class="p">Если бы Санни смог найти ответ, возможно, он смог бы наконец убить Испорченного Монстра.
Воспользовавшись минутным затишьем в натиске лиан, которое ему обеспечило появление Святой, он отвернулся от схватки и попытался понять, на что указывает хозяин отвратительного нароста.
Он отчаянно надеялся, что древний человек действительно пытается на что-то указать, а не просто бьется в конвульсиях от ужасной боли.
«Где это… что это…»
Его взгляд устремился к определенной точке на стене грузового отсека и задержался на ней.
На первый взгляд, в ней не было ничего особенного. Эта часть переборки была такой же, как и все остальные, древней и заросшей бурым мхом. Но, присмотревшись, он заметил небольшой зазор в слое мха, а также странный изгиб лоз, растущих на этой стене.
Казалось, что они тоже хотят избежать чего-то, застрявшего в деревянных досках.
Это должно было быть оно!
Однако Санни ничего не увидел в маленькой круглой щели, только щепку дерева, торчащую из нее под острым углом. Его сердце билось, как дикий зверь в клетке, снедаемое в равной степени надеждой и отчаянием.
Бросив взгляд на Святую, которая медленно тонула в потоке ползучих лиан, он на мгновение замешкался, а затем бросился к стене, вместо того чтобы присоединиться к ней в борьбе.
«Должно быть что-то… должно быть!»
Он был уверен, что древний человек указал на этот участок стены не просто так. Вернее, он на это надеялся…
Перепрыгивая через атакующую лозу и шатаясь из стороны в сторону, чтобы избежать еще одной, Санни резал, рубил и рвал свой путь через грузовой трюм, чувствуя, как на его теле появляются все новые раны, а в кровь поступает все больше яда.
В этот момент даже Плетение Крови с трудом противостояло смертельному токсину. Что ж… было просто чудом, что он вообще смог устоять, учитывая, что яд исходил от существа на целых два ранга выше Санни. Родословная Ткача действительно была ужасающей. Возможно, была причина, по которой она была названа запретной…
Наконец, Санни перерезал последнюю лозу на своем пути, оставив ее изломанной и обожженной, и врезался в заросшую переборку возле небольшого провала в буром мхе. Хрипло дыша, он уставился на нее с силой, достаточной, чтобы расплавить камни.
«Подожди… это оно?»
Его глаза слегка расширились.
То, что он принял за щепку, оказалось чем-то другим.
Там, на стене грузового отсека, глубоко воткнутый в нее чьей-то рукой, лежал довольно простой на вид нож. Однако его форма была очень знакома Санни.
Он был точно таким же, как нож, лежавший на белом алтаре Святилища Ноктиса, за исключением того, что этот нож не был вырезан из цельного куска обсидиана.
Однако он также не был вырезан из слоновой кости.
…Вместо этого он, казалось, был полностью сделан из дерева, как будто ветка дерева каким-то образом выросла в форме ножа, а затем была отломана, чтобы стать им.
«Что это значит?»
Санни позволил себе на долю секунды остаться в замешательстве и недоумении, а затем решительно схватился за рукоятку ножа.
«Действуй сейчас, думай потом! Черт возьми… пожалуйста, не говорите мне, что мне нужна тысяча монет, чтобы поднять и этот!»
К счастью, на этот раз обошлось без подношения. Хотя это потребовало некоторых усилий, мгновение спустя деревянное лезвие выскользнуло из того места, где оно было воткнуто в стену, и Санни обнаружил, что держит в одной руке Жестокий Взгляд, а в другой — странный деревянный нож.
Но тут произошло еще кое-что.
Как только он положил руки на деревянную рукоятку, все лианы в грузовом отсеке с бешеной яростью устремились в его сторону, совершенно забыв о Святой и ее злобном мече.
Санни побледнел.
«Черт!»
Прежде чем масса извивающихся лиан смогла раздавить его, он оставил все попытки убежать и протянул руку вперед.
…Деревянный нож выскользнул из его хватки, прочертил в воздухе резкую дугу и был ловко пойман Святой.
Не упуская возможности, которую дала ей внезапная перемена в поведении Испорченного Монстра, молчаливая демоница тут же бросилась к пульсирующей массе коричневого мха… и вонзила деревянный нож прямо в один из пустых глаз древнего человека.
В следующее мгновение вся развалина содрогнулась.
Масса мха с силой сжалась, отбросив Санни. Лозы внезапно потеряли всякое подобие координации и яростно затрепетали, заставив Санни отступить как можно ближе к стене. Но море черных шипов было всего в нескольких сантиметрах от его лица, бушуя в хаотичных движениях.
Даже коричневый мох, к которому он был прижат, казалось, бился в конвульсиях, как будто его переполняла невыносимая боль.
Несмотря на все это, единственное, что видел Санни, был оставшийся глаз ужасно деформированного древнего человека.
Несколько мгновений он смотрел на него, и пустота, и тьма медленно уступали место чему-то другому. Чувству облегчения, настолько огромному, что оно выходило за рамки эмоций.
Затем и этот взгляд избавления исчез.
Ужасный глаз снова был пуст, теперь уже окончательно и навсегда.
Голова древнего человека безжизненно откинулась назад.
И как только это произошло, лианы внезапно тоже упали на землю, мертвые и неподвижные.
Внезапно ослабев, Санни бессильно сползл на пол.
Голос Заклинания прошептал ему на ухо:
[Вы убили Испорченного Монстра, Червивая Лоза.]
[Вы убили Трансцендентного человека, Солвейн.]
[Ваша тень становится сильнее.]
Глава 521. Несокрушимая Цепь
Сидя на полу грузового трюма, прижавшись спиной к мягкому и губчатому слою гниющего коричневого мха, Санни наклонился и сплюнул полный рот крови. Хрипло дыша, он некоторое время смотрел на нее, а затем устало откинулся назад.
Он чувствовал себя не слишком хорошо.
[…Ваша тень становится сильнее.]
На его лице появилась горькая улыбка.
«Что? И это все?»
После всего, что только что произошло, Санни почувствовал, что действительно заслуживает большего.
На этот раз его надежды были не напрасны.
Заклинание немного помолчало, как бы пытая его, а затем добавило:
[Вы получили Память.]
«…Так-то лучше.»
После этого он застонал и закашлялся кровью.
Вокруг Санни коричневый мох гнил, увядал и превращался в пыль. То же самое происходило и с мерзкой массой лиан, хотя и медленнее. Теперь, когда и Испорченный Монстр, и его хозяин были мертвы, древняя развалина, казалось, очищалась.
Однако он не мог обратить внимания на эти изменения и был полностью сосредоточен на своем жалком состоянии.
Несмотря на то, что вся битва заняла меньше минуты, Санни получил много ран. Его тело было пронзено и разорвано черными шипами, а по венам текло слишком много яда. Одна из его связок, похоже, тоже была серьезно порвана, что принесло ему сильную боль
