Говорят, еще ни одному искателю сокровищ не удавалось добраться до самых дальних уголков их туннелей, да и подземники привыкли жить в пещерах, не поднимаясь на поверхность вовсе. Затем случилась та катастрофа, что изменила весь их мир…
По рассказам волшебников, проникавших в тайны все глубже и глубже, плененный миллионы лет тому и запертый в камне на невиданной глубине Ящер пробудился, сумел разломать сковывающую его скалу, после чего еще тысячу лет старательно разбивал стены своей темницы, и наконец сумел вырваться из нее, после чего поднялся наверх и достиг туннелей подземников. Его черной магии, накопленной за миллионы лет, хватило, чтобы затопить ею все уровни, все ходы и пещеры, после чего мирные подземники постепенно превратились в злобных рарахов, чудовищно могучих, ненасытных и кровожадных.
Хуже всего, что рарахи, кроме страшной физической мощи, обрели и колдовскую силу. Теперь они из немыслимо глубокой бездны, где заключен Ящер, начали спешно прорубывать для него широкий туннель к поверхности. И пока никто не знает, как остановить это подступающее Зло и гибель человечества, а самые великие герои могут только спускаться в пещеры и наносить некоторый ущерб, убивая отдельных рарахов.
Дрэмер прорычал из-под шлема:
– Подземники сами виноваты… Не рылись бы так глубоко, не разбудили бы Ящера! А они так еще и раскололи камень, в который тот был вмурован…
Кусим сказал беспечно:
– Да кто теперь знает, как было на самом деле? Главное, Ящер освободился и пытается выбраться. Как только вылезет… и кончится все.
– Что «все»? – спросила Лориэль.
– А все, – отмахнулся Кусим. – Людей перебьют, а без людей… ничего и не будет.
Дрэмер сказал гулко:
– Мы будем.
– Будем, – согласился Кусим. – Вот Лориэль точно будет.
Лориэль сказала сердито:
– А я при чем?
– Ты и с Ящером уживешься, – сказал Кусим и подхалимски улыбнулся, – ты же добрая, ласковая, никогда никого не обидишь…
Лориэль на ходу пнула его ногой. Кусим преувеличенно громко застонал, начал хромать, приволакивая ногу, но чародейка только злобно усмехалась, подчеркивая свою несравненную доброту и ласковость.
Ночь теплая, после сидения у костра шли некоторое время в сплошной тьме, потом глаза привыкли, по черному куполу проступили звезды, сперва казались мелкими и тусклыми, затем засияли во всю мощь, а вокруг возникли мириады мелких, похожих на серебристую пыль.
Страшно озаренные их светом выступили гребни гор, приблизились и ушли вверх, а на уровне своих глаз Ютланд рассмотрел широкий вход в гору, по бокам множество камней, что подземники вытаскивали из глубин и сваливали в стороны.
Дрэмер сказал властным голосом:
– Близко от поверхности их нет, разве что наткнемся на такую же группу, как и мы, что идет поохотиться на людей, но все равно всем соблюдать боевой порядок и быть начеку!
– Сделаем, – сказал Кусим бодро за всех. – Я уже ходил в эти пещеры… правда, неглубоко… в самом деле надо опуститься на ха-а р-рошую глубину, чтобы услышать, как эти твари долбят камень.
Он зажег факел и пошел рядом с Дрэмером. Из темного хода словно бы пахнуло слабым теплом и нечистым воздухом, будто в недрах горы располагался большой загон для скота.
Некоторое время шли по типичному ходу, где только по одному, а голову приходится пригибать, потом неожиданно туннель расширился, а свод поднялся так, что достать можно только острием меча в вытянутой руке.
Дрэмер проговорил тревожно:
– Ход слишком… хоть стадо коров гоняй. Быстро они работают.
– Понятно, – сказал Кусим.
А немногословный Бер пояснил Ютланду:
– Рарахи расширили, выходить готовятся.
Лориэль пугливо оглядела большими стрекозьими глазами высокий свод.
– Еще немного, – сказала она пищащим голосом, – и Ящер сможет пролезть…
Дрэмер помрачнел, шаги его стали шире, весь подобрался, будто Ящер вот-вот покажется в туннеле.
– Лучше всем нам погибнуть здесь, – сказал он жестко, – чем пожрет нас в постелях сонными и теплыми…
Туннель изгибался, как дождевой червяк, обычно – из стороны в сторону, но чаще просто шел по наклонной вниз, то и дело поворачивал, и тогда все двигались в обратном направлении, только намного дальше от поверхности, затем встретили первый ход в сторону, Дрэмер посмотрел значки на стене и повел прямо, а в другой раз, когда туннель раздвоился, долго высчитывал что-то на зарубках в камне, в раздражении махнул рукой.
– Попробуем срезать угол, – сказал он угрюмо. – Не все же топать окольными.
– Да и сапоги не так стопчем, – поддержал Кусим жизнерадостно. – Я только вчера новые набойки поставил!
Ютланд шел сзади, поглядывал на скрещенные мечи на спине Кусима и на огромный лук Бера. Рядом, иногда задевая плечом, идет Лориэль, время от времени морщит презрительно носик, но в ее взгляде Ютланд всякий раз видел жгучий интерес. Высокомерная чародейка не желала себя ронять и опускаться до расспросов простого мальчишки, неизвестно за какие заслуги попавшего в отряд лучших бойцов, а сам он идет мрачный и молчаливый, явно подражая взрослым.
Постепенно воздух становился теплее и теплее, наконец Ютланд ощутил, как снизу поднимаются волны сухого жара. Даже стены нагрелись, Ютланд чувствовал от них внутреннее тепло. Дрэмер все так же двигался впереди, прикрывая левую часть груди, в правой меч острием вперед, на тот случай, если что-то прыгнет из темноты.
Чародейка рядом с Ютландом вдруг сказала быстро:
– Осторожно!.. Что-то прет навстречу!
Кусим сразу же отодвинулся от Дрэмера и постарался стать как можно более незаметным, хотя в проходе далеко не отступишь. Бер, напротив, сделал шаг вперед и одновременно к стене, задевая ее плечом, быстро наложил стрелу и натянул тетиву.
Из темноты выбежал тяжелыми прыжками огромный красный зверь, похожий на свирепого вепря размером с быка, только клыки торчат из пасти впятеро длиннее, острые, как ножи. На голове такие же рога, чуть изогнутые, сам весь из тугого переплетения жил и мускулов.
Он с ревом поднялся на задние лапы, в маленьких глазах сверкнула ярость. Пасть раскрылась для мощного рева, Дрэмер бросился вперед и заорал дико:
– Попалась, тварь?
Зверь повернул к нему голову, взревел и набросился, как волк на кролика. Дрэмер, закрывшись щитом, стойко выдерживал натиск, Кусим забежал за спину чудовища и быстро-быстро бил острыми мечами. Дрэмер взревел снова, распаляя монстра, чтобы тот не поворачивался, у Кусима страшные по силе удары, куда мощнее, чем у ратоборца, но ничтожная защита, а этот чудовищный рарах с одного натиска выбьет из него дух и жизнь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
