земской жизни, я решил оставить открытым, считая его разрешение делом будущего.
* * *
Как приказ о земле, так и временные положения о земстве, армией и крестьянством встречены были, по всем собранным сведениям, благожелательно. До самых последних дней пребывания нашего на родине наши войска пользовались со стороны крестьян всегда благоприятным отношением. Население должно было убедиться, что власть искренно желает идти навстречу чаяниям народа и прилагает все усилия к проведению в жизнь намеченных мер. Ко времени оставления Крыма новый порядок землеустройства и земской жизни, задуманный, разработанный, объявленный и проводимый в жизнь с исключительной быстротой в течение полугода, начал понемногу осуществляться и применяться на практике уже в девяноста волостях из ста семи, входивших в занятую нами территорию.
Надо думать, будь эти условия сближения дела армии с желаниями крестьянства налицо в те дни, когда Русская армия победоносно шла к Москве и освобождена была уже от красного ига половина русской земли, общий ход белого движения был бы иной… И, как знать, может быть дни советской власти были бы сочтены!
* * *
Необходимая подготовительная работа по проведению в жизнь земельного приказа 25 мая 1920 года была закончена к середине июня.
В занятых армией прифронтовых уездах: мелитопольском, днепровском и части перекопского – имелся значительный земельный фонд, подлежавший отчуждению, и так как проведение в жизнь приказа о земле именно здесь, в ближайшем к противнику районе, имело особо показательное значение, то решено было в первую очередь открыть действия уездных по земельным делам советов и посредников в этих уездах, а затем постепенно вводить эти должности в южных уездах. В Ялтинском вовсе не предполагалось открывать земельных учреждений ввиду отсутствия крупных казенных и частных сельскохозяйственного характера владений и курортного значения всей приморской полосы. И здесь волостной земельный совет был учрежден впоследствии лишь для одной байдарской волости, присоединенной к симферопольскому уездному земельному совету. По занятии части бердянского уезда должность уездного посредника была учреждена и в этом уезде.
В начале июня уездные посредники с необходимым для них штатом помощников, землеустроителей и землемеров уже были на местах и приступили к работе. И к концу июля в целом ряде волостей не без больших затруднений, вызываемых военной обстановкой, закончены были выборы в волостные земельные советы. Несмотря на страдное рабочее время, крестьяне все же довольно охотно принимали участие в выборах. В советы прошли в большинстве, казалось бы, лучшие, вполне отвечающие своему назначению, представители. В их числе оказалось немало и местной интеллигенции (учителей, мировых судей, агрономов), а иногда и местных землевладельцев, не исключая даже и крупных.
Немедленно по избрании земельные советы приступили к дальнейшей работе: обследованию земельного фонда волости, подлежащего передаче земледельцам; установлению предельного размера участков, укрепляемых за хозяевами, и составлению предположений о размерах участков сельскохозяйственных угодий, сохраняемых за прежними владельцами; сбору сведений о средней за последние десять лет урожайности и т. п.
Высшие размеры для земледельческих участков, при раздроблении крупных единиц, хотя и оказались впоследствии крайне разнообразными по отдельным волостям в зависимости от местных хозяйственных условий и размера волостного земельного фонда, но их нельзя было не признать достаточно жизненными. Они колебались от тридцати до семидесяти и ста, а кое-где и даже ста пятидесяти десятин на хозяйство; только в некоторых волостях бердянского уезда были понижены до двадцати десятин, а в местностях с преобладающей садовой культурой симферопольского уезда – до десяти.
При составлении предположений о размере участков, неприкосновенно оставляемых их владельцам, волостные земельные советы в большинстве случаев также остановились на цифре сто – сто пятьдесят десятин; но при этом некоторые признавали необходимым учитывать многосемейность владельцев, участие их и членов их семейств в гражданской войне, а в особенности личное ведение хозяйств на месте хозяйства и его культурное значение и т. п. В соответствии с этим доходило до 400, 500 и даже 600 (по симферопольскому уезду) десятин. Были, впрочем, отдельные случаи, когда владельцам предполагалось оставить крестьянскую норму. Все это доказывает с достаточной убедительностью, какою полнейшей свободой в ведении дела пользовались новые земельные учреждения для проведения в жизнь своих представлений о местных пользах и нуждах землеустроительного дела и как далеки были от всякого давления на ход этого дела командированные на места, в помощь населению, представители землеустроительного ведомства.
Передавая земельное дело местным учреждениям, разъясняя населению все значение моего начинания и призыва к работе с армией, я высказывал уверенность, что учреждения эти отнесутся при выполнении возложенных на них обязанностей с полным вниманием к интересам хозяйственной жизни и пользе государственной (правительственное сообщение по земельному вопросу). И могу сказать, что моя уверенность вполне оправдалась. Земельные советы действительно сочувственно откликнулись на мой призыв и отнеслись к своему делу чрезвычайно внимательно, внеся в него горячее желание разрешить поставленную им нелегкую задачу справедливо и, главное, хозяйственно.
* * *
В целом ряде волостей управление земледелия и землеустройства уже открыло ссыпные пункты, куда поступал хлеб, вносившийся крестьянами в счет выкупа за землю.
В середине июля эти пункты были переданы в ведение управления торговли и промышленности.
Объединение деятельности по закупке зерновых продуктов всех правительственных учреждений и лиц северных уездов Таврии возложено было на уполномоченного управления торговли и промышленности Я.Т. Харченко, бывшего председателя таврической губернской земской управы. Им установлены были определенные цены и условия покупки, по которым зерно приобреталось у населения. При совершении этих закупок 75 % уплачивалось деньгами, на 25 % продавец имел право получить из лавок управления торговли и промышленности мануфактуру, сельскохозяйственные изделия и т. п. Вместе с тем к управлению торговли и промышленности был привлечен к хлебному делу и частный капитал.
Управлением выработан был нормальный договор, по которому всякий обязавшийся доставить в один из портов не менее 200 000 пудов зерновых продуктов получал от правительства аванс соответственно стоимости 80 % зерна, обусловленного к поставке.
Контрагент обязан был доставить все зерно, которое вывозилось правительством за границу и продавалось там, причем 80 % из вырученной при реализации суммы в валюте поступали в казну, а 20 % в валюте же уплачивались контрагенту.
Торговый аппарат охотно откликнулся на предложение управления. Имелся уже ряд предложений, было подписано несколько договоров.
Приказом моим от 27 апреля управление юстиции, входившее в состав гражданского управления, выделено было в самостоятельное ведомство. Во главе управления юстиции поставлен был сенатор Н.Н. Таганцев, остававшийся на этом посту во все время нашей борьбы в Крыму. Разумный, тактичный человек, он оказался на высоте положения.
Постепенно лицо новой власти открывалось, и население убеждалось, что это лицо страшно лишь для преступников и изменников.
