В этих гимнах «Небесный Человек» называется Пуруша, «Человек»[1455], от которого был рожден Вирадж[1456]; и от Вирадж (смертный) человек. Именно Варуна – низложенный с его высочайшего положения, чтобы стать главою Владык-Дхиани или Дэв, – управляет всеми феноменами Природы и «прокладывает тропу Солнцу, по которой оно должно следовать». Семь Небесных Рек (нисходящие Боги-Создающие) и семь Рек Земли (семь первоначальных Человечеств) находятся, как это будет видно, под его управлением. Ибо тот, кто нарушает законы Варуны (Вратани или же «течения естественного действа», действующие законы), карается Индрою[1457], мощным Ведическим Богом, Врата или закон, или мощь которого сильнее, нежели Вратани любого другого Бога.
Таким образом, Риг-Веда, старейшая среди всехизвестных древних рекордов, может быть явлена, как подтверждающая Оккультные Учения почти во всех отношениях. Гимны ее, являющиеся рекордами, написанными самыми первыми Посвященными Пятой, (нашей) Расы о Первоначальных Учениях, говорят о Семи Расах (две еще должны прийти), олицетворяя их семью «Реками»[1458], и о Пяти Расах (Панчакриштая), которые уже населяли этот мир[1459] в пяти Областях (Панчапрадишах)[1460], так же как и о трех ранее существовавших Материках.[1461]
Лишь те ученые, кто усвоят тайный смысл Пуруша Сукта – в котором интуиция современных востоковедов усмотрела лишь «один из самых позднейших гимнов Риг-Веды», – могут надеяться понять, насколько гармоничны ее учения и как подтверждают они Эзотерические Доктрины. Они должны будут изучить, во всей отвлеченности их метафизического значения, отношения, описанные там между (Божественным) Человеком (Пуруша), принесенным в жертву для создания Вселенной и всего в ней сущего[1462], и земным человеком[1463], прежде чем он сможет понять скрытую философию стиха:
«15. Он [ «Человек», Пуруша или Вишвакарман] имел семь поленьев топлива, окружавших его, и трижды семь слоев топлива; когда Боги совершали жертвоприношение, они связали человека, как жертву».
Это относится к трем семеричным, первичным Расам и доказывает древность Вед, которые, вероятно, не знали никакой иной жертвы в этих самых ранних, устных учениях; также и к семи первичным группам Человечества, ибо Вишвакарман олицетворяет божественное Человечество в его совокупности.[1464]
Ту же самую доктрину находим мы отраженной в других старых религиях. Возможно, что она дошла, вернее, она должна была дойти до нас искаженной и ложно истолкованной, как это мы видим в случае некоторых парсиев, читающих ее в своем Вендидаде и в иных писаниях, и понимающих намеки, в них содержащиеся, не лучше востоковедов; тем не менее, доктрина ясно упомянута в их древних книгах.[1465]
Сравнивая Эзотерическое Учение с толкованиями проф. Джемса Дармштетера, можно видеть, при первом же взгляде, в чем сделана ошибка и причину, породившую ее. Вот это место:
«Индо-иранский Асура [Ахура] часто понимался, как семеричный; посредством игры слов в некоторых мифических [?] формулах и значения некоторых мифических [?] чисел, предки индо-иранцев пришли к утверждению семи миров[1466], при чем высочайший бог часто изображался семеричным, так же как и миры, которыми он правил. В Персии семь миров стали семью Каршвар земли; земля разделена на семь Каршвар, из которых лишь одна известна и доступна человеку, та, на которой мы живем, именно Хваниратха: что равносильно утверждению, что существуют семь Земель[1467]. Парсийская мифология также утверждает семь небес. Хваниратха сама разделяется на семь климатов (Orm. Ahr.) § 72)».[1468]
То же подразделение и та же доктрина заключается в древнейшем и наиболее почитаемом из индусских Писаний – в Риг-Веде. В ней, помимо нашей Земли, упоминаются Шесть Миров; Шесть Раджамси, находящихся над Притхиви, Землею, или над «этим» (Идам) как бы в противоположение «тому, что находится за пределами» (т. е., шесть Глобусов или Миров на трех других планах).[1469]
Курсив наш, чтобы показать тождественность этих догм с догмами Эзотерической Доктрины и подчеркнуть допущенную ошибку. Маги или маздеи верили лишь в то, во что верили и другие народы: именно в семь «Миров» или Глобусов нашей Планетной Цепи, из которых лишь один доступен человеку в настоящее время, наша Земля; и в последовательное появление и уничтожение семи Материков или Земель на этом нашем земном Глобусе, при чем каждый Материк, будучи разделен для увековечения памяти о семи Глобусах (одного видимого и шести невидимых) на семь островов или материков, на семь «климатов» и т. д. Таково было общее верование в те дни, когда, ныне сокровенное, Учение было доступно всем. Именно эта многочисленность местностей и семеричные разделения их привели востоковедов в недоумение, – введенных, кроме того, в еще большее заблуждение, вследствие забвения своих первоначальных доктрин посвященными индусами и парсиями – именно в недоумение относительно этого постоянно повторяющегося числа семь, которое стало рассматриваться ими, как «мифическое». Это забвение первых принципов сбило востоковедов с правильного пути и заставило их совершить величайшие ошибки. Ту же ошибку, то же заблуждение находим мы и в определении ими Богов. Те, кто не знакомы с сокровенным Учением ранних арийцев, никогда не смогут усвоить или даже правильно понять метафизическое значение, заключающееся в этих Существах. Ахура Мазда (Ормазд) был главою и синтезом семи Амеша Спента или Амешаспентов, потому и сам он был одним из Амеша Спента. Так же как Иегова-Бина-Элохим был главою и синтезом Элохимов и не более, так же и Агни-Вишну-Сурия был главою и синтезом или же фокусом, откуда произошли, как в физическом, так и в метафизическом смысле, как от духовного, так и от физического Солнца, Семь Лучей, Семь Огненных Языков, семь Планет или Богов. Все они стали высочайшими Богами и Единым Богом лишь после утраты первичных тайн; то есть, после погружения Атлантиды или «Потопа», и занятия Индии браминами, искавшими спасения на вершинах Гималаев, ибо даже высокие плоскогорья того, что составляет в настоящее время Тибет, были на некоторое время затоплены. В Вендидаде обращаются к Ахура Мазде лишь как к «Благодатнейшему Духу, Творцу Вещественного Мира». Ахура Мазда в буквальном переводе означает «Мудрый Владыка» (Ахура – «Владыка» и Мазда – «мудрый»). Кроме того, это имя Ахура, по санскритски Асура, связывает его с Манасапутра, Сынами Мудрости, которые одушевили разума-лишенного человека и одарили его умом (Манас). Слово Ахура (Асура) может быть произведено от корня ах «быть», но в своем первичном значении оно означает, именно, то, что утверждает о нем Сокровенное Учение.
Когда геологи высчитают, сколько тысячелетий прошло со времен эпохи, когда поднявшиеся воды Индийского Океана достигли высочайших плоскогорий Средней Азии, когда Каспийское море и Персидский Залив составляли с океаном одно целое, только тогда узнают они истинную древность ныне существующей, арийской, браминской нации, а также время их спуска в долины Индустана, что произошло несколько тысячелетий позднее.
Иима, так называемый «первый человек» в Вендидаде, так же как и его брат-близнец Яма, сын Вайвасвата Ману, принадлежит к двум эпохам Всеобщей Истории. Он является Прародителем Второй Человеческой Расы, следовательно, олицетворением теней Питри и Отцом Послепотопного Человечества. Маги употребляют слово «Иима», как мы употребляем «человек», говоря о людях. «Прекрасный Иима», первый смертный, беседующий с Ахура Маздой, есть первый «человек», который умирает или исчезает, но не первый, который рожден. «Сын Вивангхат'а»[1470] был, подобно сыну Вайвасваты, символическим человеком, и в Эзотеризме был представителем первых трех Рас и их коллективным Прародителем. Из этих Рас две первые никогда не умирали[1471], но лишь исчезали, поглощенные в своем потомстве, Третья же познала смерть лишь к своему завершению, после разделения полов и своего «Падения» в зарождение. На это ясно намекается в Фаргард'е II в Вендидаде. Иима отказывается стать носителем закона Азура Мазды, говоря:
«Я не был рожден, Я не был наставлен, чтобы стать провозвестником и носителем твоего закона».[1472]
И тогда Ахура Мазда просит его умножить его людей и «блюсти» над его миром.
Он отказывается стать священнослужителем Ахура Мазды, ибо сам он есть свой собственный священнослужитель и жертвоприносящий, но он принимает второе предложение. Ему приписывают следующие слова:
