– Засада! – крикнул кто-то.
Несколько секунд – и началась паника. Выстрелы грохотали со всех сторон. Маккей укрылся в доме вместе с Марион. Дункан не сразу побежал за ними, опасаясь нарваться на пулю. Один из бандитов бросился ему навстречу. Дункан прицелился и выстрелил. Тот пошатнулся и упал.
«Надо освободить Марион!»
Сердце билось в груди как безумное. Пригнувшись, Дункан пробежал вдоль стены ко входу. Дверь осталась приоткрытой, и он распахнул ее ударом ноги. Послышался выстрел, и от деревянной двери отлетел кусок. Дункан распластался на полу и выждал несколько секунд. Во дворе метались, размахивая руками, тени: начался бой на мечах. В темноте стрелять было трудно – можно попасть в своего. Дункану стало жутко. «Словно я снова там, в Шерифмуре!»
До него донеслись шаги, шум передвигаемой мебели и приглушенный крик Марион. Справа… Дункан проверил, заряжен ли пистолет, поднялся и двинулся дальше.
– Марион! – позвал он.
Из глубины комнаты донесся слабый стон. Дункан на ощупь, натыкаясь на стулья и лавки, прошел вдоль стены. Дверь? Нет, это каминный проем!
– Марион!
Эхо… Ему никак не удавалось понять, откуда доносится шум. Сердце стучало так, что грудная клетка готова была лопнуть. Теперь, когда Маккей знает, что его провели, он наверняка выместит свою злость на Марион! Нужно спасти ее. Скорее!
– Марион?
И снова сдавленный стон, эхом прозвучавший откуда-то сверху. Дункан поднял голову. Вокруг было черным-черно.
– Дункан!
Полный ужаса призыв заполнил собой комнату. Он звучал словно из ниоткуда и в то же время со всех сторон.
«Да где же они?»
Звук отражается эхом… Ну конечно же, они на лестнице! Маккей потащил ее наверх. Но где эта проклятая лестница? Повинуясь инстинкту, Дункан пошел вдоль стены туда, откуда услышал свое имя несколько секунд назад. «Где-то здесь должен быть проем!» И наконец – дверь! Он бросился туда и сразу же ударился ногой о первую ступеньку.
«Винтовая лестница!»
Поднимаясь, он будет отличной мишенью… На полпути наверх в стене имелось крошечное окно, через которое на лестницу проникало немного света. Если Маккей затаился в темноте, то легко сможет подстрелить его, стоит только Дункану войти в луч света. Но у него не было выбора. Марион в руках у этого мерзавца!
Прижимаясь спиной к стене, Дункан начал подниматься по ступенькам. Дышать становилось все труднее, кровь барабанила в висках.
«Это была плохая идея… Отвратительная…»
Со двора доносились крики и звон оружия, в голову лезли ужасные мысли. Видения Шерифмурской равнины преследовали его, как кошмарный сон. Пот лил с Дункана ручьем. Внезапно перед глазами встало поле битвы – красное от крови, покрытое изувеченными телами шотландцев и sassannach, которые уснули навсегда. Он увидел, как Ранальд оглядывается и смотрит на него, вызывающе улыбаясь смерти. Клинок драгуна взлетает вверх, блестящий, острый… В ушах прозвенел отцовский крик, потом его собственный… А теперь его зовет на помощь Марион! Он задыхался, на лбу крупными каплями выступил пот. Дункан тихо выругался. Нет! Сейчас нужно думать только о Марион! Они не отнимут ее у него!
«Марион!»
Отголоски шагов, скрежет… Кто-то передвигал мебель по полу. Потом быстрые шаги. Плач Марион… «Пресвятая Богородица, защити ее!» Скользя спиной по стене, он ощущал все неровности и холод каменной кладки. Дыхание белым облачком срывалось с губ, но Дункану было очень жарко.
Наконец он вышел на площадку второго этажа. Коридор сворачивал налево. Дункан замер и прислушался. Ничего… Где же они? Он попытался вспомнить, каким оружием располагает Маккей. Два пистолета – разумеется, многозарядных – у него при себе, мушкет остался в седельной сумке, на поясе меч и кинжал… Он огорчился, осознав, что не сможет воспользоваться пистолетом, если Маккей прикроется Марион, как щитом. Но ведь если он не выстрелит в мерзавца, то Маккей наверняка изрешетит его самого!
Скрежет металла по камню напомнил Дункану, что меч по-прежнему висит у него на перевязи. Он перехватил кинжал в левую руку, сунул пистолет за пояс и взял меч в правую. Выставив его перед собой, он ворвался в первую по коридору комнату. В ней никого не оказалось.
Дункан заглянул во все комнаты, медленно, затаив дыхание передвигаясь по коридору, но они были пусты. Пусты! Все до единой! Сердце громко стучало в груди. Он вернулся к спиральной лестнице и снова начал подниматься по ступеням, стертым и скользким.
– Марион! – крикнул он, чувствуя, как им овладевает паника.
– Дункан!
Приглушенный крик, за ним еще один, на этот раз такой испуганный, что кровь застыла в жилах. Ему показалось, что ступеньки уходят из-под ног, что он поднимается в бесконечность… Он не успеет… Сукин сын этот Маккей! Ну ничего, он с ним поквитается!
Всплеск адреналина помог Дункану одолеть последние ступеньки. В горле запершило от запаха сырости и пыли. Он заметил, что крыша в одном углу прохудилась, а во многих местах не хватает по нескольку штук черепицы. Молочный свет луны проникал через дыры и белыми пятнами ложился на каменные плиты пола. Сара рассказывала, что Киты, которых осада Кромвеля в 1652 году практически довела до разорения, оставили замок на растерзание морским ветрам и птицам. Что ж, шестьдесят лет забвения не пошли помещениям на пользу…
Дункан, заметив движение в глубине комнаты, замер и попытался хоть что-то рассмотреть. Деревянные ящики, сломанные стулья, свернутый рулоном ковер, старый и дырявый перьевой матрас… Этот чердак наверняка использовали под свалку ненужных вещей. Под потолком было множество балок, поддерживавших крышу. Ни единого укрытия… Темнота была его единственным союзником.
Снова сдавленный стон. Неужели Марион ранена? Дункан пригнулся, чтобы пройти под распоркой, преградившей путь. Что-то задело его по ноге. Он подпрыгнул и инстинктивно ткнул в ту сторону мечом. Крыса… «Проклятье!» Прозвучал выстрел, и от распорки, о которую он опирался, полетели щепки. Дункан бросился на землю и откатился в сторону. Он выдал свое присутствие Маккею, но в спешке тот промахнулся.
– Дункан! – позвала Марион с невыразимым ужасом в голосе.
– Заткнись, мерзавка! – громыхнул Маккей.
Дункан услышал глухой звук удара, и что-то металлическое покатилось по полу. Марион взвыла от боли. Она сражается с ним? Боясь поверить в свою догадку, Дункан бросился к месту, откуда слышался шум борьбы.
– Еще шаг, и я размажу ее куриные мозги по стене!
Дункан замер на месте. Сердце его тоже остановилось, а потом понеслось галопом. Теперь он их увидел. Они были в нескольких шагах, как раз под провалившимся углом крыши. Тонкий серебристый луч луны высветил замóк пистолета, который Маккей наставил на Марион. Девушка забилась под тяжелый дубовый стол и сидела там, прижав колени к груди.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
