б. Т. Калинкину и П. Н. Якимову присвоило звание Народных Героев Югославии, а И. Г. Галактионов и Н. С. Вердеревский были награждены орденами «Партизанская Звезда».
Также мне хотелось бы рассказать еще об одном участнике югославской эпопеи Александре Дмитриевиче Давыдове. Его экипаж был среди первых, начавших полеты в Югославию, и, естественно, на их долю пришлись самые сложные полеты, практически без какого-либо обеспечения. Именно поэтому большинство этих экипажей удостоены высших наград.
Александр Дмитриевич Давыдов до войны был, как и многие другие в АДД, пилотом гражданской авиации. Познакомиться мне с ним довелось, работая в Московском управлении ГВФ в 3-м транспортном отряде. Это были 1938–1939 годы. В этом отряде, после всяческих перипетий в Восточной Сибири, о чем мной уже говорилось, я работал рядовым пилотом на самолете «Сталь-3», а некоторое время спустя меня назначили инструктором. Летчиков в отряде насчитывалось много, поэтому и инструкторов было несколько. В обязанности инструктора входила проверка время от времени техники пилотирования закрепленных за ним пилотов, за что он нес прямую ответственность.
И вот однажды я был вызван командиром отряда и мне было предложено определить дальнейшую возможность полетов в отряде Александра Давыдова. Указанием командира отряда я был удивлен, так как Давыдов не входил в мою группу пилотов. Но командир сказал, что инструктор, проверявший Давыдова, не соглашается выпускать его лететь самостоятельно в рейс с пассажирами. «Дела у него с ориентировкой неважные», — заключил командир. Инструктор Михаил Вагапов, который проверял Давыдова последним, сказал мне, что «возят» его давно, летает он хорошо, но с ориентировкой действительно дела обстоят так, что выпускать его на трассу в самостоятельный полет нельзя. Случай исключительный, и он меня просто заинтересовал. Обычно в таких ситуациях, как правило, идет речь о технике пилотирования, она нередко становится камнем преткновения.
На другой день мы с Александром Давыдовым отправились в рейс. Пилотировал самолет Давыдов. На самолете «Сталь-3» имелся только один штурвал с перекидывающимся управлением (баранкой штурвала). Была редкая кучевая облачность и, дав указание идти сверху нее, я углубился в чтение газеты. В начале полета я еще поглядывал на приборы и землю, но, видя, что все идет нормально, увлекся чтением. Летели мы на линии Москва — Воронеж — Сталинград — Астрахань. [500]
