Читаем без скачивания Отечник проповедника - игумен Марк Лозинский

См. также: Послушание

Близ Есфигменского монастыря с северо-запада возвышается гора, так называемая Самария. Там уединялся инок Дамиан, имевший заповедь от своего духовного старца святого — Космы Афонского — никогда не оставаться на ночь и не спать в чужой келии. Случилось, что по какой-то надобности он отправился к соседнему брату, и так как тот отсутствовал, то Дамиан должен был дожидаться его до самого вечера. Наконец, является брат, и Дамиан, исполнив свою надобность, поторопился на ночь в свою пустынную келию. Напрасно друг его просил остаться на ночь, предостерегая его от опасности ночного пути и начинавшегося дождя. Дамиан, верный старческой заповеди, остался непреклонен. Опасения его друга не прошли даром. Из-за чрезвычайной темноты и проливного дождя он действительно сбился с дороги и не знал, где находится, куда идет. В этой крайности воззвал он к Господу: "Господи! Спаси меня, я погибаю!" И вдруг видит, что он стоит у своей келии. Пораженный таким чудом, он немедленно отправился к преподобному Косме и рассказал о случившемся. "Брат, храни заповедь старческую, — заметил тогда святой Косма, — и Бог сохранит тебя от смерти." (Афонский патерик. Ч. 1. С. 311).

1089. Ученик, забывший дома веревку, своей слезной молитвой и призыванием своего старца чудесно поднял воду до края колодца

См. также: Молитва

Некий святой старец послал своего ученика почерпнуть воды. Колодец был на очень далеком расстоянии от келии старца. Ученик, отправившись за водой, забыл взять с собой веревку, на которой спускают кувшин в колодец. Заметил он это, когда уже пришел к колодцу, и очень опечалился, потому что далеко было до их келии. Не знал он, что ему делать, куда идти, а возвращаться в келию без воды не хотелось. Тогда в великом огорчении он встал на молитву и со слезами сказал: "Господи! Умилосердись надо мной по великой милости Твоей. Ты сотворил небо и землю, море и все, что в них. Ты едино сотворил все чудесное, умилосердись надо мной ради служителя Твоего, который послал меня." Окончив молитву, он воскликнул: "Колодец! Колодец! Раб Христов, отец мой, послал меня почерпнуть воды." Немедленно вода поднялась вверх до устья колодца. Брат наполнил кувшин водой и возвратился в келию, славословя Всемогущего Бога, а вода в колодце опять опустилась на свой обычный уровень. (Еп. Игнатий. Отечник. С. 467. № 57).

1090. Истинное отношение ученика — Симона Афонского — к своему старцу

Подобно оленю, жаждущему животворных струй источника, преподобный Симон Афонский прошел по всем монастырям и скитам Святой Горы в чаянии найти себе желанного руководителя. При каждой встрече с иноками испытанной жизни пришелец расспрашивал об иноческих добродетелях. Наконец, среди множества иноков он нашел искомого старца, совершенного во всех отношениях подвижника. Единственным правилом всех своих действий после глубокого раскрытия перед старцем обстоятельств минувшей жизни он поставил безусловную покорность всему, что бы ни повелел ему старец. Он решил исполнять в точности и без всякого размышления каждое из его отеческих слов так, как если бы слова эти исходили не из уст старца, а от Самого Бога. Такая покорность ученика радовала учителя. Впрочем, чтоб не подать ему повода к тщеславным помыслам и вместе с тем усовершенствовать его в опытах крестной жизни и безусловного послушания, старец, вместо хвалы и снисхождения, не только постоянно бранил его, но даже нередко и бил. А блаженный принимал это с великой радостью и благодарением. Следствием этого, при содействии благодати, было с его стороны то, что когда старец вместо побоев и унижения начал проявлять по отношению к нему внимательность, он скорбел и считал это ущербом в деле спасения. Таким образом между ними воцарилась такая взаимность сердечной любви, которая составляет счастье и радость, как родителей, так и детей и которой, к сожалению, иногда не пользуются ни те, ни другие. Сладкие плоды любви со стороны преподобного проявлялись в неподражаемом благоговении и привязанности к старцу. Эта привязанность простиралась до того, что он, когда старец спал, лобызал его ноги и даже то место, где он имел обыкновение отдыхать после своих трудов или молитвенно беседовать с Богом. Что все это он делал из чистых побуждений сердца, он сам же и объяснял. Он говорил, что сколько, с одной стороны, должны мы любить Бога, приведшего нас из небытия в бытие, столько же, с другой — старца, ибо и он, при помощи Божией, преобразует в нас внутреннего человека, некоторым образом восстанавливает и обновляет образ Божий, падший и сокрушенный нашим небрежением и тяжкими грехами. Так глубоко проникнут был преподобный чувством важности и необходимости безусловного повиновения старческой, а не собственной воле. Подобным образом мыслей о добродетельной жизни преподобный Симон скоро прославился по всей Горе, так что равные с ним по возрасту благоговели перед ним, а старшие любили его, потому что и те, и другие в его юном возрасте видели старческий разум, в подвигах — неподражаемое терпение, в разуме — совершенство. (Афонский патерик. Ч. 1. С. 289).

1091. Старец, ежегодно посещая авву Антония, ничего его не спрашивал; для него достаточно было посмотреть на великого авву

Трое из отцов имели обыкновение каждый год ходить к блаженному авве Антонию. И двое из них спрашивали его о помыслах и о спасении души, а один всегда молчал, ни о чем не спрашивал. После того, как прошло много времени, авва Антоний говорит ему: "Вот столько времени приходишь ты сюда и никогда ни о чем не спрашивал меня." Тот ответил: "Достаточно для меня только смотреть на тебя, отче." (Древний патерик. 1914. С. 52. № 2).

1092. Пять тысяч монахов вышли навстречу авве Даниилу и пали перед ним ниц; авва сказал им назидание, что в нестяжании и молчании сущность спасения

См. также: Молчание; Нестяжательность; Спасение; Умиление

Пошел некогда авва Даниил со своим учеником из скита в Фиваиду, — так назывался Верхний Египет по главному городу Фивы, — в область, в которой жил авва Аполлос. Отцы обители, услышав о пришествии к ним великого скитского старца, вышли ему навстречу за семь поприщ от монастыря. Их было более пяти тысяч. И представилось чудное зрелище! Они пали ниц и лежали на песчаной равнине, ожидая, подобно лику Ангелов, старца, чтобы принять его, как Христа. Одни подстилали под его ноги свои одежды, другие подстилали свои куколи, и лились потоки слез из их очей. Пришел авва Аполлос и поклонился старцу семь раз прежде, чем старец приблизился к нему. Они приветствовали друг друга с любовью. Братия просили старца сказать им слово спасения, потому что старец не сразу начинал говорить с кем-либо. Они сели вне монастыря на песке, потому что церковь не вмещала всех. Отец Даниил повелел своему ученику: "Напиши следующее. Если хотите спастись, блюдите нестяжание и молчание. На этих двух деланиях основывается все монашеское жительство." Ученик написал сказанное ему старцем и передал одному из иноков, который прочитал это братиям-египтянам. Все, придя в умиление, заплакали. (Еп. Игнатий. Отечник. С. 94. № 11).

1093. Авва Даниил был торжественно встречен всеми сестрами монастыря; игумения умыла ему ноги и окропила этой водой сестер

Авва Даниил пришел в Иеромополь и сказал своему ученику: "Пойди в женский монастырь и, постучавшись во врата, скажи игумении, что я пришел." Ученик пошел и постучался во врата. Пришла игумения и сказала тихим голосом: "Спасайся, брат! Чего ты желаешь?" Монах отвечал: "Окажи любовь, дозволь мне провести одну ночь здесь с другим братом, чтоб нас не съели звери." Игумения сказала ему: "Брат! Никогда мужчина не входил сюда. Легче будет для вас, если съедят вас внешние звери, чем внутренние." Брат отвечал: "Здесь скитский авва Даниил." Она, услышав это, отворила обе половины ворот, вышла навстречу старцу со своими постницами. Они устлали своими одеждами весь путь от ворот до того места, где был старец, и, кланяясь перед ним, целовали его ноги. Таким образом, с великой радостью и весельем ввели его в монастырь. Игумения велела принести лохань, влила в нее воду, настоенную на благовонных травах, и, поставив постниц в два лика, своими руками умыла ноги старца, а также и ноги его ученика. Потом она подводила постниц по одной к умывальнице и окропляла их этим святым омовением. Оставшееся же после всех возлила на свою главу. (Еп. Игнатий. Отечник. С. 95. № 12).

1094. Взаимоотношения оптинских старцев Льва и Макария

Поучительны и назидательны были отношения между старцами отцом Леонидом и отцом Макарием. Отец Макарий уже более семи лет был духовником Севского девичьего монастыря, многие считали его своим наставником и пользовались его духовными советами. Несмотря на это, он, смиряясь и вменяя себя ни во что, избегал человеческой славы, домогаясь, как особой чести и отличия, быть при ноге другого старца. Исполненный веры и любви к своему отцу отец Макарий, будучи и главным указным монастырским духовником, и скитоначальником, ничего не делал, не спросив отца Леонида, и по смирению успех своих начинаний приписывал тайно и явно молитвам, советам и благословению своего отца, и до самой блаженной кончины отца Леонида пребыл одним из усерднейших его учеников. (Оптинский патерик. С. 169).