не напугать. Девочка поднимает голову, смотря заплаканными глазами. С доверием и интересом. Трогаю руками ее темные волосики, сама едва не плача. Малышка начинает улыбаться, успокаиваясь моментально. Протягивает ручки для того, чтобы я ее обняла. В этих выразительных добрых глазах утонуть можно. Не выдерживая беру малышку на руки, прижимая к себе. Поднимаюсь, начиная ее укачивать. Дохожу до двери, выглядывая в коридор. Наверняка там во дворе с ней была няня, но куда она делась? Хочется прокричать, но я даже не знаю ее имени. Возвращаюсь в комнату, подбирая с пола первую попавшуюся игрушку. Подаю ее малышка, но так отшвыривает ее в сторону, цепляясь за меня своими крохотными ручонками. Успокаивается, устраивая голову на моем плече.
— Тебе никто не разрешал приближаться к ребенку! — Грубый голос Кинга вынуждает оторопеть, замерев на месте. Подходит ближе. Глаза яростью наполнены. Эмир хочет вырвать малышку, но почему-то сдерживается, когда она начинает хныкать. Интуитивно качаю девочку, сильнее прижимая к себе.
Спустя несколько секунд в комнату вбегает та самая девушка, и, видя все происходящее моментально теряется.
— Ты не должна оставлять ребенка без присмотра. — Эмир начинает гневно орать на девушку, жестикулируя руками.
— Я вышла всего на минуту. Малышка тихо играла с куклой. Господин, Эмир, — почти плача оправдывается, не смотря в глаза Кинга, — простите. Подобного больше не повториться. — Давайте мне ребенка. — Девушка подходит ко мне и только прикасается к малышке, как та начинает кричать, еще сильнее вцепляясь пальцами в мою футболку.
— Никогда не оставляй ее одну. — Эмир настойчиво продолжает ругаться, перемещая свой взгляд на меня.
— Эсма скучает по своей маме. — Осмеливаясь, высказывает предположение, не понимая, что это еще больше сможет разозлить Эмира.
— Замолчи, и займись, наконец, своими прямыми обязанностями. — Резко обрывает размышления девушки, боясь, что она невзначай скажет что-то лишнее. Не церемонясь, забирает из моих рук ребенка, и бережно качает, подходя к кроватке. Смотреть на то, как Кинг относится к этому ребенку до изнеможения невыносимо. Понимая, что я здесь лишняя, разворачиваюсь, выходя из комнаты. Быстро добираюсь до лестницы, начинаю спускаться по ступенькам.
— Стой. — Движение. Рывок. Эмир, хватая меня за плечо, останавливает.
— Я не останусь здесь больше ни секунды. С меня хватит. Оставь меня в покое, Кинг. — Озлобленно. Дергаюсь, отшвыривая его руку. — Возвращайся к своей дочери!
— Не переживай, о ней есть кому позаботиться. И если ты сделала свой выбор, можешь возвращаться домой. — С горечью в голосе. Избегая прямого зрительного контакта. Доставая из своего кармана, возвращает мой мобильный телефон, который лежал в сумочке. Эмир вытащил его, опасаясь, что я вызову Виктора или позвоню Киллиану. — Больше не смею задерживать. — Разворачивается, уходя прочь. Давая мне полную свободу действий.
Практически бегом спускаюсь по ступенькам на первый этаж. Выхожу на улицу, видя перед собой заведенную машину с водителем. Снимая блокировку с экрана, захожу в контакты, нажимая на номер Виктора. Подношу телефон к уху, слыша несколько длинных гудков.
— Виктор, нам нужно поговорить. Я скоро буду дома. — Быстро проговариваю, когда слышу, что мужчина поднял трубку.
— Что-то случилось? — Спрашивает с опаской, ожидая немедленного ответа.
— Нет. Но мне нужна дополнительная охрана. Все расскажу при встрече. — Обхожу машину, ступая ногами на лужайку. Прямо к брошенному детскому мячику.
— Тебе звонила девушка по имени Нейхан. — Виктор начинает что-то рассказывать, но я словно не слышу его.
— Перезвоню ей. — Монотонно отвечаю, тут же завершая вызов. Убираю телефон в сумку, и смотрю на мячик, который остро врезался в память.
Сама не понимая зачем, поднимаю его, сдавливая руками. Боже, за что же мне снова все эти испытания?! Боль. Жуткое жжение за грудиной не отпускает. Но, несмотря на все это, не могла отрицать, что сегодняшней ночью Эмир спас мою жизнь. Правда об этом грязном бизнесе опасна и непредсказуема. Ощущение, что я подобралась очень близко, не давало покоя. Совсем скоро мне откроется имя человека, основавшего эту мерзкую империю. Решительно думая об этом, вспоминаю о том, что рассказывала только на занятиях с психологом. В последнее время вижу во сне отрывки, которые кто-то умело стер из моей памяти. Это не сумасшествие. Реальность, которую я не должна была узнать.
Глава 54
Эмир.
Судьба возвращает то, что когда-то мы ей добровольно отдали. Рано или поздно она, сжалившись, делает поблажки, начиная подталкивать в нужном направлении. И когда хочешь что-то исправить, понимаешь, что трудно сказать словами, что захоронено в душе. И хочется сбежать по дальше, даже не понимая, что от себя не скрыться. Мы носим все в душе. Внутри. Заражая свой внутренний мир этим ядом. Обстоятельства не позволяют расслабиться и сконцентрировать разум. Наплевать на все предрассудки и опасения, и поступать так, как велит сердце. Чертовых два года я пытался научиться сосуществовать с болью. Но ни черта не вышло. Как можно дольше оттягивал личную встречу с Клео, понимая, что не имею права возвращаться в ее жизнь. И где-то внутри все еще не могу простить того, как она поступила с нашим ребенком. Время не способно вылечить. Заживить раны, приказав им больше не кровоточить. Сжимая руки в кулаки, пристально смотрю в окно, наблюдая, как машина с Клео отъезжает от моего дома. Привезя ее сюда прошлым вечером, понимал, что удерживать долго рядом с собой не смогу. Она свободная. Сильная и бесстрашная. Клео стала женщиной, которая способна вгрызаться в глотку, защищая собственные интересы. Она, правда, стала совершенно другой. Не дыша. Выпитый алкоголь слега кружил голову. На самом деле я очень редко позволял себе изрядно напиваться, понимая, что сейчас в моей жизни гораздо больше ответственности, чем было раньше. Но порой.… Стискиваю зубы, вспоминая приступы боли, которые накатывали словно цунами, доводя меня до предела. Я не мог справиться с собственными мыслями и чувствами. С самой юности закалял свой характер, думая, что никакие трудности не способны вывести из равновесия. И только длинными мучительными ночами, осознавал, как сильно ошибался. Два года очень долгий срок. Но эти проклятые семьсот тридцать дней стали для меня кромешным адом. Но сейчас добровольно отпуская Клео из своего дома, я точно знал, что она будет в полной безопасности. Охрана Виктора и мои люди, позаботятся, чтобы с Клео ничего плохого не произошло. И чип, внедренный в Клео прошлой ночью, постоянно будет показывать локацию, пока она решила задержаться на Востоке. Черт! Почему же этой несносной девчонке не сиделось в Америке?! Зачем она влезла в эту грязь, зная, насколько это может быть опасно для ее жизни?! Вернувшись в Дубай, Клео нарочно
