сбивать настрой! Можем сидеть на заднице ровно и ждать что случится или побороться. Эрик боролся, и я буду.
— У нас тоже нейросеть Кирин, — напомнил учёный. — Давай сначала я попробую.
— А осилишь?
— Анна, прошу, не время для высокомерия!
— Ответь себе: ты лучше меня понимаешь их системы? — продолжила она. — К тому же твой мозг старше, менее гибкий. И у меня гораздо выше показатель совместимости с нейросетью, если забыл. И намного больше практики использования.
— Но мы попробуем вместе? — спросила София. — Ты… права. Не доверяю я этим тварям. Только не представляю, как мы это сделаем.
Анна вздохнула, опустив плечи.
— Это ваше право. Но тогда нам лучше разойтись и попробовать одновременно, на рост нейронных связей нужны многие часы. Тут большинство сенсоров вроде дохлые, системы сбоящие и древние. Однако, когда начнём нас могут обнаружить. И… вот что — я оставлю это место вам: не уверена, что вы сотрёте все логи перемещений из скафандров. Если вас найдут, отменяйте адаптацию и сдавайтесь.
— А ещё лучше — привлечь внимание и отвести их, подав условный сигнал, — продолжил Тимур, взгляд стал решительным.
Анна сжала кулаки и кивнула.
— Пока мы ходили, я перегнала модель нейросети-адаптера в паттерн для развития нашей. Сюда бы Эрика, он… сделал бы лучше. Не ставьте модели очень высокий вес при настройке.
София коротко обняла Анну. Они быстро обменялись базами данных. Анна вытащила аптечку. В колбах инъекторов имелись порции вводимого в кровь медгеля-регенератора.
— Класс А… этот со стволовыми клетками направленного воздействия на случай повреждений мозга. Позволит нейросети расти быстрее.
Почти всё оставили Анне, видимо признав, что её шансы наивысшие. Из убежища откачали воздух, и Анна выбралась наружу. Подзарядила скафандр и ушла в глубину повреждённых секций.
— Влезли мы… стоило остаться на Эйнштейне, — печально сказала София, когда убежище вновь закрылось.
— Справимся… как и раньше. Как и там, у Кирин. Вдруг и правда получится, — Тимур обнял жену. Некоторое время они разговаривали, готовясь расстаться. — Не прощаюсь. Главное если ощутишь изменения в сознании, сразу завершай процесс. Если вовремя отменить, то нейросеть вернётся к старому состоянию без урона.
Они тоже расстались и разошлись по узким коридорам, ища места, где можно подключиться к сети. ИскИн не скоро доберётся до некоторых участков — главное затаиться.
Анна тем временем быстрыми прыжками продвигалась по разрушенной шахте в невесомости, пытаясь не думать о рисках и неизвестности.
Как и в случае систем Ксентари, нейросети людей попросту не умели общаться с чужим интерфейсом: их не признавали, устройства не понимали друг друга. Однако нейро-режим имел огромный потенциал.
Созданная Кирин система управления была настоящим «костылём». При взломе ядра интеллекта, повреждали часть его логических механизмов — отнимали «волю», если так можно говорить о сложной системе без самосознания. Это позволяло управлять системами «вручную» без идентификации или вмешиваться весьма кустарным способом.
Здесь же придётся бороться как минимум с ИскИном. Зато это будет главная панель. А напрямую отданные команды всегда превалируют над дистанционными. В конце концов, когда-то этот дредноут был последней надеждой Старших, оборонявшихся от флота восставших машин в окрестностях туманности Орла.
Пробив очередную перегородку, Анна оказалась впритык к ещё одному центру управления. Через проход шло множество кабелей, порой поворачивающих и скрывающихся в стенах. Выступающие коробы оборудования светились синим. Не идеально, но тут был доступ в сети для дронов. И, Анна очень надеялась, что здесь не действуют сенсоры и никто не придёт.
Она устроилась в сделанном тесном проломе, поджав ноги. Перед глазами появилось меню настроек нейросети.
— Прости, Эрик, мне придётся рискнуть. Если что, ты снова выправишь мне мозги. И я опять смогу понемногу грызть твои.
Анна улыбнулась, радуясь, что хотя бы никого из Горизонта на борту не было. Она не видела смысла оставлять при себе телохранителей.
«Активировано внешнее соединение с нестандартным интерфейсом, использован специальный протокол».
«Активирован режим неограниченной адаптации. Подключён внешний паттерн, вес модели 0.7».
— Надеюсь… угадала. Ха, что-то я уже сама с собой говорю?
Чуть-чуть изменив позу, пытаясь устроится удобнее, она смотрела на крутящуюся анимацию загрузки. Чтобы контролировать это оборудование полноценно и хоть с кем-то конкурировать с ИскИном требовалась нейросеть как у Старшего. Кроме того, наличие паттерна должно уменьшить время на адаптацию. Вопрос лишь в скорости роста нейросети. А с этим могли помочь средства, которые она ввела себе.
'Анализ завершён, режим неограниченной адаптации готов к запуску.
Внимание, низкий шанс успешной адаптации к подключённым интерфейсам. Рекомендуется повысить предел роста нейронной сети для формирования адаптации с 10% до 25%.
Повысить предел / Продолжить в стандартном режиме / Отмена'.
Девушке стало ещё неуютнее и страшнее. Эрику потребовалось повысить предел до 15%. Тут аж на десять процентов больше. Не будет ли проблем у самого мозга?
Она захотела нажать кнопку отмены, свернуться клубком и ждать, положившись на высокую автономность скафандра ксеносов. Продолжать в стандартном режиме точно не имело ни малейшего смысла.
Однако, что будет дальше? Анбиддены враждебны? Что захотят от людей? Используют ли её или просто пристрелят? Ждать спасения сложа руки она не желала. Да и в этот раз уж точно никто не поможет.
«Повысить предел».
Ничего не изменилось. Как и говорил Эрик, активация режима адаптации никак не ощущалась, но Анна целиком сосредоточилась на взаимодействии с каким-то оборудованием. Начала пробовать подключаться к разным интерфейсам и подсистемам. Недалеко была дверь и, как ей послышалось, как там двигался какой-то дроид. Что заставило её сжаться и прекратить активность. Но вроде бы её не замечали.
Пока казалось, что ничего не выйдет. Интерфейс Ксентари гибче и органичнее. Этот казался более топорным. А технология режима нейросвязи явно сильно отличалась от той, что люди позаимствовали у ксеносов.
Анна впервые в жизни так сосредоточилась, силой отогнав мысль насчёт того, что Анбиддены планируют делать с человечеством. Ведь их предки Старшие отличались ксенофобией.
В конце концов Сайленты оказались правы. В глубинах космоса люди нашли то, с чем не могут совладать.
Глава 23
Друзья и враги
[Позиция объединённого флота]
Шериф, массируя переносицу, зашёл в кают-компанию, где сразу ощутил знакомый алкогольный запах.
— Пьянство — это не выход.
Он бросил взгляд на Курта, Евгения, Ганса, Кристину и ещё пару человек, который выпивали в тесном кругу.
— Не выход, но развлечение, — Курт даже не пошевелился, смотря перед собой.
— Есть новости? — тихо спросила
