Гений!
— Это тебе марсианка любовное письмо прислала, Сашулечка, — кокетливо взмахнув ресницами в сторону смущенного паренька, проворковала хорошенькая пятикурсница.
От этого ее взгляда пунцовый румянец окрасил не только лицо паренька, но разлился во всю ширь, охватив его уши и шею. Однако Ада Эрнестовна, выпрямившись, вновь взяла мел, и зал мгновенно стих.
— Не стоит смеяться, Саша Мстиславский прав, — она чуть подождала, пока уляжется вызванный ее словами гул, — однако пока об этом говорить не будем, а продолжим наш разговор по теме, потому что время у нас строго ограничено. Еще раз хочу напомнить, что сегодня у нас последняя лекция, девятнадцатого и двадцать первого июня консультации, двадцатого и двадцать второго — экзамены.
После лекции профессор Муромцева торопливо вышла из аудитории, предоставив лаборантке разбираться с демонстрационными материалами, и направилась в свой кабинет. К концу дня усталость давала себя знать, и ей хотелось поскорей остаться одной, заварить крепкого чаю и посидеть в тишине, отключившись от всего, что происходило вокруг.
Ада Эрнестовна налила воды в термостойкий стакан, бросила в него кипятильник и откинулась на спинку стула, пристально наблюдая, как мелкие пузырьки струйками бегут вверх от быстро нагревающегося металла. В этот момент в кабинет робко постучали.
— Да, — недовольно сказала она.
В приоткрывшуюся дверь заглянул Саша Мстиславский.
— Ад-да Эр-рнестовна, п-п-простите, п-п-пожалуйста, изв-вините, с-совсем на м-м-минуточку, м-можно? Т-только од-дин в-вопрос — с-совсем од-дин.
Профессору Муромцевой не нравилось, когда студенты и аспиранты прибегают со своими вопросами в не назначенные им часы, поэтому голос ее прозвучал крайне резко:
— Что такое?
— Это п-правда? Та к-криптограмма, что в-вы показали на л-лекции, я… — он растерянно смолк.
Этот застенчивый мальчуган чем-то вдруг напомнил Аде Эрнестовне ее младшего брата Сережу в юности. Не внешне — тот никогда не был щуплым, не заикался и не носил очков. Однако глаза его, когда он начинал рассуждать о своих бактериях, светились тем же блеском неукротимого любопытства. Она тяжело вздохнула:
— Зайдите, сядьте. Чаю хотите?
— Н-нет, ч-что вы, н-нет! — в его голосе послышался благоговейный ужас.
Он неловко примостился на краюшке стула, испуганно следя, как Ада Эрнестовна заваривает чай и кладет в стакан сахар.
— Итак, что вы конкретно хотите знать об этой криптограмме?
— Эт-та т-тайнопись… она д-действительно п-прислана из к-космоса?
— Эта тайнопись прислана цивилизацией, имеющей внеземное происхождение. Но не из космоса. Представители цивилизации, о которой я говорила, сосуществуют на Земле рядом с людьми, они жаждут общения с нами, и уже более десяти лет мы налаживаем контакт, узнавая друг о друге все больше и больше.
— Н-но… где же они? — паренек напряженно подался вперед, и рот его сам собой удивленно открылся.
— Это представители микромира, их нельзя увидеть невооруженным глазом, но существование их и влияние на окружающий мир — объективная реальность. Они тоже воспринимают нас по-своему, но стремление двух разумных цивилизаций найти контакт сильней всех преград. Криптограммы, подобные той, что вы видели на лекции, образованы окрашенными телами этих бактерий. Почти пятнадцать лет я занимаюсь их расшифровкой и знаю уже достаточно много.
— К-когда он-ни т-точно прибыли н-на 3-землю? В-вы сп-прашивали их, к-каким т-тогда б-был м-мир?
— Видите ли, в реальности все гораздо сложнее, чем в фантастическом романе. Мы не можем задавать им конкретных вопросов — сесть, например, с ними за стол и побеседовать в дружественной обстановке, как представители компартий разных стран.
Ада Эрнестовна вдруг сообразила, что подобное сравнение можно счесть политически некорректным, и замолчала, сама на себя рассердившись. Саша почесал нос и вздохнул.
— П-понимаете, Ада Эрнестовна, м-можно в-ведь, — он не договорил, потому что дверь с легким скрипом вновь приоткрылась, в образовавшейся щели мелькнула очаровательная мордашка и тут же исчезла.
Саша вспыхнул — мордашка принадлежала той самой хорошенькой девице с пятого курса, которая беззастенчиво поддразнивала его на лекции. Ада Эрнестовна мягко заметила:
— Кажется, вас ждут, Сашенька.
— Да н-нет, это н-не меня, — паренек печально понурился и начал объяснять, заикаясь сильнее, чем обычно: — Ан-ня Рюмин-на и Д-д-даша Ч-ч-чистякова хот-тели инт-тервью у в-вас в-взять, н-но все с-стояли под дверью и не р-решались постучать, пот-тому что б-боялись, что вы р-рассердитесь и их п-прогоните. А я п-постучал и з-зашел, и т-теперь он-ни з-з-злятся.
— Какое еще интервью?
Голос Ада Эрнестовны прозвучал резко и довольно громко. Из-за этого, очевидно, пребывавшие за дверью решили, что вопрос обращен непосредственно к ним, потому что мордашка появилась вновь и пояснила:
— Мы — ну, я и Даша, — она ткнула пальцем куда-то в коридор, — собираем материал.
— Какой еще материал?
Хорошенькая студентка, вдруг оробев, чуть подалась назад, но тут из-за ее спины выступила еще одна девица — худенькая, с гладко причесанной головкой — и на одном дыхании проговорила:
— Я Дарья Чистякова, корреспондент газеты «Мир криптографии». Нашим читателям было бы интересно узнать ваше мнение по некоторым вопросам.
— «Мир криптографии»? — Ада Эрнестовна добросовестно попыталась вспомнить, что это за газета, но так и не смогла.
— «Мир криптографии» — печатный орган комитета комсомола нашего института. Мы освещаем текущие события студенческой жизни, публикуем информацию о последних достижениях в области криптографии и криптоанализа, а также помещаем наши интервью с ведущими специалистами, — важно пояснила Даша и дрогнувшим голосом добавила: — Мы недолго — только два слова для следующего номера. Мы ведь понимаем, что вы устали.
Глядя на ее решительное лицо и угловатую фигурку, Ада Эрнестовна подумала, что вокруг Даши вряд ли вьется толпа потерявших голову воздыхателей. Подумала и сама на себя рассердилась — что за чушь приходит в голову на старости лет.
— И что же такое ваши читатели хотят от меня услышать? — сухо спросила она, подливая себе в кружку кипяток из чайника. — Да вы садитесь куда-нибудь, что вы стоите.
Обрадовавшись, Даша и Аня немедленно разместились на двух стоявших у стены стульях. Саша Мстиславский, не обращая внимания на сердитые взгляды девушек, пристроился на подоконнике — ясно было, что до окончания интервью уходить он не собирается. Даша, не решившись спорить с ним в присутствии Ады Эрнестовны, с деловым видом вытащила блокнот и авторучку.
— Ада Эрнестовна, сейчас на лекции вы говорили, что на Земле, возможно, кроме нас есть другие разумные существа. Когда, примерно, они прилетели на Землю?
Поскольку Даша начала с последнего вопроса, заданного Сашей Мстиславским, Ада Эрнестовна пришла к выводу, что девчушки от начала до конца подслушивали их беседу, стоя под дверью.
— Я уже объясняла Саше, что мы с ними живем в разных мирах. У нас разные методы счета времени, мы мыслим разными категориями и поэтому не можем вести диалог — задавать вопросы,
