устремления в жизни, ибо она также была искателем истины. Рене Генон направил их к ещё одному гуру, который назначил для них очень суровую
садхану — распевать магические формулы — чему они скрупулёзно следовали. В течении этого времени, будучи острым интеллектуалом в дополнение к искателю истины, Осборн изучал и даже одновременно практиковал доктрины суфизма, буддизма, христианства и веданты, набираясь отовсюду мистических знаний. И оцените красоту — всё это готовило его к финалу. Затем он получил работу в университете Бангкока в Таиланде и перевёз туда свою жену с троими детьми. Куда бы он ни поехал, он всё время сохранял контакт с группой Рене Генона. Один из членов этой группы, Дэвид МакАйвер, послал им фотографию Раманы Махарши и две его книги. Он также предупредил их, что Рамана Махарши не гуру, так как не даёт посвящений и не принимает учеников. Но Артур и Люсия были очарованы портретом Бхагавана и надумали поехать в Индию и встретиться с ним.
Так как лето было очень жарким, сперва они отправились в Кашмир, где их встретил Дэвид МакАйвер, который также владел коттеджем напротив Раманашрама. Проведя там несколько недель, Осборну нужно было возвращаться в Бангкок. К счастью Дэвид пригласил к себе миссис Осборн и троих детей и отвёз их в Тируваннамалай. Когда Осборн приехал в Бангкок, разразилась Вторая Мировая Война; его арестовали японцы и посадили в тюрьму. Он провёл там три с половиной года. Единственным утешением для Осборна в плену была фотография Бхагавана и две книги. Что-то побудило его взять эти три вещи, когда японцы пришли в кампус его арестовывать. В тюремном лагере он развёл прекрасный сад и ухаживал за ним. Его личность и беседы, которые он вёл, привлекли к нему многих людей. Среди них был Луис Хёрст, который пришёл к Бхагавану после Второй Мировой Войны.
А в далёком Тируваннамалае миссис Осборн уже получила даршан Бхагавана. В тот миг, когда она встретила взгляд Бхагавана — Бхагаван пристально на неё посмотрел — она почувствовала преображение. Бхагаван взял на себя особую заботу о миссис Осборн и её детях. Своему мужу в тюрьму она писала о том, что глаза Бхагавана обладали невинностью ребёнка вкупе с неизмеримой мудростью и огромной любовью мудреца. А в это время дети молились Бхагавану: "Бхагаван, мы пишем письма нашему отцу, но не знаем, жив он или нет. Пожалуйста, сохрани ему жизнь и скорее верни его."
Осборн говорил мне, что иногда в тюрьме видных британских узников уводили и казнили. Когда охранник пришёл за Осборном, все подумали, что его расстреляют. Осборн рассказывал: "Последними вещами, на которые я кинул взгляд, были портрет Бхагавана и две его книги. Когда меня вывели перед строем солдат, я закрыл глаза. Я не молился Бхагавану, но его образ появился перед моим взором, и по какой-то неизвестной причине они развязали меня и посадили в концентрационный лагерь."
Пока он претерпевал мучения, его дети здесь в Тируваннамалае продолжали молиться Бхагавану о возвращении своего отца живым и невредимым. Бхагаван не отвечал, пока не кончилась война. В день, когда Осборн был выпущен с первой партией из сорока заключённых, Бхагаван ответил на молитву его сына Адама: "Да, отец Адама возвращается." Когда Осборн прибыл на Аруначалу, он был в почти невменяемом состоянии из-за пыток в концентрационном лагере. Умных людей подвергали пыткам, промывая им мозги. Когда Бхагавану сообщили о том, что Осборн скоро прибывает на поезде, его служащий Т. П. Рамачандра Айер, видя участие Бхагавана, спросил: "Можно, я тоже пойду?" Бхагаван ответил: "Да, вы тоже ступайте." Таким образом, представитель Бхагавана тоже присутствовал при возвращении Осборна. Единственный человек, которого он смог признать в своём бедственном состоянии, была его жена. Она со слезами пришла к Бхагавану. Бхагаван сказал ей: "Пожалуйста, приводите Осборна сюда утром и вечером и усаживайте там, где я бы мог его видеть." Так продолжалось до тех пор, пока он полностью не поправился, и даже после того. Осборн говорил мне: "Бхагаван следил за тем, чтобы я был в поле его зрения. Однажды, когда пришли двое или трое и сели между мной и Бхагаваном, он даже попросил их пересесть куда-нибудь, чтобы он мог меня видеть, что для него было очень и очень необычно."
Однако, Бхагаван не сразу открылся Осборну. Спустя несколько дней в день празднества, Бхагаван сконцентрировался на нём и изменения пришли со всей грандиозностью. Вот как Осборн описывает это: "Бхагаван сел напротив меня, и его светоносные очи пронзили меня, проникая в самую сокровенную глубину с силой, которую я не в состоянии выразить. И из недр моего существа возникла тишина, бездна покоя и неописуемая лёгкость и счастье." Так написано в книге. Сам же Артур Осборн сказал мне вот что: "Два прожектора проникли в моё тело и обожествили каждую клетку в нём, и это была моя первая инициация и первая реализация."
После этого Осборн начал понимать, на что способны милость и благословения гуру. Именно эта инициация взглядом вдохнула в него жизнь и позволила следовать учениям Шри Бхагавана о Самоисследовании — поиску, идеально подходящему его склонности к интеллекту. Бхагаван постоянно изливал на него свою любовь и внимание. Осборн методично каждое утро и вечер приходил к Бхагавану, всё глубже и глубже проникая внутрь. Он вполне понимал, что имел в виду Бхагаван, говоря, что единственная цель внешнего гуру это призвать внутреннего. Когда он пришёл к Бхагавану, МакАйвер вновь напомнил ему, что Бхагаван не гуру, что он никогда не даёт инициацию и не принимает учеников. Теперь же Осборн чувствовал, что если Бхагаван не гуру, то слово 'гуру' вообще не имеет смысла. Бхагаван своим взглядом инициировал его и сделал учеником. Поэтому в том, что Бхагаван принимает учеников, у него не возникало сомнений.
Постоянная практика Самоисследования под внешним и внутренним руководством Бхагавана начала пробуждать в нём Самоосознание. "Ошибочная теория, что Бхагаван не гуру, просто испарилась в полном сиянии его милости," говорил Осборн. Инициация и её последствия изменили курс его духовной жизни. Он больше не мог практиковать свои прежние методы садханы. Он чувствовал себя немного смущённым этим и просил разрешения Бхагавана оставить их. Бхагаван немедленно дал разрешение, сказав: "Да, все методы ведут только к Самоисследованию."
Наступил момент для принятия окончательного решения. Он жил с Бхагаваном, когда британское правительство объявило, что всем выпущенным на свободу военнопленным в Индии будет предоставлено жильё со всеми удобствами. Британская Высшая Комиссия посылала Осборнам письмо за письмом. Они даже не
