Читаем без скачивания Темный Лорд: Темный Лорд. Темное пророчество. Меч Эриджуна. Озерная леди. Клятва Темного Лорда - Александр Дмитриевич Прозоров

клацать зубами, пятиться от полувырытой ямы на открытое место. Волков было четверо: матерых, широкогрудых, сильных и быстрых, а он – один. И острый предсмертный ужас стремительно наполнял его душу…

«Я барсук?» – удивился во сне Битали Кро, однако захлестнувший душу ужас быстро выдернул из памяти давнишнюю, еще осеннюю встречу в лесу с упитанным короткоухим красавцем, черно-белую морду, внимательный взгляд и то чувство единения, что пробило юного чародея до самого сердца, одновременно позволив ощутить сердце барсука.

Тотемник!!

Похоже, это был его тотемник, попавший в беду где-то там, в темной чащобе, и вот-вот рискующий погибнуть, убив одновременно и спрятанную внутри живого хранилища маленькую частицу его самого…

Зверь крутанулся, клацнул челюстями, отпугивая хищника, что попытался кусить за копчик, тут же метнулся в другую сторону, резанув когтями воздух, но так и не дотянувшись до близкого серого, ощутил резкую боль в спине чуть выше задних лап, опять попытался развернуться, однако повисшая сзади тяжесть сковывала движение, остальные волки кинулись вперед одновременно сразу со всех сторон…

Все, это была смерть. И не столько надеясь на чудо, сколько в приступе отчаяния, Битали вскинул руку с раскрытой ладонью:

– Вэк!!

И тут нежданно вцепившийся сзади в шкуру серый хищник, словно получив пинок от невидимого великана, взметнулся в воздух, пару раз перевернулся в полете и с треском улетел в зеленеющие в полусотне шагов кусты.

– Трунио! – торопливо вскинул палец в сторону другого зверя Битали, и тот споткнулся, жалобно заскулил, неуклюже потрусил в сторону на трех лапах.

После столь неожиданного и жестокого отпора оставшиеся волки отскочили, попятились, оскалив зубы и злобно рыча. Однако барсука рычанием не проймешь. Спешно работая всеми ногами, он быстро раскидывал в стороны землю прямо из-под себя, углубляясь в чуть влажную глину, потом стал скрести задними ногами, выпихивая рыхлую землю вперед, и вскоре ушел толстым задом в сырую полунору, оставив снаружи только морду и передние лапы.

Длинные когти, крепкие клыки, способные крепко порвать не то что волка, но и даже кабана, охраняли подступы спереди, земля надежно закрывала спину. В таком укреплении его было уже не взять – сам кого хочешь задерет! Волки же и без того в схватку больше не рвались, рычали издалека.

Барсук начал потихоньку успокаиваться, страх ослаб, и вместе с ним растворились запахи, сырость, прохлада. Битали уже не чувствовал, а просто видел зверя и лес вокруг, однако и это видение вскоре дрогнуло, поплыло… И он проснулся, в последний миг дернув руками и ногами, словно продолжая рыть нору, и тем сбросив с себя одеяло.

Рывком сел в постели. Неуверенно потрогал голову, лицо.

Короткая стрижка, чуть приплюснутый нос, уши по бокам. Может, чуток и лопоухие, но точно не барсучьи. Да и лицо человеческое. И когти на пальцах не растут. Просто сон, хотя и невероятно яркий, до полной натуральности. Или все же не сон?..

В комнате еще царил слабый предрассветный полумрак, однако глаз уже хорошо различал привычную обстановку вокруг. Два шкафа, два стола, две постели. Стены, сложенные из огромных грубых валунов, деревянные пол и потолок, очаг в центре и несколько идущих по кругу застекленных окон.

Все как всегда… Разве только спящий напротив, за очагом, Надодух тоже сбросил с себя одеяло и часто-часто дергал ногой, словно от кого-то убегал.

Впрочем, недоморфу одеяло все едино было ни чему, у него своя шерсть любому тигру на зависть, вдвое длиннее, гуще и жестче, нежели у барсука. Древнее родовое проклятие, изводящее клан чатий Сенусертов, сделало последнего, седьмого потомка истребившего целую страну мага странным существом – ни оборотнем, ни человеком. Руки, ноги, голова – как у людей; однако шерсть на теле и лице, слух и нюх – как у зверя. И пах Надодух собачатиной, особенно если намокал.

Проклятье почти победило род Сенусертов, но… Но в самый последний момент в его судьбу вмешался Битали Кро и братство Башни, сперва отбив замок Надодуха у его соседей, положивших глаз на почти бесхозное и уже беззащитное имущество, а затем неожиданно для всех на искреннюю страсть недоморфа откликнулась красивая умница Анита Горамник, вполне прагматично решив, что на седьмом колене проклятие закончится, и потому за детей можно не опасаться. Что до внешности, то для мужчины это не главное из достоинств. Главное, чтобы любил искренне и защитить умел. Остальное – мелочи.

Так что мысли об отшельничестве где-нибудь в трансильванских чащобах родовитого чатию Надодуха Сенусерта ныне окончательно покинули…

– Счастливчик… – зевнул Битали. – Все свое будущее наперед уже знает.

Всего полгода назад Кро был примерно так же уверен в своей судьбе: образование, наемничество вместе с отцом, любовь, женитьба и, может статься, вступление в один из знатных кланов… Или нет – в жизни вольного воина тоже есть немало преимуществ.

И тут внезапно Битали Кро вдруг узнал, что является живым воплощением всеми проклинаемого Темного Лорда, и его янтарные глаза у всех и каждого пробуждают желание убить чудовище. Жив же потомок кровавого врага свободного мира остается лишь потому, что тайна сия известна всего нескольким посвященным…

В общем – хорошая жизненная перспектива. У барсука среди волков шансы на долгую счастливую судьбу куда как выше.

За толстым оконным стеклом, выходящим в замковый парк, все собирался и собирался, но никак не начинался рассвет. Однако сон уже окончательно выветрился из головы пятнадцатилетнего юноши. Посему Битали, облачившись в парусиновую ученическую форму, прихватил полотенце и решительно ударил волшебной палочкой по подоконнику, тут же оказавшись в полутемном коридоре между лапами оскалившегося сфинкса. Отмерил несколько шагов, повернулся к стене, уколол ее волшебной палочкой:

– Онберик! – прошел сквозь кладку, оказавшись на лестнице, и побежал по ней вниз, в душевую.

Замок, достроенный маркизом де Гуяком многие сотни лет назад, перед самой Большой Войной, оказался слишком тесен для расположившегося в нем колледжа, профессор Бронте берег каждый дюйм, и потому лестницы здесь были большой редкостью, сохранившись от смертных только в нескольких местах. Дверей же, почитай, и вовсе не встречалось. Зачем они потомственным чародеям? Ходить через стены должны уметь даже первокурсники!

– Доброе утро, хозяин… Доброе утро…

Домовые таились даже от него, и потому приветствия доносились как бы из пустоты, от кучек с мусором или полупротертых окон.

– Вам хорошего дня, добрые помощники! Не хозяин я вам, просто друг. Не забудьте прийти сегодня за угощением!

– Благодарствуем, хозяин! Спасибо за заботу! Рады служить, лорд!

Убеждать трудолюбивых низших духов в том, что он не хозяин, а друг, было бесполезно. К тому же они чуяли в нем кровь Темного Лорда, которому, по слухам, по сей день втайне поклонялись.