- Отлично выглядишь, - признал Антон и жадно пробежался взглядом по моей фигуре, задерживаясь на груди, тонкой талии, подчеркнутой тонким кожаным ремешком, и бедрах.
- Взаимно. Ты тоже ничего. Дорогие костюмы идут тебе куда больше, чем ковбойские шляпы.
- Язва.
- Поехали, Тош.
Рита уже ждала нас за столиком, уютно устроившись у окошка. Потягивала апельсиновый сок, болтала ногами и смотрела на прохожих, улыбаясь чему-то своему. Ничуть не изменилась. Сколько лет прошло, вроде бы должна была жизнь чему-то научить, или, по крайней мере, активировать инстинкт самосохранения, но этого не случилось, и девушка осталась такой же открытой, доверчивой, наивной и доброй, что и раньше. Но ее добро и "хорошесть" не тяготили меня, как те, что принадлежали Ромке.
Я могла быть какой угодно рядом с ней. Шокировать ее, провоцировать, говорить вещи, которые ее пугают и возмущают, которые могли бы сломать ее мировоззрение, но все та же чертова человечность никогда не давала этому случиться. Я могла быть собой с Риткой, и пусть мы с ней абсолютно разные, как внешне, так и внутреннее, ощущение комфорта и умиротворенности не покидали никогда. Ее добро не носило навязчивый и избирательный характер.
Пусть внутренне Рита осталась прежней, внешне она поменялась. Она не выглядела бедной или нуждающейся, она выглядела ухоженной и дорогой. За столько лет муштры в доме Элеоноры Авраамовны я научилась разбираться в одежде - и мужской, и женской. Я научилась смотреть на качество, на стиль, строить продуманные образы и носить одежду правильно, не просто как что-то, защищающее тело от холода, ветра или снега, а как часть себя, продолжение личности и индивидуальности. И я могла на глаз определить качество одежды, фирму и приблизительную стоимость. Так вот, Рита одевалась жутко, на мой взгляд, в какие-то допотопные длинные юбки в пол, широкие кофты, да еще и нацепляла на руки множество браслетов и ниток, причем каждая деталь ее гардероба была странного цвета, но сами вещи без сомнения являлись дорогими, несмотря на их простоту и потрепанность. Ткань, швы, покрой... Рита явно закупалась не на рынке. Весьма интересная особенность человека, который готов последнюю нитку отдать всему миру.
Увидев нас, Рита радостно вскочила, ослепительно улыбнулась и кинулась мне на шею. Словно скучала безумно и теперь была до ужаса рада меня видеть. Я вопросительно покосилась на рядом стоявшего Антона, который, как ни в чем не бывало скалился, не собираясь мне помогать, а потом осторожно погладила девушку по спине, поспешно отстраняясь.
- Саша! Как я рада тебя видеть.
- Я тебя тоже, - сдержанно улыбнулась краешком губ и похлопала ее по руке. Ритка отпускать меня не спешила, цеплялась за меня и жадно рассматривала, как будто действительно скучала и вспоминала, что было сложно представить, учитывая, сколько прошло лет. Ее оптимизм меня пугал, и я поторопилась отступить поближе к Антону. - Отлично выглядишь, Рит.
- Ты тоже, Саша, - она приложила руки к груди и завертелась вокруг меня, осматривая со всех сторон. - Такая красавица стала! Не узнать просто! И поправилась. Ты очень красивая. И уверенная.
- Я знаю. Ну что, смотрины закончились и мы можем, наконец, сесть?
Она не обратила внимания на мой грубоватый тон.
- Да-да. Давайте.
Целый час мы рассказывали о себе. Каждый хвастался и давал понять, как многого он добился за прошедшие годы. Антон про стриптизерское прошлое умолчал, просто сказал, что открыл свою элитную ветеринарную клинику. Правда, Рите и в голову не пришло поинтересоваться, откуда у молодого парня без гроша в кармане такие деньги. Я многозначительно хмыкнула, за что получила по коленке, но промолчала, а про себя рассказала кратко и сжато, не испытывая желания открываться Тохе.
- А ты, Рит? - дождавшись, когда закончит хвалиться мужчина, я спросила то, что и послужило причиной приезда сюда. - Как живешь?
Она тряхнула яркой кудрявой головой.
- Отлично.
- Это я уже заметила. Чем занимаешься?
- Да всем, чем придется, - легкомысленно махнула она рукой. - После того как мы с тобой разминулись, одна тетка с вокзала устроила меня работать уборщицей в общежитии, там мне выделили комнату. Потом учиться пошла, выучилась...рисую вот.
- Что рисуешь? - спросила чисто из вежливости.
- Да...что хочу. К чему душа лежит. Фотографией занялась. Натурщицей подрабатываю.
Антон присвистнул и оставил чашку в сторону, с интересом теперь разглядывая Марго.
- Да ну? Голая позируешь?
С рыжим цветом волос ее румянец смотрелся еще ярче.
- Ты что?! Нет. Совсем нет. Я помогаю одному художнику. Власову. Может, слышали...
Я чуть не подавилась. Фамилия была мне знакома, неоднократно упомянута и принята к сведению. И Рита с этой фамилией никак не вязалась.
- Погоди. Власов? Старый хрыч-маразматик, прикованный к коляске?
- Саша! - укоризненно поджала губы Рита. - Не говори так! Это очень умный мужчина. Выдающийся художник, даже поэт...
- Как же, как же...Наслышала.
- Откуда? - удивленно спросил Антон.
- Так...сорока на хвосте принесла. Говорят, он очень богат... - я на девушку испытующе глядела, очень долго, стоит сказать, но Ритка даже в лице не переменилась, будто я и слова не произнесла. - И что, ты давно ему позируешь?
Она пожала плечами и залпом допила оставшийся сок.
- Года три-четыре. Я не только позирую, но и помогаю ему. Он же совсем один. У него была дочь, но она...
- Я знаю, - перебила ее. - Шизофреничка.
- Слушайте, - возмутился Тоха, которому надоело чувствовать себя лишним, - почему вы все знаете, а я нет?
- Ты у нас спрашиваешь? - вопросительно изогнула тонкую бровь и нарочито непонимающе поглядела в мужественное лицо. - У себя спроси.
- Да что с тобой, Саш? - не понял Антон. - Как с цепи сорвалась.
- Ничего.
- Я же вижу.
- Антон! Все нормально. Я же сказала.
Мы обменялись с ней телефонами, она еще раз меня похвалила, сказала, что я большая молодец, раз столького добилась. Сказала, что очень рада моему предстоящему замужеству, желает мне счастья...и все в таком духе. Я кисло улыбалась, на улицу глядела и хотела поскорее оказаться подальше от нее и вдохнуть свежего воздуха.
- Тебя задело то, что она многого достигла, не так ли? - позже заметил Антон, в очередной раз неприятно поразив меня. - Тебя аж перекосило.
- Не говори ерунды. Мне плевать, кто она и с кем она, пусть хоть папе римскому позирует.
- Аля, перестань. Я не слепой.
