За озером русло реки снова поворачивает к югу. Сент-Джонс здесь просто небольшой ручей, берущий начало тридцатью милями южнее, между 28° и 27° северной широты. Тут он уже совершенно несудоходен, и Джемсу Бербанку, к его величайшему сожалению, пришлось продолжать путь по суше, по труднопроходимой, большей частью болотистой местности, через нескончаемые леса со множеством топких оврагов и мелких речушек, крайне затруднявших движение пешеходов.
Пристали к берегу. Оружие и тюки с провиантом распределили между неграми. Это был народ крепкий, и такая поклажа его не слишком обременяла. Все было заранее рассчитано, и задержек опасаться не приходилось. Для устройства лагерной стоянки также требовалось не более нескольких минут.
Прежде всего Джилберт с помощью Марса постарался как можно надежнее спрятать лодку, чтобы она не попалась на глаза флоридцам или семинолам, если бы им вздумалось забрести на берега озера Вашингтона. Ее следовало сберечь и на ней же вернуться обратно.
Сняв предварительно мачту, лодку легко было спрятать в укромном местечке под нависшими густыми ветвями среди гигантских камышей, которыми поросли берега озера. Хорошо скрытая в зелени, она была совершенно незаметна с берега.
Вероятно, так же поступили и с другой лодкой, с той, на которой везли Зерму и Ди и которую так настойчиво искал Джилберт. Тексар тоже, конечно, не мог плыть дальше по реке и вынужден был оставить свою лодку где-то здесь поблизости. То, к чему прибегнул теперь Джемс Бербанк, должен был в свое время сделать и испанец. Поэтому лодку его разыскивали тщательнейшим образом до самого наступления темноты. Найдись она - это послужило бы неопровержимым доказательством того, что Тексар действительно плыл по реке до озера Вашингтона.
Однако поиски оказались тщетными: может быть, потому, что лодку искали на сравнительно небольшом пространстве, а возможно, и потому, что испанец не помышлял о возвращении и просто-напросто ее уничтожил
Каким мучительным для пленниц был, вероятно, путь от озера Вашингтона до Эверглейдских болот! Мулатка несла, конечно, девочку на руках, терпела брань и побои, не поспевая за мужчинами, привычными к большим и трудным переходам; она спотыкалась и падала, стараясь уберечь при этом ребенка и забывая о себе. Эта печальная картина рисовалась каждому... При мысли о том, сколько страданий должна была вынести его жена, Марс, бледнея от бешенства, твердил:
- Я убью Тексара!
Добраться бы только поскорее до острова Карнерал и захватить злодея, причинившего так много зла семье Бербанка и похитившего у него, Марса, его жену Зерму!
Привал для ночлега был устроен на небольшом мысе на северном берегу озера. Пускаться в путь ночью по незнакомой местности было опасно, и, посовещавшись, путники решили дождаться рассвета. В густом лесу легко заблудиться, а потому рисковать не стоило.
Ночь прошла благополучно. В четыре часа, едва забрезжило утро, был дан сигнал к выступлению. Чтобы нести вещи, хватало и половины негров, так что они могли сменять друг друга.
Все члены экспедиции, не исключая и негров, были вооружены карабинами Минье, которые заряжаются одной пулей и четырьмя картечными патронами, а также имели при себе револьверы Кольта, получившие широкое распространение с начала междоусобной войны. При таком вооружении можно было дать отпор отряду семинолов человек в шестьдесят, а в случае необходимости атаковать и Тексара, будь с ним даже такое же количество сторонников.
Решено было держаться возможно ближе к берегу Сент-Джонса. Река текла с юга от озера Окичоби, извиваясь тонкой нитью по бесконечному лабиринту лесов. Чтобы не сбиться с пути, достаточно было идти берегом. Путники так и поступили.
Это оказалось довольно легко. Вдоль правого берега реки вился какой-то след, напоминавший тропинку, словно здесь к ее верховьям тянули волоком небольшую лодку. Отряд шел быстро, Джилберт и Марс - впереди, Джемс Бербанк и Эдвард Кэррол - сзади; управляющий Пэрри шел вместе с неграми, которые, сменяясь через каждый час, несли поклажу.
Перед отправлением в путь наскоро закусили. Решено было строго придерживаться такого распорядка: в полдень - обед, в шесть часов вечера - ужин, после ужина - снова в путь, а если станет так темно, что нельзя будет двигаться дальше, - короткий привал.
Сперва пришлось идти вдоль восточного берега озера Вашингтона, берега довольно низкого и очень топкого. Потом потянулись леса, сначала довольно редкие и небольшие, что зависело от породы самих деревьев.
Тут росли мелколистные кампешевые деревья с гроздьями желтых ягод, из коричневатой сердцевины которых добывается краска; росли тут и мексиканские вязы и гвазумы с пучками белых цветов, широко применяемых для различных домашних надобностей и, в частности, как утверждают, для лечения самого упорного насморка. Попадались кое-где также хинные деревья, но здесь они напоминали скорее кустарник, тогда как у себя на родине, в Перу, это действительно великолепные большие деревья. Яркие цветы горечавки, амариллиса, ласточника, тонкие стебли которого идут на производство тканей, образовали пестрые клумбы, которых никогда не касалась рука искусного садовника. Как утверждает один из самых компетентных исследователей Флориды[27], цветы всех этих растений, «желтые или белые в Европе, приобретают в Америке разнообразнейшие красные оттенки - от нежнорозового до пурпурного».
К вечеру вся эта растительность сменилась кипарисами, которые тянутся уже до самого Эверглейдса.
За день пройдено было около двадцати миль. Джилберт поинтересовался, не устали ли его спутники.
- Мы готовы хоть сейчас идти дальше, - ответил за всех один из негров.
- А не заблудимся ли мы ночью? - заметил Эдвард Кэррол.
- Ни в коем случае, - заверил Марс, - ведь мы попрежнему будем держаться берега Сент-Джонса.
- К тому же ночь ожидается светлая, - прибавил молодой Бербанк. - Небо совершенно безоблачно. В девять часов взойдет луна и будет светить нам до самого утра. Да и ветви у кипарисов довольно редкие, так что в кипарисовом лесу гораздо светлее, нежели в любом другом.
Итак, решено было двинуться дальше. Пробыв в пути почти всю ночь, утром отряд решил отдохнуть и позавтракать под одним из гигантских кипарисов, которыми изобилуют леса в этой части Флориды.
Тому, кто никогда не видал этих чудес природы, представить их себе очень трудно. Вообразите зеленеющий луг, раскинувшийся на высоте более ста футов над землей и поддерживаемый прямыми, словно точеными стволами, луг, по которому вас так и манит пройтись. Внизу болотистая и топкая земля, она всегда покрыта водой, ибо почва уже не впитывает влаги. Здесь кишмя кишат змеи, лягушки, черепахи, жабы, ящерицы, скорпионы, пауки и всевозможные виды болотной птицы. Выше, словно падучие звезды, проносятся золотистые иволги, резвятся среди ветвей белки, и болтливые попугаи наполняют лес своим оглушительным гомоном. Диковинная, но труднодоступная для исследователя страна!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
