надо было даже подходить близко. Эти камни летят так же далеко, как и стрелы из лука, может быть лишь немного ближе.
– И что теперь делать?
– За этим я и пришёл, получить от повелителя новые указания и приступить к их исполнению.
– Что-то плохо ты выполняешь другие мои указания. Три раза пытался захватить чужака, и ничего у тебя не получилось.
– Это не человек, а какой-то злой дух. Не может обычный человек пользоваться таким оружием, делать такие вещи и плавать на такой лодке.
– Даже если я с тобой и соглашусь, то это не значит, что нельзя изгнать злого духа. Ладно, если не удаётся справиться с ним своими силами, нужно искать тех, кто сможет нам помочь. Кто это может быть?
– Только хан Атагул. Если он даст своих воинов, то мы сможем опять попытаться напасть на чужака. Но нужно много воинов, чтобы суметь справиться с таким страшным оружием. Ведь защитников у чужака мало, и убивают они всех только на расстоянии. Если до них успеть добраться, то они ничего не смогут сделать с нашими джигитами. Мы узнали за время двух попыток, что чужак всегда действует на своей лодке и бросает эти камни на расстояние чуть меньшее, чем полёт стрелы.
Значит, надо идти зимой, когда его лодка не сможет плавать, и на конях, чтобы джигиты смогли быстро добраться до его воинов и успеть их уничтожить.
– Ты уже пытался сделать это зимой.
– Но тогда мы не знали про камни и не использовали коней!
– Значит, ты считаешь, что только на конях можно суметь добраться до чужака, захватить город и всех там уничтожить? – уточнил Сусланбек.
– Или захватить арканом, не давая кидать камни. И надо много воинов.
– Если обратиться к хану Атагулу, то его можно будет уговорить на такой набег, обещав хорошую добычу. И много рабов.
– Добычу можно обещать, нужно подарить хану диковинки, сделанные чужеземцем. Красивая посуда, лампы, стекло и украшения должны заинтересовать хана. Рассказать про новое оружие, пусть забирает себе. Кроме того, там есть ещё два поселения, так что рабов будет достаточно.
– Да, это может получиться хороший набег. А нам-то что от этого достанется?
– Надо забрать всех мастеров, они будут делать для нас диковинки и оружие. Ну и не будут мешать торговать нашими товарами. Половину доходов придётся отдать хану, но и нам останется немало. Хотя об этом судить не мне, ничтожному.
– Хорошо, Джильдар, живи пока. Я подумаю над твоими словами. До зимы время ещё есть. Я понимаю, туда надо будет идти по замёршей реке? И путь будет долгим?
– Да, повелитель. Но и добыча будет хорошей, а сил у чужака мало, мы никогда не видели больше двух десятков его воинов. Вся их сила в новом оружии и странной лодке.
– Хорошо, иди, я буду думать.
Верховья Суры, бек Айдар
Прожевав кусок мяса и запив его напитком из дорогой чаши, человек, располагавшийся в юрте, сыто рыгнул и откинулся на подложенную под спину подушку. Подбежавшим слугам было велено убрать всё, оставив только чашу с медовухой. Немного отдышавшись после приёма обильной пищи, он позвал своего советника.
– Слушай, Кемай, напомни мне, мы уже две сотни воинов потеряли при нашем движении вниз по Суре?
– Да, Повелитель, они ходили собирать дань и не вернулись. Первая пропала полностью, про неё ничего неизвестно, из второй сумели спастись три человека.
– Они что-то сумели рассказать?
– Да, мой Повелитель! Спаслось три человека и все рассказали одно и то же. Они подошли к какому-то поселению, но его жители отказались платить дань. День уже заканчивался, воины немного постреляли, но штурмовать стены не стали. Тем более что сотник приказал никого из жителей не жалеть. Он хотел просто уничтожить поселение, а всех уцелевших продать.
– Почему он так решил? Я ему это приказал?
– Вы велели ему навести там порядок, а в предыдущей сотне пропал его брат. Вот он и хотел допросить всех жителей о судьбе пропавших воинов. А после этого их можно было только продать.
– Ну ладно, продолжай.
– На ночлег сотня расположилась на берегу реки, поставили караулы напротив поселения, поели и отправились спать. Все, кто спасся, находились в карауле и рассказывают, что около рассвета вдруг в лагере стали раздаваться громкие хлопки, а потом всё там загорелось. После хлопков воины стали умирать, а затем на тех, кто уцелел, из темноты со стороны реки полетели стрелы. Очень скоро в лагере не осталось никого живого. Испугавшись происходящего, те, кто был в охранении, убежали в лес, и как только что-то стало видно, по реке пошли обратно. Вот и всё, что известно о пропавшей сотне.
– Значит, у нас появился враг. И он не из этого поселения, раз стрелы летели со стороны реки.
– Да, мудрейший. Среди местных жителей ходят какие-то разговоры о появлении нового поселения около Итиля, но ничего конкретного об этом узнать не удалось. Говорят, что это очень богатое поселение, в нём делают удивительные вещи, и оно очень сильное.
– То, что оно сильное – это ненадолго. Мы и не такие поселения брали. То, что богатое – очень хорошо, добыча будет знатной. Потеряны две сотни воинов. Мы не можем такого простить. Зимой, когда пойдёте собирать дань, отправь вниз по реке до самого Итиля пятьсот воинов. Пусть найдут это поселение и уничтожат. До зимы узнай всё, что сможешь, про новых врагов, может, у них есть какие-то неизвестные ценности. А теперь иди, мне надо отдохнуть.
Дорога на Ладогу, Вышеслав
Слава богам, метки Мирослава сохранились, и мы сумели по ним найти реку, ведущую к озеру. По словам Вика, это были река Шексна и озеро Белое. Теперь нам предстоял очень трудный путь вверх по Шексне. Река мелкая, много мелей и порогов. Плохо, что высокая вода уже почти сошла. Теперь будет трудно двигаться. Но сейчас главное – добраться до озера Белого. Оттуда дорога будет не то чтобы легче, но уже по течению пойдём, значит, к дому ближе.
Хотя надо считать наоборот. Мой дом уже в Сурске, и туда я нескоро попаду. Судя по дороге, только в следующем году. Ну да ничего. Вик со всем справится. Вот только воевать ему много придётся. Думаю, не только по воде, но и зимой по льду придут. Всё равно я знаю, он отобьётся. А вот когда мы вернёмся, то тогда и начнётся веселье. Думаю, сотню людей за зиму наберу. И хорошо бы только воинов сотня была. А ещё мастеров надо и простых
